В зале вновь раздалось негромкое бормотание – все просили для себя блаженства, клянясь в вечной преданности.

Наконец из глубины шкатулки во все стороны протянулись черные щупальца, чтобы уже скоро коснуться висков собравшихся.

Все моментально впали в блаженный транс. В зале воцарилась тишина, прерываемая только шепотом благодарности и восторга.

Наконец еще через полчаса шкатулка медленно закрылась – сеанс общения с хозяином закончился, и Тьма исчезла. Но никто не спешил уходить – все стояли, замерев и затаив дыхание.

Вырванные из мира наслаждения, они пытались вернуться в привычный мир, где они были обычными людьми.

Но все прекрасно понимали: их жизни навсегда связаны с запрещенным много столетий назад, но теперь вновь пробуждающимся и набирающим силу Орденом Бездны.

Спарринги среди девушек, к нашему неудовольствию и удовольствию наших однокурсников, решили провести первыми. Парни тотчас же окружили место, где должны были проходить поединки, и приготовились наслаждаться зрелищем.

Заодно и подбадривали нас как могли.

Первыми в квадрат, по решению магистра Бореля, вошли Мейра с Трейн, но зрелищного боя между ними не вышло. Если честно, вообще ничего не вышло, потому что однокурсницы переминались с ноги на ногу, явно не понимая, что им делать и что от них хотят.

- Нападайте! – рявкнул магистр Борель так громко, что с крыши академии взлетели задремавшие там чайки, и даже мне захотелось пойти и на кого-нибудь напасть.

На это Мейра всхлипнула и закрыла лицо руками, а Трейн, приблизившись, попыталась ухватить ее за край туники. Но подруга не далась, вырвалась, и обе в очередной раз отступили к противоположным краям квадрата.

Затем снова закружили, осторожно ступая по вытоптанной и пыльной траве. Еще одна попытка вцепиться друг в дружку, и – снова разошлись.

Я подозревала, в чем была причина подобного «поединка» – ни одна из подружек не собиралась причинять другой ни малейшего вреда.

- Хватит! – не выдержав, рявкнул магистр Борель, затем что-то пробормотал про «запущенный случай». – Это вам не королевская балетная труппа, вы ошиблись академией! Прочь из квадрата, обе!

Те радостно поспешили подальше от этого места, а магистр Борель повернул голову и уставился на меня.

- Ты! – сказал мне.

- Шанайя Гордон, – вежливо представилась я.

- Шанайя Гордон и…

- Леди Селеста Делавей, – ледяным голосом произнесла блестевшая от пота дочь губернатора, кажется, так и не простившая преподавателю запрет на ношение зонта.

- Шанайя и Селеста, вперед! – опустив ее титул, приказал нам магистр Борель. – Надеюсь, хотя бы вы не будете как сонные мухи.

То, что Селеста уж точно не сонная муха, я догадывалась еще до начала поединка и ни в чем не ошиблась. Она застыла на противоположной стороне квадрата со злым лицом, сжав руки в кулаки так сильно, что побелели костяшки пальцев.

Едва стоило раздаться команде «Начали!», как Селеста тотчас же ринулась в мою сторону.

Я этого ожидала, поэтому спокойно увернулась. И если Селесте казалось, что она двигалась быстро, то она серьезно ошибалась.

Затем я увернулась еще раз, усмехнувшись, когда услышала, как дочь губернатора раздраженно выругалась. Причем такими словами, которые вовсе были ей не к лицу.

- Давай уже, дерись! – крикнула мне. – Что ты изворачиваешься, как угорь на сковородке?! – И снова кинулась на меня.

На это я подпустила ее довольно близко.

Решила позволить Селесте почти вкусить радость победы – потому что она размахивала руками, словно собиралась выцарапать мне глаза. Затем я резко поднырнула под ее правый локоть и подставила подножку.

А для верности еще и толкнула в спину.

На это дочь губернатора споткнулась и упала лицом в траву, но подниматься не спешила. Вместо этого зарыдала, а потом стала бить кулаками об землю.

Подозреваю, в бессильной ярости.

- Но я ей ничего не сделала, – растерявшись, повернулась я к магистру Борелю. – Клянусь Богами Арвена, я ее даже не ударила!

Преподаватель кивнул.

- Хватит уже, леди Делавей! –- произнес он. – В реальном бою обида ничему не поможет, только навредит. Поднимайтесь уже на ноги и продолжайте!

Но Селеста его не послушала. Подскочив, она смерила меня ненавидящим взглядом, а я уставилась на ее перепачканное в пыли лицо с блестящими дорожками от слез и пожала плечами.

- Давай закончим поединок, – сказала ей.

Вместо этого Селеста кинулась прочь куда-то по направлению к главному корпусу, и магистр Борель задумчиво посмотрел ей вслед.

- Очень запущенный случай, – произнес он вслух. – Похоже, мне не помешает попросить надбавку к жалованию. Свободна, – сказал мне. – Следующие!

Но куда более запущенный случай ожидал его в лице дочери казначея, которая вошла в квадрат для поединка первой, а за ней не слишком уверенно ступала Лина.

- Я тебя предупредила, – повернувшись, напомнила ей Ормелия. – Смотри у меня!

Магистр Борель, конечно же, понятия не имел, что Ормелия собиралась засудить мою подругу, если во время спарринга та осмелится к ней прикоснуться.

Но, судя по решительному выражению лица, Лине было все равно. Эти две девицы, Селеста и Ормелия, устроили настоящую травлю и довели не только меня, но и ее.

Тут преподаватель дал команду начинать, и Ормелия тотчас же уверенно двинулась к Лине. Попыталась схватить ту за тунику, кажется, собираясь ударить ее в лицо сжатой в кулак правой рукой.

Но моя подруга ловко увернулась, не позволив в себя вцепиться, и даже ухитрилась подставить Ормелии подножку.

Та не удержала равновесия и повалилась на траву. Лина, воспользовавшись замешательством, тотчас прыгнула ей на спину, вцепилась в волосы и прижала к земле.

Ормелия завизжала так громко, что... Надо было это слышать!

- Хватит! – остановил их магистр Борель, и Лина послушно отпустила соперницу.

- Поднимайся, Энарис! – приказал преподаватель. – Обе – разошлись по углам! Продолжайте!

Ормелия с перекошенным и грязным лицом снова кинулась на Лину, но та в очередной раз ловко избежала ее ударов. Новая атака, и уже Лина уверенно схватила Ормелию за рукав, после чего сноровисто подставила той подножку.

Прием мог бы быть красивым, и Ормелия отправилась бы в полет, но на этот раз у Лины ничего не вышло. Дочь казначея сумела удержать равновесие, затем вцепилась подруге в плечо и навалилась на нее всем телом.

Хрупкая Лина не выдержала и покачнулась. Одной рукой она коснулась травы, зато второй… Зачерпнув пыльную землю, она изловчилась, повернулась и швырнула Ормелии в лицо.

Та тотчас же отскочила. Принялась чихать, тереть лицо и громко жаловаться, что грязь ей попала в глаза и она ничего не видит. Но ее отец, как только обо всем узнает…

- Он вас всех сгноит в тюрьме! Всех вас! – вопила Ормелия. – Вы будете сидеть в казематах!

Магистр Борель, не говоря ей ни слова, распахнул портал.

- Ты и ты! – указал он на Рикара и Коэна. – Отведите свою однокурсницу в лазaрет. Пусть ей промоют глаза и…

Кажется, он хотел сказать, что не помешало бы еще и промыть рот, но удержался. Вместо этого, стоило Рикару увести вопящую и изрыгающую проклятия леди Энарис, преподаватель посмотрел на Лину.

- Значит, Лина Вестли, – произнес он. – Очень даже неплохо, мисс Вестли!

Затем повернулся к парням, заявив, что пришел черед их поединков, тогда как девушки могут немного отдохнуть.

- Как ты? – подойдя, спросила я у Лины, которая стояла чуть в стороне от квадратов для поединков со спокойным, даже умиротворенным лицом.

- Хорошо, – улыбнулась она. – Никогда себя не чувствовала настолько хорошо!

Вот и я тоже чувствовала себя вполне неплохо до самого конца занятия. Но стало еще лучше после того, как мы с Линой быстро вернулись в общежитие. Смыли с себя пот, переоделись, сменив тренировочную форму на платья, и отправились на уроки.

Следующей в расписании у нас стояла История, где меня не только похвалили за отлично написанный реферат, но еще и вызвали к доске, и я вполне уверенно ответила на все вопросы преподавателя.