— Где элитные отряды князя Шишкина?

— Разбежались, ваше величество, — с достоинством поклонившись, отчеканил второй генерал. — Еще неделю назад. Силы были неравны, и князь…

— Сбежал как последний шакал! — зарычал царь и, ударив второго генерала в нос, кинулся к третьему генералу. — А где флот адмирала Никитина⁈

— Уничтожен штормом, ваше величество, — плаксивым голосом сказал третий генерал, готовясь принять свою участь. — Еще утром самого Никитина принесло приливом, я не успел вам доложи…

На него царь напрыгнул уже с посохом. Отоварив генерала парой крепких разов по черепу, уставший правитель кинулся в кресло. Его глаза сверкали как у сумасшедшего.

Скосив их в окно, он увидел то, чего страшился целых пятнадцать лет — купол Дворца Великого Хана. Он двигался довольно медленно, но неумолимо, как гигантский золотой корабль, горящий словно солнце. От грохочущей поступи пехоты, рева сотен моторов и ржания лошадей стены царских палат дрожали.

— Что же делать?.. Что мы еще можем сделать?

Пока он бормотал себе под нос, по тронному залу расхаживали слуги с монтировками и отдирали от стен, мебели и пола все золотое, позолоченное и золотистое. Закидывая все в тачку, увозили во двор, где который день росла здоровенная сверкающая куча. Золото в нее свозили со всех окрестностей. Со всего царства! Даже в казне было шаром покати! Даже его ЗОЛОТОЙ ТРОН и тот увезли еще вчера!

— Проклятье… Что же делать⁈ Что делать? Не отдавать же ВСЕ этому гадкому грабителю!

И он оглядел бледные лица своих бестолковых генералов.

— Вы чего молчите⁈ — окрысился он. — Генералы вы или нет⁈

Но стоило одному из генералов заикнуться про каких-то «наемных убийц», царь швырнул в него табакеркой. Знал он этих убийц! Уже третью партию отправили, и в никуда!

— Ни один из ваших хваленых клоунов не вернулся! А ведь можно было позво…

Затем с радостным писком схватил телефонную трубку.

— Знаю, что делать! Знаю! Позвоню «решале»!

«Решала» долго не отвечал. Как-то слишком долго. Обычно он брал трубку за пару гудков, а сейчас…

— Слушаю, — вздохнули уставшим голосом. На фоне кто-то стонал. — Кто это?

— Как это кто⁈ Ты чего пьян, сволочь? — зарычал царь, поправив на голове корону. — Это я! Павел VI, царь и превеликий государь Вечного Царства! И у меня есть для тебя дело. Слушай и запоминай, нужно замочить…

— Царь⁈ А… Ты уже приготовил для меня золото?

— Какое золото⁈ Плату получишь после того, как…

— Слушай, мне некогда. Тут какие-то пятеро негодяев решили, что хорошей идеей будет прервать один очень важный разговор. Значит так…

И он откашлялся. На фоне снова кто-то стонал.

— Золото принесешь к крыльцу Дворца и передашь евнухам, как договаривались. Или ты забыл, Паша?

Царь потерял дар речи. Это же тот самый голос…

— Ваше ханское величество?.. — пискнул он, лихорадочно поглядев на своих генералов. Они побледнели как статуи. — Это вы?..

— А то нет? Глаза разуй, идиот! Или ты не заметил, моих людей вокруг твоего города⁈ А дворец?

— Заметил… Он очень красивый…

Царь зажмурился. Смотреть на этот Дворец у него не было никаких сил.

— Давай собирайся, — сказал Хан. — Помнишь уговор?

— Да… Все золото до последнего петушка на крыше…

— Вот-вот. И купола. Их тоже снимай.

Царь был поражен настолько, что сначала подумал, что ослышался.

— Купола… Как купола⁈

— Ты оглох? Все купола в городе к вечеру должны лежать у моего золотого дворца. А иначе… Эй, ребята, что будет, если ваш царь сглупит?

— Ему крышка! О, Великий Хан! — пропели в унисон.

— Отлично. Конец связи.

Царь думал, что его сердце выскочит из груди. Откинувшись в кресло, он простонал:

— Купола… Им пятьсот лет! Купола! ОН ХОЧЕТ ОСТАВИТЬ НАС БЕЗ ШТАНОВ! Что же вы молчите⁈

Схватив посох, он кинулся бить своих подданных, как открылась дверь, и в зал заседаний словно озарило светом. Это была его единственная и любимая дочурка — златокудрая царевна Оксана. Самая прекрасная из всех девиц Царства.

— Папа… — сказала она, прижимая к груди зеркальце. — Ты видел золотой дворец? Я хочу его!

И она поджала свои розовые губки.

Царь очень любил свою дочь, холил и лелеял, но вот сейчас ему очень хотелось выпороть ее.

Прежде чем он успел зарычать, она заявила:

— И если ты не завоюешь его для меня, то я возьму его сама!

Положив трубку, я щелкнул пальцами, а затем в золото утащило еще пятерых убийц. Когда их крики затихли, перевел взгляд на Аристарха, голова которого торчала на поверхности золотой кучи. Он смотрел мне в глаза.

Мне ужасно хотелось убить его. Выжечь Взглядом изнутри. Чтобы вместо этой смазливой мордашки остался один череп, застывший в вечном крике.

— Ничтожество, — прошипел я. — И как ты вообще посмел явиться сюда? Почему не умер в этих доспехах? Почему не откусил себе язык⁈

Опустившись на колени, я схватил это ничтожество за волосы.

— Испугался, да?.. Испугался⁈ Ты же боишься смерти, Аристарх?

Он нервно хохотнул, не отводя глаз.

— Нет. Я достаточно пожил…

— Лжешь. Все боятся смерти. Даже боги. Все вы трусы!

— Это говоришь мне ты?.. — прошипел Аристарх. — Тот, кто ускакал в Орду за золотом, вместо того, чтобы…

— Молчать.

Я сказал это совсем не громко, но достаточно доходчиво. Мой Взгляд начал разгораться, а тень начала увеличиваться в размерах.

— У тебя два варианта, сир рыцарь, — продолжил я, — либо смириться с простым фактом того, что я — Дракон, Хранитель Башни и Древней магии, преклонить передо мной колено и верно служить мне, либо продолжить бессмысленную борьбу. В первом случае мы спасем Королевство, а во втором… Я спасу Королевство, но уже в городом одиночестве.

— Ты⁈ Спасешь королевство? Притащив туда орду захватчиков?

— Орду, что подчиняется моей воле. Орду, которая будет очень полезна в борьбе, с тем, от кого ты принял поражение, Аристарх.

Он нервно рассмеялся.

— Пока ты даешь им то, что они хотят, возможно. Но оказавшись в Королевстве, они мигом сорвутся с поводка и не оставят там камня на камне. Убьют всех, и Василия, и Марьяну! Она-то для тебя что-то да значит?

— Возможно… Но ордынцы тоже важны. Они еще сослужат мне службу. Как и ты, Аристарх, если ты, конечно, хочешь жить.

— Жить ради чего⁈ Чтобы увидеть, как Орда шагает по моей родине? Как в Башню возвращается зло⁈ Нет. Я лучше умру.

— Глупо, — покачал я головой. — Ни твоя, ни моя смерть ничего не изменит. Великий Поход готовился Ханом целых десять лет, а я всего лишь толкнул камешек. Эта лавина в любом случае понеслась бы на Королевство. Разница в том, КТО будет держать их за ошейник: я, или тайджи Угедей. Сам же слышал? Он уже в Королевстве, и, похоже, Марьяна пляшет под его дудку.

— Ложь. Она не…

— Юна, глупа, неопытна. А еще очень зла, одинока и несчастна. Как ни крути, но Марьяну нынче обложили со всех сторон: ее безумный отец, Изнанка, собственные подданные, собравшиеся сместить королеву с трона, а тут еще и Орда… Никого не забыл?

Прежде чем Аристарх успел ответить, двери в тронный зал приоткрылись и внутрь вошел евнух.

— О, Великий Хан! — и он низко поклонился. — Ваши воины просят разрешения пограбить округу немножко! Совсем чуть-чуть! А то, говорят, неделю как шагаем по этой жалкой земле, а толком никого не пограбили! Ни одного купца не повесили! Ни одной девки не попортили! Обидно!

Я цыкнул зубом. Ну только этого не хватало…

— Мой ответ тот же — нет.

— Ах, как плохо, о Повелитель! Ваши люди уже начинают роптать, что большая часть Царства позади, а добычи все нет и нет! Разреши хотя бы пару деревень сжечь, а что что они стоят как не родные⁈

— Нет…

— Ах, как жаль! Но что же делать⁈ У ваших людей уже все внутри свербит — так и хочется хотя бы бояр в реку покидать! Вах-вах, как хочется! Разреши, о Великий!

Я вздохнул.

— Пусть смотаются в соседний лесок к северу отсюда, — сказал я. — Найдут там какой-нибудь сарай и сожгут его, если так руки чешутся. Кстати…