Зал оказался гораздо уютнее, чем можно было бы ожидать в этом царстве брони и стали.

Потолок был высоким, арочным, с трубчатыми светильниками, пульсирующими мягким бело-синим светом. Пол — металлический, но покрыт тяжёлыми коврами из какого-то грубого, почти каменного волокна, красноватого цвета. У противоположной стены находились тяжёлые кресла, как троны: широкие, с высокой спинкой, будто вырубленные из куска титана и обтянутые шкурами неизвестных существ. Рядом с каждым стояли низкие столики с вмонтированными в них сенсорными экранами — и, неожиданно, подогреваемые блюда с мясом и густой жидкостью, похожей на суп. Похоже, гронтары сочли, что путешественники голодны.

Слева в стену были встроены информационные панели и неработающая проекция галактической карты — видно, зал предназначался для обсуждений и переговоров. В углу — массивный, украшенный черепами зверей куб-терминал: старинный гронтарский узел связи, всё ещё работающий.

— Мило, — хмыкнул Эд, плюхаясь в одно из кресел, которое тут же издало подозрительный скрежет, будто протестуя против чужака.

Талирия подошла к одному из окон — узкому, как бойница, но через него был виден пылающий закат Краноша: тёмно-оранжевое небо, клочья пепельных облаков и силуэты вулканов, словно стоящих на страже мира. Она сняла фильтры из носа и фыркнула — воздух был терпим, но всё равно едкий.

Джек не садился. Он стоял у двери, глядя на панель с сигилами гронтарской письменности. Он чувствовал, как в животе нарастает тяжесть. Они были в логове зверя. И очень скоро их вызовут к его хозяину.

— Интересно, сколько мы будем ждать? — спросил он, не отрывая взгляда от стены.

— Столько, сколько он решит, — пожал плечами Эд. — Уж кто-кто, а Вождь Варгус имеет право заставить ждать. Особенно тех, кто пришёл с его племянником в цепях.

Тишина опустилась на зал, нарушаемая лишь гудением стен, эхом отдалённых шагов и дыханием планеты, ждущей, как и они, развязки.

Минут через сорок металлическая дверь зала с глухим скрежетом раздвинулась. В проёме появился гронтар, ростом под три метра, с кожей цвета закалённого железа и выражением, как будто он только что раздавил когтями кого-то недостойного — и не заметил.

На нём был шрамированный бронекостюм тёмно-бурого цвета, украшенный стальными кольцами и костяными пластинами — знаки рангов и побед. Из-за плеча выглядывал сдвоенный клинок с рваным лезвием. Его один глаз — кибернетический, с алой линзой, которая медленно моргнула, сканируя троих гостей.

— Вождь Варгус ждёт, — прохрипел он голосом, словно валун по металлу. — Идите за мной. Без глупостей.

Он повернулся, не дожидаясь ответа, и тяжёлыми шагами зашагал по коридору. Его походка оставляла ощущение, будто он продавливает полы цитадели своим весом и правом.

Джек переглянулся с Эдом и Талирией. Те встали, не говоря ни слова. Шутить сейчас не стоило.

Путь к тронному залу был коротким, но внушительным. Коридор, по которому они шли, был усыпан древними барельефами с изображениями легендарных битв: гронтарские вожди в пламени сражений, чудовищные враги, валящиеся под ударами топоров, корабли, взрывающиеся над чужими мирами. Всё было выполнено с пугающей детализацией — кровь, страдание, победа.

Наконец, перед ними распахнулись массивные створки, и они вошли.

Тронный зал был гигантским — шире и выше любого зала, что видел Джек. Стены из чёрного, словно обожжённого, камня украшены тяжёлыми знаменами с эмблемой клана: расколотая планета, пронзённая копьём. По обе стороны зала стояли стражи — по шесть гронтаров с каждой стороны, в боевых доспехах, с оружием наизготовку. Их дыхание, тяжёлое и размеренное, было слышно даже сквозь фильтры.

Посреди зала тянулся алый ковёр, вплавленный прямо в металл пола. По бокам от него — статуи великих воинов, настоящие доспехи предков, стоящие, будто те до сих пор стерегут зал.

На возвышении, под аркой, сплетённой из стали и лавового стекла, восседал Варгус Моргар.

Он был гигантом даже по меркам гронтаров. Его броня не блестела — она гасила свет, будто пила его. На наплечниках — черепа врагов, по груди шла гравировка на древнем языке: «Я — ярость праха». Глаза — золотистые, хищные, глубокие, как кратеры. Один рог на шлеме был обломан, что говорило о нём больше, чем любые титулы.

По бокам от трона, стоя на возвышении, находились гронтарские женщины. Высокие, мускулистые, в одеяниях, сочетающих металл и ткань, с оружием за спиной. Их взгляды были не менее суровы, чем у воинов. Это были жёны Варгуса — или советницы. Возможно, и то и другое.

Трон был целым механизмом — полуорганической структурой, с вкраплениями реликтовых технологий, впаянной в саму скалу. Когда Варгус пошевелился, от трона отозвался гул, словно сам Кранош зарычал от его движения.

Он посмотрел на пришедших.

— Джек Рэндэлл. Человек, чьё имя мы знаем и уважаем здесь. Эд Харрис, инженер с руками, достойными кувалды. И... — его взгляд остановился на Талирии. — Представительница чужого рода, чей облик слишком хрупок для этих стен. Что привело вас на Кранош?

Джек удивился, но сохранил спокойствие, чуть склонив голову в знак уважения.

— Приветствую тебя, великий Варгас Моргар, — сказал он. — Честно сказать, я удивлён, что вы знаете про меня и мою команду.

Варгас издал гортанный звук, похожий на приглушённое рычание, в котором, как ни странно, угадывались нотки веселья. Возможно, это и был гронтарский смех.

— Конечно мы знаем тебя, человек, — проговорил он, его голос был грубым, хриплым, но в то же время исполненным авторитета. — Мы видели битву за систему Ска'Рис. Мы видели, как доблестно ты сражался за этих жалких четвероруких мошенников, что недостойны существования.

Он поднялся с трона и спустился по ступеням. Под его тяжёлым шагом застонали каменные плиты пола. Варгас был гигантским даже по меркам гронтаров: в полном боевом облачении, украшенном гравировками и боевыми шрамами, он казался ожившим идолом войны. Его глаза внимательно изучали Джека.

— Для чего же ты прибыл ко мне? — продолжил он. — Ты поймал Таргуса и хочешь получить за него выкуп?

— Не совсем так, великий Вождь, — спокойно ответил Джек, хотя напряжение в его голосе всё же проскользнуло. — Могу ли я просить позвать сюда Таргуса?

Варгас на мгновение задумался, его лицо посуровело. Он не сразу ответил, будто взвешивал что-то внутри себя. Затем коротко кивнул.

— Ну хорошо... Привести пленника, — скомандовал он, даже не повысив голоса, но все в зале моментально напряглись и зашевелились.

Варгус махнул массивной рукой, и один из стражей у трона ударил древком своего боевого топора в металлический пол. Гулкий звон пронёсся по залу, отозвавшись в каменных сводах, как колокол начала битвы. В ответ открылись массивные ворота сбоку от трона, и из них показалась процессия.

Первым шёл гронтар-охранник, по виду один из ветеранов — покрытый шрамами и с кибернетической рукой, сжатой на рукояти электропики. За ним, в сопровождении двух других бойцов, в зал ввели Таргуса.

Он шёл прямо, не ковыляя, несмотря на тяжёлые энергоцепи, сковывающие его запястья и лодыжки. На нём всё ещё был броникомбинезон, но с него сняли внешний слой брони, оставив только изношенный защитный корпус. Кровь засохла в нескольких местах, а на левой щеке красовалась свежая рана. Несмотря на это, он держал голову высоко, а в его глазах не было ни страха, ни покорности — только мрачная решимость и едва заметная злость.

Цепи тихо звякали, отзываясь в тишине тронного зала. Воины, стоящие вдоль стен, пристально следили за каждым шагом пленника. Несколько женщин у трона шептались между собой, наблюдая за сценой, будто оценивая, достоин ли он смерти или славы.

Когда Таргуса подвели ближе к трону, один из охранников рявкнул:

— На колени перед Вождём Моргаром!

Но Таргус лишь метнул взгляд на Варгуса и с презрительной усмешкой процедил сквозь зубы:

— Я преклоняю колени только перед прахом павших в бою. А не перед теми, кто сидит на троне и ждёт, пока за него умрут другие.