Я так глубоко ушла в себя, что не сразу заметила подставу. А когда заметила — было поздно.

Спотыкаюсь о препятствие, падаю вперед и больно ударяюсь коленом о каменный пол столовой. А все потому, что Кассиопея подставила мне подножку. Ну, гадина!

— Ой, извини, Белка! Не заметила тебя! — рыжая возвышается надо мной, прикрывая рот рукой в наигранном ужасе. Ее аккуратные локоны переливаются на свету, а глаза сверкают злорадством. И на ней — все то же нарядное платье. Как будто устав академии не для нее писан!

Стискиваю зубы и поднимаюсь, отряхивая колени. Форма, которую мне только что пошили, теперь в пыли.

— Ничего, — сквозь зубы бормочу я, стараясь обойти ее.

Но Кассиопея делает шаг в сторону, блокируя путь.

— Ты же не обиделась, да? — она наклоняется ко мне, и ее шепот звучит издевательски. — Просто... ты такая большая, а я такая маленькая. Легко не заметить.

Ее подружки, стоящие чуть поодаль, фыркают в кулаки.

— Я ведь сказала — ничего, — повторяю, чувствуя, как внутри закипает ярость. Но не хочу раздувать скандал на глазах у всей академии. Столовая — не лучшее место для выяснения отношений. К тому же, у Касси явное преимущество и большой опыт в этом деле.

— Вот и славненько! — Касси разворачивается, но в последний момент «случайно» наклоняет свой поднос. Тарелка с остатками омлета падает прямо мне под ноги с громким звоном.

— Ой-ой-ой! — она притворно ужасает. — Какая я неуклюжая! Надеюсь, я тебя не испачкала?

Ну все, она меня достала! Кровь закипает в венах. Мне ужасно хочется схватить гадину за рыжий хвост и оттаскать как следует. Вот, до какого неистовства она меня доводит!

— Убери за собой, — произношу тихо, но четко.

Раньше полы в академии были моей заботой. Так что я довольно болезненно отношусь к грязи на них. Особенно, если это проделано нарочно.

— Что? — Кассиопея делает большие глаза.

— Я сказала — подбери. Это ты опрокинула. И за собой нужно убрать!

Вокруг нас уже начинают собираться студенты. Кассиопея оглядывается, играя на публику.

— Белка, ну что ты... Я же не специально! К тому же, я не уборщица, — самодовольно улыбается.

— Последний раз говорю: подбери!

Ее улыбка меркнет. Она не ожидала, что я буду так настаивать. И что в этой ситуации она останется крайней.

— Или ты так боишься запачкаться? — добавляю, зная, что это ее заденет. — Белоручкам не место в академии. Хотя я забыла… ты мастерица чужих мужей уводить, а вот простой физический труд — это не твое. Ой, кажется, я тебе это уже говорила…, — делаю задумчивый вид, копируя повадки драконицы.

Кассиопея краснеет, растеряв весь свой задор.

— Ты...

— Я что? — делаю шаг вперед. — Или тебе нужна помощь?

Делаю еще шаг, будто собираюсь поднять тарелку, но «случайно» наступаю на край ее длинного нарядного платья. Раздается неприятный звук рвущейся ткани.

— Ай! Мое платье! — Кассиопея в ярости хватается за подол.

— Ой, извини, — отзеркаливаю тон. — Не заметила тебя. Ты такая маленькая!

Вокруг раздаются смешки. Даже подружки Касси не могут сдержать ухмылок.

Кассиопея бледнеет, затем ее лицо покрывается некрасивыми алыми пятнами. Угрожающе подается вперед, сжав кулаки.

— Ты еще пожалеешь об этом, жирная. Клянусь духами!

— Курсантка Эванс! — раздается ледяной голос.

Мы обе оборачиваемся. В конце коридора стоит магистр Ираида Лейм. Ее голубые глаза сверлят Кассиопею.

— У нас в академии не дерутся, как уличные торговки. Или вы забыли?

Кассиопея мгновенно меняется в лице, вытягиваясь в струнку.

— Магистр Лейм, это просто недоразумение...

— Курсантка Вальмонт, — Лейм переводит взгляд на меня, — отправляйтесь завтракать. А вы, курсантка Эванс, — за мной. Поговорим о вашем неподобающем внешнем виде. Не помню, чтобы сегодняшний день объявляли праздничным и дозволяли щеголять в шелковых нарядах!

Кассиопея бросает на меня взгляд, полный ненависти, но покорно следует за магистром. Я убираю тарелку и занимаю очередь в столовой, чувствуя сладкий вкус маленькой победы.

Но где-то в глубине души знаю — это только начало.

Кассиопея мне так просто этого не простит!

Сегодня, после всех занятий, у меня стоял очередной урок с архимагистром Теренсом, и я подумывала — как бы было хорошо пропустить его и пойти отдыхать как все нормальные студенты. Но следом пришла мысль о Кассиопее, и о том, что меня не так уж давно приняли в академию и я просто обязана стать лучшей во всем. А это было возможным только в том случае, если я стану работать не покладая рук. И ног!

Потому завернула в тренировочный зал, морально себя подбадривая. Магистр Лейм и архимагистр Теренс о чем-то разговаривали, а при виде меня — попрощались, словно добрые знакомые. И Ираида ушла. Ушла, оставив меня наедине с эльфом! Неужели хитрый ушастик и к этой холодной строгой драконице нашел подход? Вот же… пройдоха!

Теренс взялся меня тренировать, сохраняя на лице таинственную полуулыбку и никак не поясняя свое поведение. Я тоже молчала, не желая провоцировать любвеобильного эльфа. Молчит, и ладно.

После положенного часа, я упала на скамью, сжимая в дрожащих руках эльфийский кинжал и пытаясь отдышаться после очередной изнурительной серии упражнений. Мышцы горели, ладони покрылись мозолями, но Теренс, казалось, не замечал этого. Сегодня он зверствовал как никогда! И пусть не орал как Буль-Буль, но гонял — будь здоров.

— Отлично, Белла! — эльф похлопал в ладоши, будто я только что совершила невозможное. — Еще три подхода, и на сегодня закончим.

— Три?! — я чуть не подавилась собственной слюной. — Архимагистр, я уже едва держу кинжал…

— Аэлар, — поправил он с улыбкой. — И кстати, у меня для тебя есть новость.

И подошел ближе. Его длинные белые волосы слегка растрепались от тренировки, а глаза светились азартом. Я вся внутренне сжалась, ожидая подвоха. Не просто так он улыбался весь этот час. Ох, чувствую, не просто так!

— Через неделю — традиционные состязания первокурсников. Бой один на один. И я выставляю тебя! — огорошил фразой и еще шире улыбнулся.

Я замерла.

— Что? — голос сорвался и я с трудом продолжила. — Вы, должно быть, шутите.

— Ни капли.

— Но я же…, — жестом обвела себя с головы до ног. — Посмотрите на меня! Я даже базовые стойки только-только начала осваивать!

Теренс рассмеялся.

— Белла, если бы я оценивал только текущий уровень, то выбрал бы кого-нибудь из дракониц. Но я вижу твой потенциал. И главное — ты не сдаешься. А это дорогого стоит.

Сжала кулаки и вскочила на ноги.

— Я не хочу позориться перед всей академией. Особенно перед…

Перед Торианом. И выскочкой Кассиопеей. Перед теми, кто только и ждет, чтобы я споткнулась.

Архимагистр сложил руки на груди, принимая серьезный вид и отбрасывая шутки в сторону.

— Ты думаешь, я дам тебе проиграть? Нет. Мы будем тренироваться каждый день. Я научу тебя побеждать. Вижу, ты совершенно не веришь в нас!

— Но…

— Нет никаких «но». — Он вскинул палец вверх. — Ты будешь драться. И ты выиграешь! Это так же точно, как и то, что моего отца зовут Авираэль!

И после этого дня тренировки превратились в ад…

Каждый день после основных занятий я оставалась с Теренсом. Он заставлял меня повторять одни и те же движения по сто раз, пока мышцы не начинали дрожать от напряжения. А я — закусывала губу, чтобы не разреветься от усталости.

— Нет, не так! — он поправлял мою стойку, легонько толкая в бок. — Ты слишком жесткая, зажатая. Эльфийский стиль — это плавность. Представь, что ты вода.

— Я больше похожа на холодец, — проворчала, но попыталась расслабить плечи.

— Холодец? Это что еще за зверь? — переспросил Теренс, не забывая шлепнуть меня пониже поясницы, чтобы не так сильно отставляла бедра.

— Застывший бульон, с мясом, — с трудом ответила, сохраняя баланс и при этом очень стараясь соответствовать всем требованиям наставника.