— Никто меня не лю-ю-ю-ю-юбит! — а затем высвободилась из моего захвата, в два прыжка добралась до парапета и сиганула в воду.

— Фу-у-ух, — выдохнул я. — Однако…

Это что же получается? Я зря потратил на эту несчастную драгоценную конфету? У меня их три штучки всего осталось, а чтобы повторить рецепт теперь придётся изрядно заморочиться и посвятить этому несколько дней.

— Или всё-таки не зря? — уточнил я у самого себя.

Ну… да. Ведь кто знает, как оно могло повернуться? Но в любом случае! Угроза сзади продолжала приближаться, и у меня вдруг резко пропало игривое желание познавать удивительный мир ночной Венеции. Интуиция недвусмысленно говорила мне: «хватит испытывать судьбу».

А потому я лёгкой трусцой рванул к «Марине». В переулке между зданием моего ресторана и соседнего дома заметил тёмный силуэт, но как таковой угрозы от него не почувствовал. Впрочем, приглашать на чай тоже не стал. Хватит уже на сегодня приключений.

Захлопнув за собой дверь и провернул ключ аж на три оборота, я наконец-то почувствовал себя в полной безопасности. Руки тряслись так, что кто незнакомый непременно подумал бы, что я с утра до ночи бухаю…

— Кстати!

Помню-помню, что на кухне должна была остаться добрая половина бутылки вина. Того самого, что тайком презентовал мне бакалейщик Карло. И неплохо было бы его сейчас употребить.

— Ху! — дыхнул я в гранённый стаканчик и потёр о рубашку.

Удивительно, но таких стаканов от дона Карлуччи осталось немереное количество. Я сперва их даже немного стеснялся, но потом подсмотрел в других заведениях: местные такими пользуются. Дорогие-богатые хрустальные бокалы используются для дорогого-богатого марочного вина, а в этих гранёных уродцах подают своё, домашнее. И даже венецианская аристократия не чурается поцеживать из них.

— Что ж, — сказал я, трясущейся рукой наливая себе вина. — Попробуем. Пф-ф-ф-ф-фу!!!

Терпкий таниновый вкус загромыхал оркестром, в нос ударил запах мокрой пробки, язык аж поджался от кислоты и к вину сеньора Карло у меня появился один очень серьёзный вопрос:

— КАК⁈

Как мои посетители пили этот мухряк? Причём ведь улыбались мне в глаза, нахваливали! Неужели Карло хотел меня подставить?

А хотя… в чужой монастырь, как говорится. Возможно, это такая особенность местной питейной культуры. Причём надо признать — опыта в этой теме я до сих пор особо не набрался. Одному пить категорически неправильно, а друзей я пока что не завёл. Что ж…

Органолептическая экспертиза установила, что вино сеньора Карло — то ещё дерьмо. Но зато эффект оно оказало ровно тот, на который я и рассчитывал. Тело расслабилось и начали потихоньку слипаться глаза. День был насыщенным, и следующий обещает быть ничем не хуже. «А потому шёл бы ты, Артуро Маринари, спать», — подумал я и тут же последовал собственному совету…

Сегодня я проснулся, но не улыбнулся. Тело после вчерашних приключений дало о себе знать. Да и три смены у плиты, отработанных в темпе даже не вальса, а забористого краковяка — тоже не способствовали утренней бодрости. И ладно если бы это была реальная усталость… Я на таких скоростях работаю один здесь что мою готовку можно вполне воспринимать как хорошую боевую тренировку.

Энергия расходуется… Каналы прокачиваются и магическое истощение тоже вещь неприятная.

Вставать не хотелось совершенно. Будто старый дружище, который понял жизнь и не спешит, постель уговаривала меня остаться полежать ещё. Однако дисциплина — наше всё. Эдак я себе никогда режим не настрою, и так с момента приезда было сложно. А потому я прибегнул к самому действенному бодрящему способу, что только знал…

— Ус-с-с-с-сука! — задорно проорал я, выливая на себя ведро холодной воды.

Безотказный способ. Кровь забурлила, глаза окончательно разлепились и мозг заработал на повышенных оборотах. Сразу же вспомнилось о деле. Так… что у нас сегодня на повестке дня?

— А сегодня у нас…

— БЗ-ЗЗЗ!!! — требовательно прозвенел звонок с первого этажа.

Хм… у меня есть звонок?

Мельком взглянув на часы, я подумал о том, что рановато для гостей, а потому наскоро обмотался полотенцем и спустился вниз. Немного приоткрыл дверь, выглянул наружу и увидел что на пороге стоит Джулия.

— Ага, — почему-то вместо приветствия сказал я.

— Ага, — эхом повторила кареглазка, бесцеремонно толкнула дверь и вошла внутрь.

Оглядела меня с ног до головы и чему-то своему улыбнулась. Нет, так-то я парень не стеснительный, да и физическим тренировкам положенное время уделял. Может и не Аполлон, по которому можно изучать сразу же все группы мышц, но рельефом обладаю достойным. Во всяком случае девушкам нравится, и раньше никто не жаловался.

Однако под взглядом жгучей красотки я почему-то всё равно смутился. Рефлекторно потянулся к полотенцу с тем, чтобы поднять его выше и укрыться целиком, но вовремя спохватился. Подтяни я его на грудь, и одним «ага» не ограничится. Да и в целом, жест может быть воспринят так, что я решил похвастаться.

— Доброе утро, Джулия, — я изобразил на лице настолько любезную улыбку, на какую вообще только был способен. Челюсть, правда, чуть не свело. Ну и ещё одной рукой на стену облокотился, ведь невозмутимые люди всегда облокачиваются на стену, верно?

— И тебе доброго утра, Артуро. Вот, — девушка передала мне пакет. — Держи, это тебе.

В пакете оказалась железная коробочка без опознавательных знаков. Однако даже несмотря на то, что коробка была закрыта, от неё резко таращило вкуснющим, свежемолотым кофе.

— У тебя есть турка, я видела на кухне, — Джулия окончательно проникла внутрь и даже начала пальто снимать. — При этом ты ничего кроме своего дурацкого чая не подаёшь. А ты ведь в Венеции, Артуро! Кофе — это неотъемлемая часть жизни местных.

Кареглазка повесила пальто на крючок, нахмурился и явно обвинительно ткнула меня в грудь пальцем.

— Так к тебе никто на завтрак не придёт! Ой, — девушка взглянула на палец. — А ты вообще не вытираешься что ли?

Я же в свою очередь немного завис.

— Завтрак? — переспросил я. — Какой ещё завтрак?

— Артуро, кто из нас ресторатор, ты или я? — спросила Джулия. — Завтрак — это ведь не только самый важный приём пищи и приятная утренняя традиция, но ещё и самая маржинальная часть меню.

А ведь она права. Люди на кофе и блинчиках целые империи строят, а некоторые даже открывают заведения специально под тему круглосуточных завтраков. И чем я, спрашивается, хуже? Вот только есть пара моментов. Все эти упомянутые выше рестораторы готовятся к открытию бизнеса чуть более тщательно, чем я в данный момент. У них бизнес-планы, финансовые подушки, персонал, реклама… а я чисто глаза продрал и холодной водой облился.

— Самое главное начать варить кофе, — Джулия тем временем уже надевала официантский фартук. — И включить вытяжку. Народ сам на запах подтянется.

— Угу, — задумчиво кивнул я.

Подтянуться-то они действительно подтянутся, вот только что я им предложу? Если обращаться к венецианским традициям и делать всё по классике, мне нужно быстренько сообразить несколько противней «Cornetto vuoto». Переводится это примерно как «пирожок с ничем», а по факту является местным аналогом французского круассана. Просто чуть более сладким и в форме рогалика.

Плюс — одна заготовка корнетто заменяет сразу же всё меню. То есть при помощи кондитерского шприца и такой-то матери, я смогу сделать сразу несколько позиций. Тут всё ограничивается поварской фантазией, а она, как известно, безгранична. А минус…

— Опять дрожжевое тесто, — вслух пробубнил я и нахмурился.

А уже готовая к работе Джулия при этом смерила меня презрительным взглядом.

— Чего стоим? — спросила кареглазка. — Кого ждём? Иди ставь расстойку! Время ещё есть. Благо, в Дорсодуро народ просыпается не рано.

Что ж… с одной стороны надрать бы официантке жопу за то, что командует. С другой, она абсолютно права. Под лежачий камень вода не течёт, так что завтраку быть.