Еще Толик сообщил, что на рынке появилось зашлакованное и хрупкое железо, мало на что пригодное. Кто говорил, добытое возле прорывов, другие предполагали, что металл извлечен неизвестным умельцем отдаленной общины как бы не из камнестали. Явная дезинформация, поскольку я не смог переработать «чернушку» в своем тигле во что-то другое. Потратив прорву маны, получил кусочек более качественной камнестали, вроде той, что идет на флешетты. И отложил эту затею. Для прокачки магического тигля, чтобы сократить потери дорогой меди при переплавке, у меня пока что хватало свинца.

К слову, некоторое время назад поселковые умельцы научились из обломков дротиков небесных курьеров лепить лезвия копий. Без всякого принтера серийно производили наконечники болтов, дротиков, стрел и чеснок. Граненые шипы годентагов, оголовья палиц выходили массивными и часто одноразовыми. Эксперименты с бронепластинами пока ни к чему не привели, слишком тяжелый материал. Замахнулись на сельхоз инструменты, но те пока что получались массивными и неудобными. Некий мастер наладил мелкосерийное производство ведерных кадок для растений и сбора дождевой воды.

Камнесталь — замена относительная, общине требовалось железо! И я даже знал, где его взять в товарных количествах. Пустынные пески содержат частицы гематита и магнетита, которые можно извлечь при помощи перенастроенного артефакта для добычи «сахара». Почему же я, обладая этой информацией не бросился немедленно выплавлять железные слитки?

Просто включил голову и ознакомился с информациец в базе по кузнечному делу. Производство двухэтапное. Сначала железосодержащий песок с добавленим флюса превращаем в полуфабрикат с потерями массы в пятьдесят процентов. Затем предстояла повторная плавка, по итогам которой можно получить так называемое «мягкое железо» уже пригодное для простых изделий или отправки мастерам Тысячи. Существует и третий этап, что однажды мне покорится и смогу превратить железо в сталь с заданными параметрами. К этому необходимо двигаться, но не прямо сейчас.

Железной руды мой тигель вмещал очень мало, сама переработка займет больше времени. Затраты маны будут космическими, а результат — незначительный. Одно дело изготовить сплав на два браслета или три оберега, и совсем другое — железный пруток для расковки в пластины или проволоку для навивки кольчужных колец. Доспехи нужны не меньше оберегов, но пока я не могу пройти всю цепочку от руды до сборки кольчуги. Слишком сложно для моих скромных навыков.

Со всех точек зрения мне выгоднее переплавлять свинец и медный лом для собственного производства артефактов. Этих металлов у нас с Сундуком припасено на неделю переработки минимум. Железного лома в кладовой еще больше!

В сухом остатке, компромат на Лациса — полная хрень, а вот информация о крицах из дальней общины любопытная. Не зря вложился в Толика. Уверен, едва потрогаю образец, сразу пойму, получен металл классической плавкой в печи на древесном угле или же с помощью магии. А там будем посмотреть, годится ли моему тиглю такое сырье, насколько переработка привозного «чугуния» в дельное железо будет выгодна, нежели самому освоить полный цикл.

Поля культурных растений увеличились в размерах, от них слегка фонило остаточной магией. Овощи не просто поливали зачарованной водой, здесь провели полноценный ритуал, повышающий урожайность. Кукуруза, батат и картофель перли как на дрожжах. Раздавшиеся в стороны острова туки и бамбука кое-где уже начинали мешать земледельцам. В остальном мире эти растения считаются сорными, из разряда «один раз посади и хрен потом выведешь с огорода». В старых доменах аборигенов никому в голову не пришло бы занимать ими драгоценное пространство под куполом. Но здесь они росли на неудобьях и без всяких трудозатрат, принося неисчислимую пользу. Периодически их прореживали, не позволяя душить другие насаждения.

Будущие лесозащитные полосы — высаженные после водного аврала ряды пальм, сосен, ягодных кустов и акаций в массе своей прижились и выпустили свежие побеги. Пространство между ними как обычно занимали цветущие плети хлебного дерева. Опор для этих, любящих высоту растений, не хватало. Подрастут подстегнутые магией и удобрениями деревья и послужат необходимой поддержкой. Зато широкие листья лозы защищали землю от солнца. Глядишь, влага от недавнего дождя дольше в почве задержится.

Ранее виденный сад с виноградной лозой и высокими сливами оказался той самой фермой, где жила Ираида до переезда под Тамарино крыло. Здесь пахло червями, дымом очага и смешанным ароматом огородной зелени. Пастораль и красота. На ближайших полях трудились шапочно знакомые лица. Помахал им, как когда-то Эрик. Здорова, кормильцы, вот и мы, ваши защитники. Следуем на битву со злом.

Первым делом за барьером нас встретила влажная жара. Навязчиво прильнула к коже, выдавливая капельки влаги. А после нас приветствовал многочисленный дозор под командованием Эрика. Патрульные недавно успокоили несколько мертвецов и сейчас собирали законные трофеи.

Как ослик, резво бегущий за морковкой, парень не терял надежды вырастить на субстрате ополчения личную ватажку. Выкроив, вымутив, снаряжение, подготовив людей к походам на источники и рейдам. Комендант умело играл на этом стремлении, требуя подготовить необходимую замену и постоянно ротируя личный состав. Сегодня Эрик вытащил за барьер троих зеленых кандидатов. Костяк патруля составляли Влад, Кирилл и два обтрепанных «общих» квази. Рядом крутилась некая девица, чей наряд и слегка взбудораженный вид намекал на первый день в мертвых землях.

— Салют доблестным защитникам рубежей! — поднял над головой волшебное копье, ненавязчиво демонстрируя старым знакомым свой новый статус.

— Истинный Бог в помощь! — серьезно добавил Михаил.

Чихнув, Эрик поднялся от кучки пепла с лопаткой в руке. Всего девятка в резерве? Ему же вроде досталась Искра после разгрома крысобесов? Влад тоже продвинулся слабо, про остальных и говорить нечего — жалкие двойки в резервах. Эрик улучшил свой доспех и обзавелся зачарованной алебардой вроде тех, что я сегодня улучшил. Неплохо.

— Какие люди в Голливуде! — откликнулся командир группы и сразу сменил тон, — Вроде, не ваша смена и участок.

Пара кандидатов в ополчение полезла ко мне с рукопожатиями, как не поручкаться со столь представительным мужчиной? Влад одернул неопытных, зашептал, почему так не принято.

— Эрик, не боись, мы проездом, по своему делу.

— А я и не боюсь! И, что, разрешение на выход за барьер у вас имеется? — поинтересовался дозорный с хитринкой в голосе.

— Эрик, что за дичь ты втираешь старому другу? — возмутился новому правилу, — Мы ведь с тобой друзья?

— И вовсе это не дичь, бро! А идея нашего коменданта! Готовимся контролировать выходы за барьер. Недопущать неготовых, предотвращать излишний травматизЬм на производстве…

Судя по интонации и гримасам, Эрик был не в восторге от дополнительной нагрузки. Пресекать нашу вылазку не собирался, но явно рассчитывал на подношение, либо требовалась помощь.

— Короче, говори прямо! — не выдержал я.

Прежде, чем парень открыл рот, из-за его спины вышла девушка.

— Господа, помогите даме! Мои вещи остались у мертвяков!

Меня кольнуло чувство смутного узнавания, но быстро вспомнить, где ее видел, не смог. Может, просто похожая внешность.

Девушка по имени Вероника полчаса назад прибежала с ближайшей плиты, перед этим пережив увлекательный воздушный аттракцион. За ней гнались три упыря, которых и приняли дозорные. Веронику все еще колбасило от пережитых эмоций. Скверны на ней не было и мое чутье промолчало.

— А скажи мне, прекрасная дева, не находила ли ты украшений?

— Спасибо за комплимент, но нет, — и захлопала глазами, словно только что сперла нечто симпатичное и расставание с этой вещью разобьёт ей сердце, — А вы что-то ищете?

Мне пришлось рассказать печальную историю из собственной практики. Вероника показала блестящую монетку на веревочке, найденную у плиты. Скверны в ней не оказалось, все же серебро.