«Смотреть больно» — это не фигура речи. Глаза — зеркало души, а ее следует блюсти в чистоте. Для изучения вражеской территории пользовался зачарованным «лорнетом», как у Петровича. Стекляшки с чарами Дальнозоркости скверну отсекали посредственно, и я старался не злоупотреблять осмотром достопримечательностей.

Вопреки территориальным потерям, мощь некрополя только приросла с нашего прошлого визита. Тем не менее, враг старательно прикидывался ветошью. Гигантский котел с ядовитым варевом — вот ближайшая аналогия. В любой момент жижа выплеснется десятками щупалец, неотвратимо захлестнет жалких людишек, утянет вглубь, чтобы переварить добычу. И я напрягся. Засада? Конечно, ты же не ждал здесь ласковую суккубу из тортика? Будет драка. Ведь мы пришли сюда не на экскурсию, а за осколками душ и жемчужинами. Первая партия трофеев меня совершенно не впечатлила. Моя доля составила не серьезные шестнадцать граммов «сахара». Пустышки и бусины-нулевки считать смысла нет, пока они не превратятся в накопители и сферы первого уровня.

Толик не сдержал восторженного возгласа, поднимаясь. В его пальцах блеснул массивный перстень, вероятно, серебро. Восставшим мертвецам этот металл не по нраву, и они украшения просто сбрасывают.

Заметив наше внимание, грузчик подошел с несколькими найденными только что предметами в соломенной шляпе. Однако! Народ принялся активно рыхлить мусор и останки пятками копий и подошвами, кому обувь позволяла. Пошли первые находки, характерные для здешних захоронений, распаляя азарт. То тут, то там слышались радостные возгласы.

— Да это же Клондайк! — воскликнула Вероника через минуту, примеряя блестящий браслетик.

— Копанину тоже пополам? — Эрик подсуетился с мешком, куда его подчиненные принялись ссыпать находки, уже не помещавшиеся в руках. Не удержался, прочертил пяткой копья борозду и сразу подцепил веревочку с пробитой позеленевшей монеткой. Проверил ее на скверну — в норме. Историю с коварным кулоном недавно слышали все, но я еще раз напомнил коллективу о бдительности.

Пока мы с упоением играли в черных археологов, к патрулю неживых у границы оскверненной земли подтянулись полтора десятка обтянутых черными жгутами скелетов. Большинство вооружены палками и обломками костей, а в свободной пятерне дополнительно притащили по камню. Костяной воин покрупнее прочих принес корзину с метательными черепами. Но действительно мощных химер и големов среди кладбищенских сторожей в этот раз не наблюдалось. И к нам они не лезли, следя за раскопками блестящей чернотой в глазницах.

Артем не выдержал, свалил одного из арбалета, но сам понял, что сглупил: добыча и обломок болта остались на вражеской территории. На замену павшему тут же подошли еще два страшилища.

Своей демонстрацией противник словно издевался: а что ты мне сделаешь? Атаковать людей незримый кукловод не спешил, нам же приближаться границе слишком опасно. Достаточно наслать на наше воинство несколько клубящихся туч скверны и все, побежим под купол впереди своего визга.

Хочешь узнать, что я тебе сделаю, ублюдок? А вот что!

— Так, мужики, кости в отдельные кучки складываем!

И подал пример, стянув телекинезом с ничейной земли несколько крупных «запчастей».

Ритуал упокоения останков кладбищу не понравился. Толпа беспокойников решительно шагнула к границе оскверненной земли и… тут же вернулась обратно, отступив от границы еще дальше. Супостат провернул маневр еще дважды. На кого рассчитано это бесхитростное приглашение в ловушку?

Эрик забеспокоился одновременно со мной. Но не насчет противника, стоявшего неподвижно, мы уже слишком долго ковырялись в полоске оставленной земли. А у его новобранцев, Вероники и сорколинов нет никакой защиты от пагубы.

— Борис, надо отвести людей! — предложил он.

— Да. Ты прав.

Мне со всеми усилениями организма даже в пекле живется сносно, обычным же людям необходим отдых. Желательно в тени, да где ж ее взять? Увлеченные сбором добычи чумазые, усталые новички подчинились с неохотой. С сорколинами проще: приказал — взяли потяжелевшие мешки и корзины, и пошли, куда указал.

Отошли к старой, покалеченной ударом молнии сосне. Включил Благосвет и пустил по рукам бутылку живой воды. Народ активно обменивался впечатлениями, демонстрируя друг другу самые ценные свои находки. Кому-то посчастливилось найти приличный нож, кому-то обломанный наконечник копья, кому-то добротные тряпичные ботинки, плетеный пояс или сумку. Мы с Эриком не возражали, чтобы каждый участник раскопок взял что-то полезное для себя. Но украшений это не касалось.

Собранные в узлы куски ткани, предметы одежды, веревки, мешки с металлом образовали солидную груду. На песке возникла обширная коллекция керамики: миски, горшки, кувшины, погребальные урны. В несколько рейсов самые активные перетаскали добро в рощицу из прежних заначек. Рядом уложили связку деревянных жердей и обломков погребальной атрибутики, пригодных для переработки. Несомненно, это успех.

Разного тряпья оказалось больше всего. Смрад, пропитавший ткань под действием солнца, ветра и песка ослабел. Технология отработана: пересыпят влажной почвой на несколько суток, после вымачивание в щелоке, качественная стирка, сушка и можно пользоваться. Неприятно, но возможность купить не ношенную одежду есть лишь у немногих состоятельных жителей.

Бегло проверил все добытое на скверну, особенно ювелирные изделия и посуду. Во время отдыха под кроной дерева поделили металл и волшебный песок, собранный из нескольких пятен. Нашу долю поместил в пространственное хранилище. Бойцы знали, что-то пойдет в работу, остальное отправится в мастерские в обмен на защитную экипировку для всех нас. Сейчас главное, добыть Артему с Михаилом именные рогатины или зачарованное оружие высокого качества. Поэтому сделанные мной слитки отправят мастерам они. И хорошо бы некрополис поделился темным жемчугом.

Воодушевленный небывалым прибытком меди и серебра, Эрик предложил повторить недавний обмен, но я отговорился, что свободные обереги закончились. Уже привык, что мои ситуативные уступки, окружающие воспринимают как возможность продавить Борьку-добряка и даже перестал злиться на святую простоту отдельных персонажей. Эрик заботился о своих подчиненных и это правильно. Мы сражаемся против общего врага — тоже серьезный аргумент. Но, увы, хорошего понемножку.

Предложил ему сдать весь металл и песок Игнатьеву, пообещав выторговать скидку на обереги. Но Эрик не угомонился и в своей настырной манере зашел с другого бока. Предложил обменять медяки и бронзу на накопители. Особенно его интересовали сферы с сырой маной, о которых ходили слухи один невероятнее другого. Тут я не отказал. Уступил упорному воеводе две «ядерных» жемчужины и три батарейки с записанным «Благосветом». Заодно новички прослушали лекцию о пользе прокачки резерва для дальнейшего развития.

Вероника неплохо вписалась в коллектив и пригодилась для взаимной прокачки. Ее средоточие — полторашку — просто-таки переполняла энергия. И она помогла Яну стать немножко лучше. В порядке ответной любезности запихнул в девушку два накопителя — мой и Артема. Резерв Вероники отозвался бурным ростом на одну десятую. И девушка усвоила вложенное в сферы заклинание «Светоча»! Или не усвоила, а вспомнила?

Пока мы развлекались таким образом, толпа нежити в полсотни голов перешла границу кладбища. И была битва со злом.

Битва описана в начале первой главы.

Наш отряд медленно двигался по кромке территории некрополя, на правах победителей занимаясь собирательством. Без прежнего азарта, разборчиво, но тщательно, не пропуская ничего действительно ценного. Победой над толпой нежити следовало воспользоваться сполна. Я шел ближе к границе с активированным на полную мощь заклинанием «Щит веры», хоть немного прикрывая остальных от воздействия пагубы. Облака копоти не рвались к нам, четко соблюдая границу, но я ждал удара и готов был ответить. Вражина прекрасно ощущала мою готовность и… медлила с атакой.