Короткий смешок вырывается из его груди, когда его рука опускается под мой топ и касается моего обнаженного живота. Его большой палец выводит медленные круги, вызывающие восхитительное покалывание.

– Думаю, в глубине души ты знаешь, что я весь твой. Каждый раз, когда мы вместе, маска, которую я надел, когда впервые встретил тебя, сползает всё ниже. Ты права насчёт того, что у меня никогда не было девушки, но это не значит, что я не могу испытывать чувства к той, что буквально не выходит у меня из головы. И уже долгое время, Дарси. Только сейчас я чувствую себя обязанным рассказать тебе правду. Ты должна знать, что у меня на уме, и, чёрт возьми... – он крепко зажмуривает глаза, темные ресницы касаются его щек, прежде чем он снова открывает их. – Мне нужно знать о твоих чувствах, потому что либо я схожу с ума, либо ты тоже что–то чувствуешь ко мне.

Он наклоняется ко мне, касаясь губами моего уха.

– Я бы разрушил целые города и страны, чтобы обезопасить тебя и нашего ребенка. Так что, просто знай, если ты подумываешь о побеге, я буду преследовать тебя. Везде, всюду. Вечно.

– Я буквально даже не знаю, что сказать, – всё моё тело дрожит. – Возможно, я не была готова услышать всё это.

Напряжение отражается на его лице, когда он отпускает мою руку и обнимает меня за талию.

– Я знал, что для тебя это будет нелегко, но, как я уже сказал, это было неизбежно.

Когда по моему лицу снова начинают течь слёзы, Арчер вытирает их.

– Я искренне думала, что буду сидеть на пассажирском сиденье, – я указываю на пустое место рядом с нами. – Пытаясь понять, как я буду справляться как мать–одиночка. Я думала, ты сойдешь с ума и скажешь, что не сможешь справиться с этим. Вместо этого ты не только сказал мне, что это лучшая новость в твоей жизни, но и...и... – я снова шмыгаю носом. Усталость охватила меня. – Что у тебя есть ко мне чувства?

Арчер склоняет голову набок, складка между его бровями становится намного глубже, чем раньше.

– Помнишь, я говорил тебе по смс, что тебе ещё многое предстоит узнать обо мне?

Я пожимаю плечами и одновременно киваю.

– Да, помню.

– Что ж, считай, что это урок номер один по Арчеру Муру, – он задумчиво постукивает себя по подбородку, его глаза расширяются.

Я автоматически хихикаю.

– Урок первый: как понять, что бывшему бабнику из НХЛ на самом деле нравится только одна девушка, – он протягивает руку и целует меня в лоб. – Я в отчаянии, Дарси. И я никуда не собираюсь уходить. Особенно не сейчас.

арчер

Мы не добрались до ресторана.

Вместо этого мы отправились в Taco Bell. Сырные буррито с фасолью и рисом – это было всё, о чем могла думать моя девочка, повторяя, что ей нужны именно они, пока я вез нас в ближайшее заведение.

После она попросила меня отвезти её домой. Но на этом мои компромиссы закончились. Может, я и пропустил своё неофициальное свидание с ней, но я не собирался позволять ей спать где–либо ещё, кроме как в моей постели.

И вот там она и отключилась, сразу после того, как я вынес её на руках из лифта в свою спальню, помогая её измученному телу раздеться. Я не упустил, что она сказала, что не планировала рассказывать мне о беременности сразу, но, чёрт возьми, я рад, что она рассказала. К тому времени, как я укрыл её одеялом и взял зубную щетку – да, я позаботился о том, чтобы у неё было все необходимое, когда она останется у меня на ночь – Дарси уже спала, её тихое сопение наполняло мою спальню.

Удивительно, как присутствие одного человека – нет, двух человек – может превратить пустой и холодный пентхаус в дом, о котором вы и не подозревали, что искали.

Когда я прижался к её теплому телу, положив свою ладонь ей на низ живота, я почувствовал, как она растворяется во мне, и нежный вздох слетел с её губ.

У нас было мало возможности поговорить, и меня просто убивает мысль о том, что творится у неё в голове прямо сейчас, когда я еду на утреннюю тренировку. Всё, что у меня есть, чтобы удержать её от ухода, – это надежда, что она проспит до моего возвращения домой, а также записка, которую я оставил на прикроватной тумбочке, подтверждающая, что я вернусь, как только смогу.

Рассматривал ли я возможность отказаться от тренировки в пользу того, чтобы остаться, свернувшись калачиком вокруг её теплого беременного тела, ожидая, пока она проснется, чтобы я мог повторить всё то, что говорил ей прошлой ночью в своей машине? О, ещё как.

Когда Дарси упомянула про жизнь матери–одиночки, единственным утешением, которое я смогла найти в её словах, было осознание того, что она планирует сохранить беременность. В конечном счете, это её тело и решение, но я хочу нашего ребенка так же, как отчаянно хочу, чтобы эта девушка была в моей жизни. Навсегда. Бесповоротно. У меня нет ни малейшего сомнения в том, что её противозачаточные, не сработавшие по какой–либо причине, были величайшим сбоем в истории. Потому что теперь...теперь у меня есть шанс доказать, насколько я серьезно отношусь к ней.

Заезжая на парковку у катка, я убавляю громкость песни Aerosmith “Don't Want to Miss a Thing” и показываю своё удостоверение охраннику.

Но в ту секунду, когда я сворачиваю за угол и вижу черный грузовик Джека, припаркованный рядом с грузовиком Сойера, на меня обрушивается тяжелый удар реальности. Наше с Дарси соглашение превратилось из рискованной затеи в полноценную атомную бомбу, готовую разнести вдребезги одну половину моей жизни после того, как другая половина наконец наберет обороты.

Джек Морган убьёт меня, чёрт возьми.

Однажды, когда мы шутили по поводу моей влюбленности в его младшую сестру – ну, делали вид, что шутим, – он сказал мне, что если я прикоснусь к ней, он зажмет мои яйца в тиски. И я знал, что он имел в виду каждое гребаное слово.

Я паркуюсь и проверяю, нет ли сообщений от Дарси – ни одного.

Когда он узнает, что я не только трахал его сестру, но и обрюхатил её, и что у неё новообретенное пристрастие к Taco Bell, я почти уверен, что мои яйца и их судьба будут наименьшей из моих забот. Потому что давайте не будем забывать, что девушка, лежащая в моей постели и носящая моего ребенка, также, по сути, является падчерицей моего тренера.

Такое. Нельзя. Придумать. Это. Можно. Только. Пережить.

Если только ты не Арчер Мур и у тебя нет привычки связывать себя с женщинами, перед которыми ты не можешь устоять.

Стук по крыше моей машины прерывает размышления о том, каким методом Джек и тренер кастрируют меня, я выглядываю из окна и вижу, что меня ждёт капитан. Засунув руку в карман своих серых спортивных штанов, он жестом показывает мне поторопиться, поскольку я и так тяну время, и если есть что–то, что выводит тренера из себя, так это правонарушения.

Хотя прямо сейчас я мог бы рискнуть предположить, что есть ещё кое–что, что может испортить ему день.

Я опускаю стекло, непринужденно улыбаясь.

– Гребаные дороги, чувак.

Он приподнимает бровь.

– В шесть утра? Ты сделал крюк через Лондон?

Открываю дверь и выхожу, когда Сойер пятится, и направляюсь к багажнику, вытаскивая свои вещи.

– Ты становишься самоуверенным в последнее время, ты знаешь это? – говорю я ему, закрывая багажник и запирая машину.

Он ухмыляется, но не отвечает, зная, что я недалек от истины.

Поворачиваясь к зданию, мы оба направляемся ко входу, автоматические двери открываются, когда мы входим. Сойер берет два полотенца из автомата и бросает одно мне. Я прижимаю его к груди как раз в тот момент, когда один из физиотерапевтов толкает вращающиеся двери.

Чёрт.

Амелия – если я правильно помню её имя – мило улыбается мне, заправляет прядь светлых волос за ухо и направляется к кулеру с водой.

– Ты переспал с ней, не так ли? – шепчет Сойер себе под нос, наклоняя голову в сторону Амелии, которая стоит к нам спиной.

Я провожу рукой по волосам, но на самом деле всё, чего я хочу, – это вырвать их с корнем. Это было много лет назад, и мы не нарушали никаких правил, поскольку Амелия работала в центре при катке, а не в самой команде. Мы занимались этим на её массажном столе, и я жалею, что трахался с ней, даже если это было до Дарси.