Она прикусила губу.

— Где ты это взял? — Она медленно опустилась на стул, уставившись на фотографию.

Влад прошел к своему месту рядом с ней и сел. Он поставил костыли на пол и вытянул ногу под столом.

— Это сделала моя мама.

Фотография была сделана на их свадьбе сразу после того, как его отец произнес тост. Этот момент запечатлелся в его памяти. Они с Еленой стояли рядом, и в середине речи его отца Елена взяла его под руку и прижалась Удивленный такой нежностью, Влад опустил глаза и увидел, что она улыбается ему. На долю секунды все это показалось ему настоящим. И каким-то образом его мать запечатлела это на снимке.

— Ты помнишь, что я сказал тебе, когда ты шла к алтарю?

— Что я выгляжу прекрасно.

Он приподнял уголок губ.

— После этого.

— Ты сказала, что все будет хорошо.

— Я обещал тебе. — Его голос дрогнул. — Я не сдержал этого обещания.

— Да, ты сдержал. Ты заботился обо мне. Ты стольким пожертвовал ради меня.

— Но это не одно и то же. Ты была права в том, что сказала прошлой ночью. Мне не следовало отпускать тебя в Чикаго, не сказав, как сильно я хочу, чтобы ты осталась. Я думал, что если отпущу тебя, если дам тебе пространство, в котором ты нуждалась, чтобы исцелиться и найти себя после того, что случилось с твоим отцом, то ты найдешь способ вернуться ко мне. Но ты этого не сделала. Ты просто отдалилась еще больше, и это моя вина. Потому что я никогда не давал понять, что хочу, чтобы ты вернулась.

Когда Елена подняла голову, в свете свечей в ее глазах блеснули слезы.

— Я слишком долго ждал, прежде чем сказать тебе, чего я на самом деле хочу от нашего брака. Это моя вина. Поэтому я рассказываю тебе сейчас. Я не сделал тебе предложение только потому, что так предложила моя мама. Она просто придала мне смелости сделать то, что я всегда хотел. — Его начало трясти изнутри. — Возможно, мы были слишком молоды, чтобы жениться. Слишком молоды, чтобы знать, как сказать то, что нам нужно было сказать. Понять, какие проблемы мы создали, ничего не обсудив. Но мы уже не так молоды.

Ее грудь вздымалась и опускалась от глубоких прерывистых вдохов, пока Елена переваривала слова, позволяя их смыслу проникнуть в сознание.

— Я не хочу, чтобы ты уезжала, Елена. — Его голос стал хриплым, а в глазах снова защипало. — Когда я сказал это вчера, я имел в виду, что не хочу, чтобы ты уходила. Я никогда этого не хотел. — Он вытер слезу, скатившуюся по его щеке. — Я научусь мириться с любым твоим решением, но если ты думаешь, что есть шанс, что ты захочешь начать все сначала...

— Заткнись. — Елена хрипло рассмеялась.

— Ч-что?

Она встала и посмотрела на него сверху вниз.

— Заткнись и поцелуй меня.

Влад поднялся на дрожащих ногах, используя стол как опору. Легким движением притянул Елену к себе. Она приподнялась на цыпочки и запечатлела на его губах нежный поцелуй, от которого у него перехватило дыхание. Не от страсти, а от обещания.

— Ты не хочешь поужинать со мной? — пробормотал он.

Елена покачала головой.

— Чего ты хочешь?

Она погладила его по щеке.

— Я хочу своего мужа.

Он задрожал всем телом.

— Ты уверена? Потому что, если ты не готова, Елена, мы можем подождать.

— Тебе не кажется, что мы ждали достаточно долго?

Да. Да, так и было. Влад прижался губами к ее губам, пожирая их одним движением. Ее руки скользнули под его пиджак и гладя его грудь, спину, живот. О, боже. Это действительно случится. Между ними вспыхнуло страстное, столько лет сдерживаемое желание. Елена ахнула и прижалась к Владу, пока он не увидел звезды. Никогда в жизни ему так сильно не хотелось раздеться, но в то же время был благодарен за то, что на нем была хоть какая-то одежда. Он не хотел торопиться. Каждая секунда драгоценна, и Влад хотел растянуть ее как можно дольше.

Он отстранился и прошептал Елене в губы:

— Встретимся в постели.

Пока Елена быстро поднималась по лестнице, Влад задул свечи и пошел на кухню, чтобы выключить духовку. Он дрожал всем телом. Ему нужно было взять себя в руки. Иначе он взорвется, едва окажется внутри нее. Он застонал от одной только мысли об этом. Он хотел, чтобы это длилось вечно. Хотел наслаждаться каждой секундой, каждым вкусом ее кожи, каждым звуком ее дыхания. Он хотел, чтобы ей было хорошо.

Влад прошел в ванную на первом этаже и ополоснул лицо водой. Дерьмо. Дерьмо. Он был почти в таком отчаянии, что написал ребятам смс с просьбой о совете.

Черт, он был в таком отчаянии, что решил написать ребятам. Он достал из кармана телефон и набрал КРАСНЫЙ код для группового сообщения.

Ответы пришли незамедлительно.

Мак: О, черт. Что случилось?

Колтон: Черт. Ты уже облажался?

Влад: Она ждет меня в постели.

Колтон: Боже мой. Черт. Дерьмо. Уже?

Ноа: Черт возьми. Ты легенда.

Мак: Лив сказала, если вы не будете есть, убери еду в холодильник. Она усердно готовила этот ужин.

Малкольм: Почему ты не в постели с ней?

Влад: Потому что я волнуюсь.

Малкольм: Где ты?

Влад: В ванной.

Мак: НЕЕЕЕТ

Колтон: Черт возьми, чувак. Зажги спичку.

Ноа: Она ведь тебя не слышит, правда?

Дэл: Серьезно. Ничто так не портит настроение, как пердеж.

Мак: Может, ему стоит попробовать выдавить из себя что-нибудь на всякий случай, ребята.

Влад: У меня теперь есть лекарство!

Малкольм: Не обращай на них внимания, Влад. У тебя получилось. Ты любишь эту женщину. Просто помни об этом.

Влад: Но что, если она разочаруется?

Колтон: Ты спрашиваешь не того парня.

Мак: Заткнись, Колтон. Владу нужна наша помощь.

Малкольм: Она не будет разочарована. Просто покажи ей, что ты чувствуешь, и помни, что ты узнал из инструкций.

Колтон: И если ты считаешь, что тебе нужно пукнуть...

Влад закрыл сообщения и встал.

Он уставился в зеркало. Провел рукой по лицу. Лицо, на которое он смотрел миллион раз, теперь казалось другим. Потому что внезапно он увидел его глазами Елены. Она назвала его красивым. И она хотела его.

А он прятался в чертовой ванной.

Он распахнул дверь и так быстро, как только мог, поднялся по лестнице. Когда он вошел в свою спальню, Елена вскочила на ноги, сидя на краю кровати, где ждала его.

— Я боялась, что ты передумал.

— Никогда.

Он подошел к ней быстрыми широкими шагами на костылях, а затем бросил их на пол. Встав на обе ноги, он притянул Елену к себе и прижался губами к ее губам. Неистовые поцелуи возобновились. Непослушными пальцами он нащупал молнию на спине платья и потянул ее вниз. Когда платье оказалось у их ног, все тщательно продуманные планы двигаться медленно, дорожить каждой секундой испарились в тумане желания. Терпение было добродетелью, которой он больше не обладал, его заменил голод, который Влад не мог контролировать. И его единственной мимолетной связной мыслью было, по крайней мере, осознать ее собственный страстный отклик. Елена прильнула к нему, а он прильнул к ней.