Но Йорген покачал головой. Заявил, что он уверен: девушка, ее призвавшая, сейчас в академии. Совсем рядом с ним, и он это чувствует.

Стоило ли говорить, насколько трудно мне было смолчать?

К этому времени мы почти дошли до нашего общежития, но впереди показалась неожиданная преграда. Из кустов выбрался, заявив, что он меня поджидал и уже заждался, лорд Лукас Равенмор.

– Мне нужно с тобой поговорить, – сказал мне. – Ваше высочество, – поклонился принцу, – как я вижу, вы ловко умеете определять бриллианты в куче плевела!

– Семейная черта, – мрачным голосом произнес Йорген. – Шани, если ты не хочешь его видеть, я могу избавить тебя от общества лорда Равенмора.

На это Лукас лишь усмехнулся.

– Не хочу, но придется, – вздохнув, сказала я принцу. Потому что подозревала, что от этого общества мне не избавиться уже никогда. – Мы с ним давно знакомы, еще с Найрена, – пояснила я, – и у нас есть общие темы для разговора.

– Я могу на нем присутствовать? – не сдавался Йорген.

Но я покачала головой, а Лукас, подозреваю, с рождения страдавший отсутствием вежливости, заявил, что не все дела в Арвене касаются младшего принца правящей династии.

Некоторые из них довольно деликатные и крайне личные. После чего оба уставились друг на друга с самым недовольным видом.

Как… как соперники.

Но принц все же отступил, сдаваясь, после чего ушел в темноту. Рикар повел Лину к крыльцу общежития, а я осталась с Лукасом наедине.

– И что это было? – спросил тот с любопытством. – Неужели ты успела обзавестись еще одним поклонником, причем королевских кровей, пока думала, выйдешь ли ты за меня замуж или нет?

– Прекрати, – попросила у него. – Дай уже мне покоя!

Вместо этого он расправил манжету и спросил:

– Так выйдешь или нет?

На это я закатила глаза и застонала очень даже мучительно.

– Ты меня в гроб сведешь! – сказала ему. – Лукас, скажи мне лучше вот что… – Конечно, надо было спросить о деде и мамином медальоне, но я решила, что эти вопросы задам чуть позже. – У тебя ведь есть дракон?

– Есть, – кивнул он. – Летает где‑то – то ли в поисках ужина, то ли в поисках любви.

– Хорошо, – сказала ему, моргнув на «поиски любви». – Значит, он летает… А представь, что будет, если твой дракон встретит свою крылатую пару. И… что тогда произойдет? И еще – что будешь делать ты⁈

Вместо ответа Лукас почему‑то закинул голову и расхохотался. Да так громко и с таким удовольствием, что его белые зубы блеснули в свете луны.

– И что же настолько смешного я спросила? – поинтересовалась у него, когда Лукас перестал веселиться.

– Шани, ты такая забавная! Особенно когда наслушаешься романтических бредней от влюбленных в тебя юнцов. Позволь уточнить: о драконьих парах тебе поведал восторженный младший принц?

– Вообще, тут не в принце дело. Драконьи пары существуют, и это известно всем в нашем королевстве. И даже девице с далекого острова Найрена.

– Наверное, ей стало это известно из дамских романов, – подмигнул мне Лукас. – Тех самых, в которых пишется о трогательной любви провинциалки и богатого столичного вельможи королевских кровей, после того как их связали драконы.

Поняв, на что он намекает, я рассердилась. Нет, не так – разъярилась не на шутку!

– Когда тебя повесят, Проныра Лукас, – заявила ему, – я и слезинки не пролью! Потому что поделом тебе! Я задала один простой вопрос, как… как человеку, у которого уже есть дракон, а вместо этого ты принялся надо мной издеваться!

– Шани… – примирительно произнес он. – Я не знал, что тебя это настолько заденет.

– Как видишь, меня задело! Поэтому… Надеюсь, с моим дедом все в порядке, мамин медальон лежит в сейфе, и он станет стеречь его как зеницу ока, иначе мы все окажемся в Бездне в буквальном смысле этого слова. А ту табакерку лучше выкинуть в море. Избавиться от нее, как и от всех тех, у кого увидишь такую же вещь, потому что они продали свою душу Тьме. И вот еще – о похищении принца забудьте, это самое глупое, что я слышала за свою жизнь. А теперь…

Я попыталась его обойти, решив вернуться в общежитие, потому что больше ни о чем не собиралась с ним разговаривать.

Но не тут‑то было! Лукас встал у меня на пути, не давая прохода.

– Прости, – покаянным голосом произнес он. – Я не думал, что ты настолько близко примешь это к сердцу.

– Убирайся с моей дороги, Лукас Равенмор! Хотя за то, что ты сообщил дяде о жандармерии, я тебе премного благодарна. Мы несомненно пришлем карточку с наилучшими пожеланиями в ваш дом…

Но Лукас меня не пропускал. Улыбаясь, все время оказывался передо мной.

– Шани, это всего лишь глупые романтические бредни, потому что драконьих пар нет в природе. Они прекратили свое существование после Великого Разделения, которое произошло тысячелетия назад, когда люди потеряли свою вторую ипостась, а драконы стали свободны.

– Неправда! В смысле, правда, что мы все это потеряли, но я верю, что такие пары есть.

– Какое‑то время притяжение существовало, – согласится Лукас, – но оно давно уже сошло на нет. Люди, как и драконы, плевать хотели на желания Богов найти им пару, потому что отлично справляются с этим и сами.

– Ты неправ, – покачала я головой. – Тебе просто нравится поднимать всех на смех. Находить то, над чем можно издеваться, и делать это мишенью для твоего сомнительного юмора.

– Ты не знаешь мужчин, – произнес Лукас снисходительным тоном. – Этот… королевский отпрыск решил тебя заполучить и не придумал ничего лучшего, чем подобраться к тебе с такой стороны. То есть ты призвала дракона? – поинтересовался он. – Я слышал, на пляже у первого курса был хаос, и почти не сомневался, что это твоих рук дело.

Я обиженно засопела.

– Почему ты все время говоришь мне гадости? – спросила у него. Но затем не удержалась и заявила ему такую же: – Жаль, что тебя все‑таки не повесили на Найрене!

– Зато я нисколько об этом не жалею, – оскалился Лукас. – К тому же без меня твоя жизнь была бы не настолько веселой. Но раз меня не повесили, поэтому я открою тебе глаза: самцы драконы мало чем отличаются от…

– От самцов‑мужчин, ты это хотел сказать?

Он кивнул.

– Подозреваю, твоя драконица оказалась настолько же восхитительна, как и ты, Шани! Поэтому пролетавший мимо дракон не удержался от… обычного мужского интереса, а потом и влечения. А все то, что тебе рассказали позже, – это лишь бредни влюбленного в тебя юнца.

Мне стало немного обидно за «юнца» и за бредни, а еще за драконьи пары, но потом я задумалась: а что, если Лукас прав? Нет никаких истинных пар, подобных обязательств тоже не существует, и я вольна в своих чувствах и поступках?

Тогда бы… Тогда с моих плеч упала бы тяжеленная ноша!

Не то чтобы мне совсем уж не нравился принц Йорген, но, во‑первых, я не чувствовала к нему особого притяжения, во‑вторых, призвала двух драконов, а в‑третьих, я все еще не до конца разобралась в своих чувствах к Кайрену, принцу нари.

– А ты, значит, не влюбленный юнец? – спросила я у Лукаса исключительно из вредности, потому что рядом с лордом Равенмором во мне пробуждались самые темные черты моей натуры.

– О нет! Я давно уже стал мужчиной, который знает, что он хочет, – отозвался тот. – И тебе тоже не помешает это узнать.

…Чужая рука на моей талии. Он притянул меня к себе властным жестом, прижал к крепкому мускулистому телу, и его губы накрыли мои.

Только вот как целуется лорд Равенмор, уверена, перецеловавший всех студенток в Академии Драконов Керна и всех девиц в пиратских кабаках и притонах Арвена, узнавать мне нисколько не хотелось.

И пусть на секунду я почувствовала…

Нет же, запретила себе о таком даже думать и уже в следующее мгновение приложила руки к его груди. Почувствовала магическое сопротивление – уверена, это было либо его защитное заклинание, либо амулеты, но меня такое не остановило.

Между нами полыхнуло так сильно, что нас откинуло в разные стороны.