Раскидываясь на сверхскоростях и наблюдая за тем, как пустеют контейнеры с заготовками, про себя я думал о том, что сегодня нас ждёт самая высокая выручка с момента открытия. И тут, в момент самой запары, у меня зазвонил телефон.
— Алло⁈ — прижимая трубку плечом к уху крикнул я.
— Это ресторан «Марина»?
— Да, здравствуйте!
Чёрт его знает почему люди звонят на мой личный номер, как на номер ресторана, и чёрт его знает где они его нашли, но я рад любым клиентам. Даже тем, которые пока что лишь в перспективе.
— Мы узнали про вам мясной день, — сказал тихий вкрадчивый голос. — Хотели бы забронировать столик.
— Конечно! — крикнул я, одной рукой украшая тартар, а второй выкладывая на тарелку очередную порцию оссобуко. — Сколько вас будет человек?
— Двадцать пять. У нас… м-м-м… корпоратив.
— Отлично! — крикнул я, в уме уже посчитав средний чек на пятнадцать человек.
Рекорду явно быть. В уме продолжая подсчитывать кассу, я спросил у собеседника когда ждать его «корпоратив», на секунду отвлёкся от готовки и записал все данные прямо в гримуар, на «отработанную» страничку.
— Принял! С нетерпением ждём вас в «Марине»! — крикнул я и продолжил готовить.
— Кто звонил?
— Да как ты это делаешь⁈
У Джулии явно есть задатки ассасина. Слишком бесшумно передвигается, аж страшно.
— У нас стихийный банкет организовался, — сказал я, смирившись с тем, что ответа на свой вопрос не получу. — Двадцать пять человек.
— А когда?
— Не помню! Там всё записано!
И пока я продолжил играть в повара-осьминога, жонглируя мясом, Джулия взяла гримуар, прочитала запись, как-то странно крякнула и спросила:
— А ты точно не ошибся?
— Да что опять⁈
— Тут написано, что они придут в час ночи.
Хммм…
— Ну и отлично, — улыбнулся я и продолжил.
— Ты же понимаешь, что это ненормально?
— Ненормально отказывать гостям, дорогая моя Джулия. А пищевые привычки у разных людей разные. Если сеньоры хотят на ночь глядя втрепать сырого мясца, то кто я такой, чтобы им отказывать?
— Мне что-то невесело.
— А зря! У нас сегодня рекордная касса!
— Знаешь, — Джулия вскинула бровь. — Мертвецам касса не нужна.
И тут вдруг нож, который лежал на самом краю стола, соскользнул вниз, блеснул в воздухе и полетел острием вниз, прямо к моей ноге. Всё произошло в долю секунды. Я не думал. Рука сама метнулась вниз, пальцы схватили рукоять в самый последний момент, и плавным, отработанным движением я всадил лезвие в деревянную столешницу рядом со мной. Глухой стук прозвучал как точка в тишине, воцарившейся на кухне.
Рабочий момент.
— Не переживай, короче говоря, — сказал я Джулии. — Я себя обидеть не дам.
Кареглазка в ответ лишь шмыгнула носом.
— А знаешь почему? Потому что мир, это прекрасная штука. Столько в нём ещё людей, которых я не кормил! Столько в нём кухонь, блюда которых я не готовил и даже не пробовал! Столько вкусов! Столько рецептов! И с чего бы вдруг мне умирать, когда ещё столько всего не сделано⁈ Ах-ха-ха-ха!
— Гхым, — кашлянула в кулачок Джулия. — Знаешь? Если бы я была аномалией, то я бы сама тебя боялась…
Я же просто молча улыбнулся в ответ. То ли еще будет, дорогая, то ли еще будет…
Глава 22
Дверь «Марины» закрылась за последними гостями и в зале наконец-то стало тихо. Как по мне, день прошёл просто сказочно, и красноречивей всего об этом говорила выручка. О, да! Закупка отбита чуть ли десять раз, и у меня ещё осталось куча премиальной мраморки. Вообще, если ты не морозишь мясо, это и есть показатель успешного ресторана.
— Так. А ты ничего не забыла? — спросил я у Джулии, довольным хозяйским взглядом окинув пустой зал.
— Нет, — нервно рявкнул кареглазка и продолжила натирать столы.
— А мне кажется, всё-таки забыла…
Бедняга, совсем сегодня заработалось. Видать, тоже вошла в медитативное состояние, вот только со знаком минус. Бредит наяву. Ну… мне же легче. Пускай сперва приведёт зал в порядок, а потом я обязательно скажу ей, что колокол Сан-Марко прозвенел уже давным-давно. А потом быстренько переправлю до дома на гондоле.
С ветерком промчу. Всё-таки навык растёт не по дням, а по часам, да и карта каналов в голове уже выстроилась. Так что успею доставить девушку до дома ещё затемно.
— Кхм-кхм, — прокашлялся я, когда Джулия устало бросила тряпку на барную стойку и прекратила отыгрывать Золушку. — Ладно, хватит, сам закончу. Собирайся, довезу тебя до дома.
— До какого ещё дома⁈
— До твоего.
— Я никуда не поеду! — Джулия опять подхватила тряпку и принялась за полировку барной стойки.
— Почему?
— Да потому что! У нас скоро банкет! С чего бы я должна идти домой⁈
— А-а-а-а, — протянул я. — Слушай, я ведь тебе говорил не стоять рядом с грилем. Предупреждал ведь, что с непривычки может голову напечь. Давай уже собирайся.
— Нет!
— Да.
— Нет!
— Да…
Прения с кареглазкой растянулись минут на пять. А всё потому, что сегодня сеньора Джулия особенно рьяно игнорировала здравый смысл. И никакие доводы не воспринимала всерьёз.
— Я никуда не поеду!
— Ну хорошо, — кивнул я. — Допустим. Но ты же понимаешь, что в ночную смену можешь увидеть… м-м-м-м… всякое? И что это всякое может тебя шокировать? Скажи-ка, положа руку на сердце, оно тебе вообще нужно?
— А ты⁈
Какой же гнусный приём — отвечать вопросом на вопрос. И где только научилась?
— Ты что, уже работал ночью?
— Ну-у-у, — протянул я.
Тут Джулия застала меня врасплох.
— Да ты псих! Ты что, действительно работал ночью⁈
— Не то, чтобы работал, — ответил я. — Так, пару столиков сажал. Вполне нормальные люди были.
— Артуро! — девушка шлёпнула себя по лбу. — Ночью не бывает нормальных людей! И даже не факт, что это были люди!
— А когда же тогда?
— Не знаю! Мороки⁈ Аномалии⁈
— Успокойся, — попросил я. — С таким настроением я тебя к гостям точно не подпущу. На кону репутация и не хватало мне истеричных официанток. Ладно! Чёрт с тобой. Если действительно хочешь помочь, то помогай. А мне пора готовить…
* * *
— Хоба! — дверца шкафчика открылась так резко, что я едва успел увернуться, чтобы не получить по голове. — А вот и я!
Крутанув в воздухе сальтуху, домовой спрыгнул на рабочий стол и потянулся навстречу лампе.
— Здарова, Маринарыч!
— Тише ты, — шикнул я на него. — Не ори.
— А ты чего шепчешь-то? Ночи испугался, что ли? — Петрович ехидно ухмыльнулся себе в усы. — Ишь нервный какой. А с лицом чего? Нерв защемило?
— Тише, говорю.
— Это всё, потому что ты зарядку не делаешь. Молодёжь сейчас вообще даже простейшие вещи делать не хочет. Ты когда последний раз тренировался-то? Поди, ещё на родине, в имении?
— Тч-ч-ч! — тут я уже не удержался.
Приставил палец к губам домового, чтобы угомонить его балаболку. А затем кивнул на зал, из которого играла тихая музыка.
— Чего?
— Джулия тут, — объяснил я. — Может в любой момент зайти.
— Ох ты ж ядрючий! — вскрикнул домовой и сшибая контейнеры с продуктами ломанулся прочь.
Добежал до края стола, вдруг понял, что ему не туда, развернулся, прыгнул, подтянулся, залез в шкаф и захлопнул за собой дверцу. Затем выждал несколько секунд, аккуратно приотворил её и высунул бородатую рожу наружу.
— Слышь, Маринарыч, — теперь и Петрович перешёл на шёпот. — А что, собственно говоря, происходит?
— Так ты же знаешь всё, что происходит днём. Ну… насколько я понял.
— Иногда, — ответил домовой. — Но иногда я сплю особенно крепко. Вот как сегодня, например. Так что случилось-то?
Не мудрствуя лукаво, я объяснил Петровичу что к чему. Про закупку мяса, внезапный звонок на мой личный телефон, банкет и задержавшуюся до поздно Джулию.
— И ты согласился⁈
— Ну да.
— Гхым, — домовой запустил пятерню в бороду и с хрустом почесался. — Ну ты, стало быть, настоящий внук своего деда. Тот бы тоже согласился.
