Но тишина — это не покой. Это предвестник дерьма. Особенно, когда она — в виде лорда, называющего себя Тихий.

—

ИНТЕРФЕЙС: Обновление разведданных. Цель: Лорд Тихий. Деревень: 10. Армия: неизвестна. Манера поведения: отсутствует. Комментарий: «Хуй знает, что он делает, но страшно».

—

— Кто он вообще? — спросил Арат, ковыряя карту ножом.

— Хрен пойми, — ответил Арслан. — У него ни манифестов, ни налётов, ни угроз. Просто сидит. И молчит. А деревни — целые. Народ — довольный. Армия — вроде бы есть, но никто не видел.

— Может, он труп с короной, — буркнула Пиздюха.

— Может, он умный, — сказал Змей и замолчал. Все напряглись.

—

Разведка шныряла по границам. И приносила ничего. Ни движения. Ни дымов. Ни стягов. Только тишина. Даже леса вокруг его земель — пугающе аккуратные.

ИНТЕРФЕЙС: Уровень тревоги: повышен. Паранойя активна. Возможно, вы смотрите в правильную сторону. Возможно — уже поздно.

—

— Он собирается, — сказал я наконец. — Не на шум. Не на мясо. А на удар в спину, когда мы будем в эйфории от очередной бутылочной победы.

— Будем первыми, — отозвался Демьян. — Лучше вломить, чем огребать.

Но...

— Пока нет, — поднял я руку. — Пока — готовимся. Пусть думает, что мы — веселые долбоёбы с арены. А мы — точим ножи.

— Звучит, как план, — сказал Бек. — Один раз мы уже сделали из веселья войну.

— А теперь — сделаем из тишины бурю, — добавил Поп, перекрестившись.

— Ещё бы, — буркнул Хорёк, вытирая лапки.

И тут повисла пауза.

Змей медленно обернулся. Потом Арат. Потом все остальные.

— Подожди, — сказал я. — Что, блядь, сейчас сказал хорёк?

— Я сказал — ещё бы, — снова пробубнил Хорёк, зевая.

— Он говорит. ГОВОРИТ! ХОРЁК, БЛЯДЬ, ГОВОРИТ! — заорал Бек, опрокидывая стул.

Все застыли. Поп перекрестился в пятый раз за день. Арслан прошептал:

— Мы… мы… держим в войске зверя, который умеет говорить?

— Ну а вы что, не знали? — усмехнулся я. — Он у меня с самого начала был в отряде.

— И ты ни разу об этом не упомянул?!

— Да я думал, меня глючило просто.

—

ИНТЕРФЕЙС: Обнаружено: «Зверь разумный. Имя: Хорёк. Роль: комментатор, судья, философ, и существо, которому давно пора дать отдельную ветку развития». Побочка: у всех немного едет крыша.

—

Следующие дни — работа.

Обновление оружия.

Тренировки бойцов.

Постройка новых орудий.

Переброска ресурсов.

Создание наблюдательных точек на границе с Тихим.

Сбор слухов. Любых.

Арена — арена. Но война — не развлечение. А Тихий — не шутка. Это тот, кто молчит, пока не глотнёт твою кровь.

И если он вместе с Авророй... значит, всё серьёзно.

—

ИНТЕРФЕЙС: Следующий раунд арены — завтра, готовьтесь.

Утро наступило резко, как похмелье в окопе. Я стоял у зеркала, глядя, как в нём вспыхивает арена. Интерфейс визжал ещё до первого кадра.

ИНТЕРФЕЙС: Раунд третий! Полуфинал! Арена обновлена! Сцена боя — «Театр боли и нелепости». Противник: команда «Фокусник с бензопилой» и «Девка в маске, у которой голос как у батиного будильника». Примечание: берегите уши и внутренние органы.

Награда за победу: выход в финал. Награда за поражение: моральная кастрация.

— Пиздюха! — крикнул я. — Ты где?

— Уже тут! — отозвалась она, выходя из портала с бутылкой, обмотанной колючей проволокой. — Я этой дряни имя дала. «Ностальгия».

— Змей?

— Я готов. Если умру — только красиво.

— И с матом, — добавил Хорёк, зевая. — Без мата не считается.

В тот момент, когда они появились на арене, зеркало чуть не треснуло от крика толпы. Трибуны — живые, пульсирующие, ревущие. Площадка — сцена театра с декорациями: порванные занавеси, перевёрнутые кресла, горящий рояль.

Из портала напротив вышел Фокусник — худой, длинный, в шляпе, а в руках… бензопила. Настоящая. Рабочая. И заведённая. Откуда? Хрен знает.

Рядом — девка в маске с глазами-лампочками, голосом как в лифте:

— Приготовьтесь к УНИЖЕНИЮ. Это будет… ПРЕДСТАВЛЕНИЕ.

ИНТЕРФЕЙС: Бой начат! И пусть вас спасёт только чудо или хорошая кома.

Первым двинул фокусник. Рванул с ором и бензопилой, как будто последний сезон сериала снимают. Змей — уклон, цепь — но та дрянь кромсала воздух, как наркоман — логопедию.

Пиздюха — в обход, бутылкой по декорациям, в попытке зайти с фланга. Девка в маске крикнула:

— ПРОГРАММА АКТИВНА!

Из пола выскочили руки. Театр ожил. Кресла начали стрелять пружинами. Горящий рояль взорвался. Толпа орала.

Змей схлопотал лезвием по ребрам, но отбросил фокусника ударом цепи — в башню со светом.

Пиздюха вылетела из-за кулис и смачно въебала бутылкой в затылок девке в маске. Звук был как у хрустящего багета из ада.

— СИСТЕМА СБОЙ… — прохрипела та.

— Вот тебе, сука, системный сбой, — прошипела Пиздюха и добила ударом ноги в живот.

Фокусник поднялся. Без шляпы. Без глаза. Пытается пилой размахнуться.

Змей — навстречу. Удар в грудь. Удар в плечо. Пинок в живот. Цепь — на горло.

— Скажи что-нибудь на прощание, клоун, — сказал Змей.

— АХХАХАХАХАХА! — захрипел фокусник.

— Сойдёт, — и скинул его со сцены. Тот рухнул в яму.

ИНТЕРФЕЙС: Победа! Раунд завершён! Выход в финал!

Слава: +1000

Ресурсы: +700

Бонус: зрители вас боготворят.

Следующий бой: через два дня. Арена — финал. Соперники: команда Лорда Тихого.

Тронный зал взорвался от воплей.

— ЕБАТЬ! — орали наши.

— Бутылка рулит! — орала Пиздюха, плюя в сторону зеркала.

— Ну а теперь... — протянул я.

— Что? — спросил Змей, держась за бок.

— Финал. И мы не просто его выиграем… мы его процарапаем ногтями по лицу всего этого ёбаного мира.

ИНТЕРФЕЙС: Готовьтесь. Арена, финал. Лорд Тихий — уже ждёт. И Аврора с ним.

Трибуны, собранные из костей, черепов и чего-то, что пахло как сгоревший флаг, вибрировали от крика. Финал. Последняя битва. Мы — команда «Хуярящие ради славы». Против нас — «Тихие, но смертельные». Вместо самого Тихого вышел его воин — бронированный молчаливый великан по имени Гралл. Вторым был какой-то монах, лицо закрыто, руки в рукавах, тишина от него шла как от могилы.

ИНТЕРФЕЙС: Финальный раунд. Противники: Воин Гралл и Монах Тишины. Сложность: адская. Награда: доминирование, слава, ресурсы, право выйти с Арены с бутылкой и криком.

Мы стояли. Пиздюха с бутылкой, Змей с цепью. Улыбались. Но внутри всё дрожало.

— Пиздюха, — сказал я сквозь зеркало, — если что, еби первой. — Я и второй, и третьей, — оскалилась она.

ГОНГ.

Гралл двинулся первым. Медленно, как танк с манерами. Его двуручный меч тянулся за ним, оставляя царапины на камне. Монах стоял. Не двигался.

Змей кинул цепь — она ударила Гралла в грудь. Как по камню. Ноль реакции. Великан шагнул и... прыгнул. В прыжке он размахнулся и рубанул — как будто хотел разрезать арену пополам.

Змей успел отпрыгнуть, но удар вызвал взрыв камней. Один кусок прилетел в Пиздюху. Она не упала. Только сплюнула кровь: — За это ты получишь, уебище.

Монах тем временем шептал заклинания. Воздух начал дрожать. Из земли полезли руки — мертвые, костяные. Пытались схватить ноги Пиздюхи. Она же, зарычав, начала прыгать между ними, как бешеный хорёк.

— ПОСОХ В ЖОПУ, — крикнула она и метнулась к монаху.

Монах сделал движение, и на арене возник купол тишины. Всё приглушилось. Даже сердце стучало как-то... ватно.

Змей продолжал сражаться с Граллом. Он крутился, обматывал цепь, прыгал, наносил удары по шее, по локтям. Гралл ловил цепь, рвал, один раз выбил Змея с разворота — тот пролетел метров пять и врезался в стену.