Не смотря на кастуемое Ларсом ободрение и подпитку накопителями, мои помощники выдохлись и почти исчерпали свои резервы. Поэтому вернулись к обмену новостями. У самой Серафимы дела шли просто отлично. Она недавно получила от алтаря искру, поработала с ядром и «апками», увеличила запас маны до семи единиц, достигла четвертого уровня в Ритуалистике и даже подготовила себе замену. Прикупила походную обувь, плащ и рюкзак, поскольку собралась со мной в Мертвый город.

— Ты не думай, я не буду обузой! Я ходила на тренировки ополчения и очередь в зал саморазвития не пропускала.

Действительно, ее средоточие первой ступени выглядело хорошо развитым на фоне подавляющего большинства гражданских специалистов.

— Отлично. Просто отлично! — восхитился простотой, с которой меня поставили перед фактом.

А чего ты хотел, Борис? Это ж женщина, для нее все просто. Поучись, а то ходишь задумчивый, весь лоб в складках, планируешь, готовишься, аж дым из ушей. Надо проще быть. Рюкзак на спину и навстречу приключениям вприпрыжку, крепко держась за руки!

— Ты мне не рад? — девушка впилась в мое лицо взглядом.

— Наоборот, так рад, что не знаю, как выразить мою радость.

— Тогда поцелуй меня! — и ее палец коснулся щеки.

Чтобы и дураку стало понятно.

— Даже не собираюсь тебя отговаривать! — после поцелуя шепнул ей на ухо, прижимая к себе.

Стройплощадка никак не располагала к нежностям: шумно, пыльно, суетно.

— И не надо…

— Но на всякий случай скажу, что это не романтическое путешествие, а смертельно опасный поход.

Рыжая услышала только то, что захотела.

— Именно! Поэтому мне нужен мощный амулет! И арбалет. Я сильная, я умею им пользоваться! Зря ты мне не веришь!

Да что, собственно говоря, не так? Захотелось рыжей попке приключений? И прекрасно!

Весь наш разговор она читала меня по лицу, вот и сейчас:

— Тогда подписывай мое заявление о приеме на работу. То есть, целуй меня, тормоз!

Действительно, мог бы и сам сообразить. Столько дней не виделись!

Неподалеку раздался деликатный кашель — объявился Диван Диваныч. Вот ведь совпадение, у него в запасе остался один урок. От радости готов был пуститься в пляс, ведь хран увеличился до сорока пяти килограммов! После занятия и этот взялся меня окучивать, как бульбаш картошку:

— Тебе бы работу с потоками и мастера сфер поднять! — наставник выразительно покрутил на пальце чужое кольцо с прибавкой в единичку к сферам.

Надо полагать, улучшенное, что ему Сундук продал, он оставил ученикам для работы в тайной комнате. Договорились с ним завтра у Игнатьева на пару занятий озвученным навыкам в обмен на вожделенный артефакт.

Напоследок Ларс попросил меня украсить голову диадемой ремесленника, напялить самый лучший браслет Каменщика, создать Благосвет и думать о башнях. Как и в святилище, с помощью своей способности, наложил на строителей массовое благословение. Персонал разразился радостными воплями, возвращаясь к работе над стенками общежития. Перехватил многообещающий взгляд Булата: он бы обязательно приставил наш дуэт к своей артели кузнецов. А мы и не будем отказываться, отряду необходимы доспехи. Каменщик в этот раз «замерз» надолго, но мне он в тот момент не требовался, ведь на прогулках активно плавил металлолом.

Серафима подозрительно легко отпросилась у Булата со мной под купол главной и далее. Хотя, тут все очевидно: она привлекательна, я — чертовски привлекателен, а хозяину Дома желательно держать меня в поле зрения. В пути она принялась расспрашивать про подготовку к предстоящему походу. В основном, по делу. Все-таки она сильный ритуалист и готова обеспечить экспедицию живой водой и магической поддержкой. Сима владела заклинаниями «Ободрение», «Изгнание скверны», «Исцеляющие руки» и «Благосвет». Боевыми навыками — на начальном уровне. Мертвых земель она не боялась. Может, потому, что полтора месяца назад ее встретили у плиты возле Черных камней дозорные и проводили под купол. За пределы которого она выбиралась под охраной. Поэтому перед походом надо ее проверить в бою.

В доме Игнатьева меня ждала Айна. Вся вне себя от переживаний, так что привычное шитье из рук валилось. И даже бокал разбавленного вина не помог. Спаивают мне молодежь, понимаешь! Естественно, обе девушки немедленно устроили битву взглядов, чисто боксерши перед поединком.

Едва хозяйка дома увела Серафиму в гостевую комнату, аборигенка принялась шепотом рассказывать, что слышала слабый голос неизвестной женщины. Со стороны проклятого кладбища. Она даже подходила к куполу. Не одна, конечно, а с Янгири, и голос в ее голове усилился. Предусмотрительная «дама» сообщила, где ее следует искать. Идти вдвоем к кладбищу на ночь глядя аборигенки побоялись, но Айна преисполнилась уверенности, что идти совершенно необходимо!

Не сработал красный паланкин, вход пошли слуховые галлюцинации. Помогите, спасите, люди добрые, ау, я здесь! На кого это рассчитано? На людей со слабым сопротивлением. Гребанный Оазис, как ты мне дорог! Не одно, так другое.

— Борус, я схожу с ума? — заплакала девчонка.

— Нет! Не говори глупостей! — прижал ее к себе, — Сумасшедшие не осознают своей болезни… Тут что-то другое.

— Ей нужно помочь! Мы поможем ей?

Чуть не спросил, кому? Версию с мутной магичкой, встрявшей на проклятом погосте, всерьез не рассматривал. Я же не сумасшедший.

— Айна, ты ведь знаешь про Зов? Враг коварен.

— Борус, это зов о помощи.

Отвел Айну к жрецу, чтобы тот силой святого слова оградил девичий умишко от Зова. Бамбуковая дверь не имела засова или даже крючка. Попросив пардону, затащил Айну в комнату и изложил дело. Вкушавший в своей скромной келье после тяжелого дня алкоголь и женскую ласку старый хрен ничуть не смутился нашему вторжению. Заявил, что тоже чувствует живую душу среди оскверненных костей. И что наш священный долг вызволить ее из бесовского кубла. Но без лишней спешки, сберегая души добрых людей, следующих истинным путем. Так что завтра, помолясь, и пойдем по холодку вызволять.

Нет, некрополис надо изводить под корень, но мне показалось, что старик пытается надо мной пошутить в наказание за вторжение.

— Завязывал бы ты с бухлом, седой отец! Вон уже чердак протек!

Жрец ответил, что все в этом мире по воле истинного бога, что я закрыт для общения, что мои маловерные слова порождены скудоумием, отчего ему за меня стыдно. Старый развратник посоветовал мне самому разобраться в своих женщинах и усерднее служить Тысячеликому делом. Время от времени молиться и не брезговать стаканчиком бренди в хорошей компании.

К слову его компаньонка весь разговор с головой пряталась под серым одеялом. Тонкая ткань не могла под собой скрыть дородную фигуру, но Айна отчаянно не желала верить, что покрытый старыми рубцами седой мужик с добрыми глазами и мудрыми речами такой же похотливый «грязедемон», как и все прочие. Внезапный женский чих заставил аборигенку вздрогнуть, но через секунду она прониклась ситуацией, и, зажмурив глаза, с лицом свекольного цвета потащила меня прочь из гнезда порока. Порядочной юнице на такое смотреть никак нельзя. Однако, ситуация.

Как известно, клин клином вышибают, и взволнованная галлюцинациями лекарка успокоилась, пережив жгучий стыд за жреца, застигнутого в пикантной ситуации. Второй стакан неразбавленного вина отправил ее разум в страну снов. Уложил девчонку в гостевой. Серафима, сильно уставшая на стройке, отрубилась еще раньше. Глядя на спящих девиц, почувствовал себя неуютно. Серафима явна не рада видеть Айну. Объяснить наши отношения сложно, поверить в мои объяснения женщине будет еще сложнее, но бросать девчонку одну нельзя! И дело не в моих вложениях, финал Коры перед глазами. А я тут не затем, чтобы девчонок гиены жрали.

Нам же покой и не снился. Познакомил Артема и Михаила с уважаемым Рушхаром и усадил их повышать сопротивление скверне. Боец точил копейные лезвия нашего арсенала. Служанки латали прорехи в стеганках и пончо. Я же сконцентрировался на улучшенных амулетах и оберегах. Начал с производства заготовок, после пришлось забрать у парней фокусный камень с сюрпризом, но повысить главный резист они успели.