Нет, с драгоценным китайским чаем всё было более чем нормально. Просто даже самая малая его щепотка заваривалась так крепко, что натощак это было, мягко говоря, неприятно.

— Бр-р-ру! — опять завёлся желудок.

А мне не оставалось ничего иного, кроме как пообещать ему найти пищу и направиться искать пищу. Новый день, новые открытия, так что мой путь лежал в подвал.

— Ох-ре-неть, — выдохнул я.

Причём выдохнул паром. Тут же стало понятно, почему сыпучка и прочие складские помещения занимают второй этаж, хотя по логике вещей их стоило бы разместить внизу. Всё просто: весь подвал был морозильником.

Да-да, именно что минусовым, тут и гадать не надо, ведь стены сплошь покрыты инеем. А ещё не надо гадать насчёт того, что дело тут не обошлось без артефакторики. За закрытой дверью в соседнем помещении были комфортные для продуктов четыре градуса, и этого добиться несложно, но вот чтобы минус…

Слышал о таком, но вижу впервые.

— И надо бы пригласить спеца, — пробубнил я, глядя как волосы на руке от мороза встают дыбом.

Как только разживусь деньгами, обязательно загоню в «Марину» толкового артефактора. Пускай посмотрит, какие ещё сюрпризы таит в себе здание.

— Э-э-эй! — раздался крик сверху. — Тут кто-нибудь есть⁈

— А, чёрт! — выругался я, вспомнив что зачем-то отпер входную дверь, и пошёл наверх.

И тут же…

— Э! — тут же нарвался на жирного рыжего кота, который «раскапывал» дорогущий старинный ковёр с явным намерением пристроиться поссать. — Шу! Шу!

Кот кинул на меня презрительный взгляд… клянусь, это скотина как будто бы бровь подняла! А затем всё-таки оставил ковёр в покое и неспеша двинулся в зал. Я, конечно же, за ним.

— Да ладно⁈ — а в зале тем временем разбил стоянку целый грёбаный кошачий прайд.

Один белый, другой серый… но ни один ни капельки не весёлый! Итого четверо пушных рассредоточились по залу с явным намерение изгадить мне только-только вымытый зал. И так меня это возмутило, что я даже сперва не заметил женщину, что расположилась за столиком в углу.

— Здравствуйте, — исправился я и слегка поклонился.

А женщина была, мягко говоря, экстравагантна. Первое что бросалось в глаза, так это… глаза. Из-за круглых очков с очень-очень-очень минусовыми диоптриями казалось, что они занимают половину лица барышни. Но на этом странности лишь начинаются. В кудрявых волосах барышни была настоящая инсталляция из перьев, сухих листьев и каких-то веточек. Тонкие губы накрашены под сердечко, один глаз густо подведён зелёным, а другой синим. Одежда не просто заштопана, а чуть ли полностью состоит из заплаток. Юбка на штаны, туфли на носки, ну и как вишенка на торте — перчатки без пальцев, как у бомжа.

— Меня зовут Артуро Маринари, — представился я. — А вы-ы-ы…

— Глованни, — улыбнулась женщина. — Франческа Глованни.

И по улыбке стало понятно, что в молодости сеньора Франческа была настоящей красавицей. Причём старела она тоже весьма красиво, вот только за гримом это так сразу не разглядишь.

— Прошу прощения, сеньора, — я взялся за веник. — Сперва выгоню котов…

— Зачем⁈ — закричала Франческа. — Коты со мной⁈

— Э-э-э… с вами? — не понял я.

— Со мной! — повторила женщина. — Это мои телохранители!

Ну… заявление, скажем прямо, спорное. Таких телохранителей при желании можно тапком уработать. Да или тем же веником. Однако кто я такой, чтобы запрещать людям сходить с ума так, как они хотят?

После фразы о «телохранителях» кошаки расселись вокруг сеньоры Франчески. Трое запрыгнули на соседние стулья, а тот рыжий и наглый залез ей на колени.

— Ла-а-а-адно, — протянул я по-русски, прокашлялся и принялся отыгрывать роль гостеприимного хозяина закрытого ресторана. — Прошу прощения, но ресторан «Марина» пока что не готов к приёму гостей. К моему великому сожалению, мне нечего вам приготовить…

— А чай? — скинув бровь спросила Франческа. — Мне говорили, что у вас наливают прекрасный китайский чай.

Оп-па… это что же получается? Итого за всё время у меня был всего лишь один гость, а сарафанка уже вовсю заработала.

— Прошу простить мою забывчивость, — улыбнулся я. — Чай, конечно же, есть.

— Неси! — Франческа выдала эдакое царственное па и отвернулась в сторону мутного окна, затем пару секунд попыталась удержать этот суровый надменный образ, но в конечном итоге прыснула в кулак. Заулыбалась и как давай бормотать что-то невнятное.

Причём разными голосами. Со стороны мне показалось, будто бы она отыгрывает какую-то пьесу за всех своих котов разом.

— Штош…

У барышни явно течёт чердачок, но это не повод её не обслуживать. Ведь если она так же щедра, как человек по наводке которого она зашла в «Марину», то это ещё сильнее поправит мои дела.

— Прошу, — через несколько минут я возвратился с чайником и чашкой.

Затем выслушал о том, что вообще-то должен был принести пять чашек, ведь котики тоже не дураки побаловаться, и ещё раз сходил на кухню.

— Присядь, — велела мне Франческа и указала на свободный стул.

Ну а я и присел. В абсурдной тишине, сеньора Глованни разлила целый чайник по кружкам и сразу же начала пить. Горячий, обжигающий, только что кипевший чай. Маленькими глотками, и не отрывая кружку от губ.

Так прошла минута.

— Кхм-кхм, — прокашлялся я и уже хотел было задать какой-то досужий, ни к чему не обязывающий вопрос, но:

— Ап-ап-ап! — Франческа подняла палец кверху. — Не мешай! — и продолжила свою странную церемонию.

Меня же тем временем начали окружать её коты. Меховые зашли со всех сторон, а наглая рыжая морда пристально пялилась на меня из-под стола. Честно говоря, я уж хотел было на всякий случай врубить ауру, но тут…

Со стороны барной стойки что-то загремело. Кошаки тут же позабыли про меня, разом повернулись на шум и зашипели в унисон.

— Вот как? — спросила непонятно у кого сеньора Франческа. — Ну ладно, — отставила кружку и спешно засобиралась на выход. — Запишите на мой счёт, Артуро! — крикнула она уже в дверях. — Я не взяла с собой кошелёк! — а затем в полный голос начала петь что-то наподобие баркаролы.

Тут я не удержался, чтобы выйти на улицу и не проводить её взглядом. Интересная всё-таки барышня. А что до оплаты, так чёрт с ней. Ссориться с сумасшедшими — это последнее, чем я сегодня собирался заниматься.

Итак, проследив за тем, как госпожа Франческа при сопровождении блохастых телохранителей свернула за угол, я вернулся обратно в ресторан. Выгнал с кухни на улицу небольшую тележку, которую заприметил ещё вчера, закрыл дверь на ключ и достал карту.

Надо бы узнать, где находится ближайший рынок. И да, самое время втарить старушку «Марину» продуктами! Кажется, сегодня вечером я дам свой первый ужин!

В целом я уже достаточно познакомился с районом, чтобы понять — искать здесь рынок слишком наивно. Может быть, и есть где-то что-то такое, но карте оно не отмечено. Да и местные в ответ на мой вопрос в основном задорно хохотали и качали головой.

Наконец одна из прохожих дам подсказала мне, где находится местный магазинчик.

— Для своих, — небрежно сказала она. — Товаров там немного, цены кусаются, но всё самое основное у старика Карло есть. Тут ведь в чём дело? Местные уже наловчились закупаться впрок, так что это место только на самый крайний случай.

И в целом как нельзя лучше описала лавку.

«У Карло» — гласила вывеска. Звоночек над входной дверью брякнул, и я вошёл в полупустой магазин. Точнее… полки-то ломились. Вот только вместо привычного разнообразия брендов, здесь целый стеллаж с первой и до последней полки могли занимать одни и те же банки с пелатти.

К слову, их наличие это уже победа. Красная база считай, что есть. Проварить, добавить специй, догнать по вкусу и в меню «Марины» можно смело записывать пасту, пиццу и мидии в томатном соусе.

— День добрый, сеньор! — а вот и Карло.