Шесть месяцев назад

Это все забава и игра, пока кто-нибудь не наложит в штаны.

И на этот раз Влад Конников не был виновником.

К счастью, он знал, что делать. Потому что у Влада — известного как Русский, так называли его друзья, поскольку он на самом деле был русским — в анамнезе были желудочно-кишечные расстройства, диагноз, который ему поставили совсем недавно. Теперь он, с официальной аллергией на глютен и периодическими симптомами раздражения кишечника, никогда не выходил из дома без аптечки.

И это определенно была чрезвычайная ситуация.

Влад прихватил свою сумку из гостиничного номера, расположенного пятью этажами выше бального зала, где он выступал шафером на свадьбе своего друга, и помчался в бельэтаж. Он обнаружил, что другой шафер охраняет дверь в главную уборную.

— Ему все еще плохо? — спросил Влад.

Его сильный акцент был более заметен, чем обычно, потому что он запыхался и был слегка навеселе. В конце концов, это была свадьба, и будь проклят его желудок, но он был русским. Русские пили на свадьбах.

— Плохо, — сказал Колтон Уилер, приятель жениха и звезда кантри-музыки. — Мы говорим о полном боевой артиллерии. — Колтон поднял руки, имитируя рукоятки оружия, и издал быстрый звук «пффф-пффф-пффф». — На твоем месте я бы пока туда не ходил.

— Я должен. Он шафер. Он должен произнести речь.

— Если только он не произнесет ее из туалета, я не думаю, что это произойдет в ближайшее время.

Звук шлепающих по кафельному полу туфель заставил Влада обернуться. Жених, Брейден Мак, резко остановился.

— Где, черт возьми, мой брат?

Колтон с гримасой на лице провел большим пальцем по плечу.

— Все еще? — Мак провел руками по голове и выругался, поняв, что только что растрепал прическу. Мак был очень разборчив в прическах. — Господи, что он ел?

Влад пожал плечами.

— Наверное, сыр.

Сыр тоже был заклятым врагом Влада, пока он не понял, что это не так. Он просто ел не те сорта сыра и не те сочетания с сыром. Теперь у него была строгая диета и ежедневные лекарства, и он мог есть столько сыра, сколько хотел, соблюдая осторожность. Официально он стал новым человеком.

— Я знаю, что делать, — сказал Влад. Открыл свою аптечку, достал коробку с мятным чаем в пакетиках и протянул их Колтону. — Быстро. Пойди попроси персонал отеля приготовить чашку чая из этого.

Колтон изучал коробку.

— Серьезно?

— Просто иди. — Влад пожал плечами и вытянул шею. — Ладно. Я готов. Я вхожу.

Колтон поднял руки, сдаваясь.

— Это из-за твоего носа.

— Я пойду с тобой, — сказал Мак, натягивая пиджак поверх смокинга. — Он мой брат. Я справлюсь. Я вырос с этим маленьким дерьмом.

— Большим дерьмом, — сказал Колтон, отходя в сторону, все еще с поднятыми руками. — Поверь мне. Большим дерьмом.

Влад толкнул тяжелую дверь, и она скрипнула.

— Лиам? — мягко спросил он, приближаясь к ряду кабинок, как переговорщик, который ведет переговоры о заложниках, приближаясь к преступнику. — Это Влад. Мы с Маком здесь.

— Уходи, — послышался стон в ответ.

Влад молча указал на последнюю кабинку. Мак кивнул и, поморщившись, подошел ближе.

— Как там дела, чувак? — спросил Мак.

Лиам ответил очередным стоном. Мак прикрыл смех рукой.

— Оставь его в покое, — прошептал Влад. — Это совсем не весело, когда у тебя проблемы с желудком. Не так смешно, как ты думаешь.

— Ты прав, чувак, — сказал Мак, выпрямляясь. — Мы слишком много смеялись над тобой. Я рад, что ты чувствуешь себя лучше. — Мак похлопал Влада по животу через рубашку. Он приподнял бровь и отступил назад. — Черт, чувак. Ты прячешь под этим что-то железное.

— Я профессиональный спортсмен, — сказал Влад, отталкивая руку Мака. — А что, по-твоему, у меня там?

Влад был защитником профессиональной хоккейной команды «Нэшвилл», и именно поэтому ему удалось познакомиться и подружиться с этой командой звездных дегенератов. Колтон был, безусловно, самым знаменитым, но вся команда была знатоками спорта в Нэшвилле. Влад был даже не единственным профессиональным спортсменом на свадьбе. Трое других — Гэвин Скотт, Ян Фелисиано и Дел Хикс — были членами бейсбольной команды Высшей лиги Нэшвилла, а Малкольм Джеймс играл в футбол за местную команду НФЛ. За шесть лет, прошедших с тех пор, как Влад иммигрировал в Америку, чтобы играть в хоккей, эти ребята стали лучшими друзьями, а Мак был связующим звеном, которое свело их всех вместе через книжный клуб «Броманс». Вместе они читали любовные романы, написанные женщинами, чтобы научиться быть лучшими мужчинами. Эта группа, эти мужчины, книги — все это изменило жизнь Влада. Он не собирался подводить Мака, позволив своему брату пропустить самый важный тост вечера.

— Я не могу в это поверить, — простонал Лиам из кабинки. От последовавшего за этим шума, Мак в ужасе отшатнулся. — Что мне теперь делать?

Влад в знак солидарности стоял по другую сторону двери кабинки. В течение многих лет он был известен среди своих друзей как человек, который, спокойно забьет их канализационные трубы. И он был рад оставить эту репутацию позади. Никто не понимал, каково это — находиться в состоянии постоянной войны с собственным телом. Да-да, нет ничего смешнее несвоевременного пердежа, если только ты сам этого не делаешь. Ничто не сравнится с паникой, когда находишься в общественном месте и внезапно ощущаешь, как все внутри сжимается в предупреждении, а поблизости нет общественного туалета.

— Я могу помочь, — просто сказал он.

— Тебе не обязательно здесь оставаться, — сказал Лиам. — На самом деле, я бы предпочел, чтобы ты ушел.

— Друзья не оставляют друзей одних страдать от проблем с кишечником.

— На самом деле, оставляют, — простонал Лиам. — Просто уходи.

— Ты брат жениха. Шафер. Ты должен произнести тост.

— Я не могу. — Он издал звук, который доказывал это.

Влад поморщился от сочувствия. Он открыл свою аптечку и достал флакон с эфирными маслами. Затем просунул его под дверцу кабинки.

— Вотри немного этого себе на живот.

— У меня болит чертова задница!

— Это облегчит спазмы, — сказал Влад. — Поверь мне.

Затем Влад достал упаковку быстродействующих капсул имодиума и просунул ее под дверь кабинки.

— Прими две прямо сейчас. Они подействуют не сразу, но помогут.

Носком блестящего черного ботинка он убрал пакет с глаз долой.

— Спасибо, чувак.

Наконец Влад вытащил совершенно новую упаковку мужского нижнего белья. Он задвинул ее под дверь.

— На всякий случай, — сказал он, вставая.

Дверь распахнулась, и вошел Колтон с кружкой в вытянутой руке и салфеткой, обернутой вокруг лица, как маска.

— Вот твой мятный чай.

Влад нахмурился и взял кружку из рук Колтона.

— Лиам, — спокойно сказал он. — Я оставлю на столе немного чая, чтобы ты выпил. Это успокоит твой желудок.

— Мак, — простонал Лиам. — Что мне делать с тостом?

— Ты можешь произнести его позже, если захочешь.

— Да, кстати об этом, — сказал Колтон, его голос был приглушен салфеткой. — Лив снаружи. Она хочет знать, в чем дело.

Мак и Влад одновременно напряглись. Лив была невестой Мака — потрясающая крутая женщина, которая до смерти напугала каждого мужчину в группе. По-видимому, в основном Лиама.

Мак хлопнул ладонями по плечам Влада.

— Не хочешь произнести тост?

У Влада сжался желудок.

— Я-я?

— Не могу представить никого, кого бы я предпочел видеть на месте своего брата, чувак.

— Я-я ничего не писал, — сказал Влад хриплым голосом, слезы затуманили его зрение. Это была еще одна черта, которой он был известен в группе, — спонтанное проявление эмоций. Он ничего не мог с собой поделать, и не существовало лекарств или диагнозов, которые могли бы это вылечить. Он плакал на свадьбах, из-за книг, песен, рекламных роликов, милых животных. Но это? Произносить тост на свадьбе Мака? Он бы никогда этого не пережил.