— Боже мой! Олег Павлович! Как же так, Вера Павловна! — запричитала она.

Но нам было не до неё. Мы молча смотрели друг на друга. Я потихоньку начала осознавать весь ужас данной ситуации, а в его глазах ясно читалась смесь удивления и бешенства. Затем он перевёл взгляд с моих испуганных глаз на губы, которые я кусала, и обратно.

— Вера Павловна, значит, — прогудел он.

Удав чертов! Я снова оцепенела, как тогда, у лавочки.

— Д-д-добрый день. — Попыталась сделать вид, что ничего страшного не произошло, и развернулась в сторону кофемашины. — Я сейчас сделаю новый кофе.

— Стоять!

Замерла, не успев сделать и шага.

— Вы ничего не забыли сказать, Вера Павловна? — Таким взглядом можно убить, меня уж точно.

Анастасия Сергеевна тоже замерла рядом с нами и переводила взгляд то на одного, то на другого.

— Да. Извините, пожалуйста, я не хотела.

«Нормально?» добавить уже не решилась. Он продолжил смотреть на меня, словно ждал именно этой фразы. Поняв, наконец, что мозги у меня всё же есть, и я не собираюсь рыть себе яму дальше, Олег Павлович глубоко вздохнул, при этом покачав головой, и молча прошёл в кабинет, громко хлопнув дверью.

— Что это было? — Анастасия Сергеевна перевела на меня свои глаза-блюдца.

— Мы знакомы, — выдохнула я и, сделав три шага, упала на стул. — Этот трюк с его рубашкой я уже проделывала пару недель назад, только в тот раз это было вино.

Попыталась сдержать нервный смех.

— Ну ты даёшь. — Брюнетка на фоне стресса перешла на «ты». — Вы реально знакомы?

— Это сложно назвать знакомством, но, похоже, да. Хотя до этой минуты я и не подозревала об этом.

— Ладно, сейчас сама отнесу ему новую чашку.

Через пять минут, выйдя от шефа, она села на своё место и попыталась что-то показать мне на мониторе, но я ничего не соображала. Ещё через десять минут прозвучал голос Смолина.

— Вера Павловна, зайдите.

Анастасия Сергеевна сжала мою руку. Взгляд сочувствующий.

Я зашла в его кабинет. Достаточно большой, в серых тонах, кругом так же, как и в приёмной, металл и стекло. Олег Павлович сидел за рабочим столом уже в чистой рубашке.

Я боялась поднять глаза. Подошла чуть ближе, глядя исключительно на узел его модного галстука. Сесть мне никто не предлагал.

— Какими судьбами, Вера Павловна? — Задал он свой главный вопрос.

Ха! Если бы я знала, какими! Злыми, захотелось ответить, но я промолчала. При этом всё же подняла глаза и встретила его внимательный тёмный взгляд. Он молчал, ждал ответа. Опять гляделки. Монстр.

— Если вы намекаете на то, что я специально пробралась в вашу компанию, чтобы облить вас повторно, то это не так. — Кошмар, что я несла.

— А как?

— В вашей компании была открыта вакансия помощника руководителя. Я прошла собеседование и теперь работаю здесь.

— Ну, это мы ещё выясним, что вы там прошли и работаете ли вы здесь.

Снова посмотрела на него и поняла… Он сканировал меня! Сканировал точно так же, как и тот мерзкий мыльный король! Всё чувство стыда за содеянное испарилось без следа.

— Вы ставите под сомнение профессионализм Петра Ивановича в подборе кадров? — поинтересовалась я.

— Нет, я ставлю под сомнение ваши профессиональные качества. — Его глаза продолжали беззастенчиво блуждать по моему телу. Вот козёл! Нет слов просто. Чувствую, что это мой первый и последний рабочий день.

— Вы свободны, — ледяным тоном отпустил меня шеф. — Позже разберёмся.

Что значит свободна? Совсем? На выход с вещами или нет? Сделала вид, что не поняла. Вышла из кабинета и села рядом с брюнеткой.

— Ну как? — Она сочувственно посмотрела на меня.

Я только пожала плечами и трясущимися руками полезла в ящик за валерьянкой.

— О'кей, давай продолжим. — И мы углубились в передачу дел.

Остаток дня прошёл как в тумане. Я только и успевала записывать за Настей данные, задачи, правила. После пережитого сегодня утром стресса мы с ней окончательно перешли на «ты».

С шефом больше не разговаривала. Он только прошёл два раза мимо, туда и обратно.

В обед сходили в столовую. Кормили хорошо и недорого. Единственная проблема — со столиками, свободное место было трудно найти. По словам Насти, нужно приходить после трёх, народу значительно меньше, и перекусить что-нибудь всегда можно найти.

К шести часам пришли отчёты, о которых она говорила утром, и мы их быстро обработали. Как раз предоставился удобный случай спросить о том, сколько длится рабочий день.

— Всегда по-разному. Но обычно я ухожу не позже семи часов. Бывает, приходится и до восьми сидеть, но это редко. Олег Павлович не любит, если я торчу здесь долго, но если нужно задержаться, всегда предупреждает заранее.

— Ясно, — кивнула я, — а командировки часто?

— Нет, не очень. Как правило, это выставки оборудования в Европе, реже у нас. Основная выставка проходит в начале осени в Германии. Там мы присутствуем обязательно. Также есть весенняя в Дании, но на ней мы бываем не каждый год. Иногда добавляются другие. Возможны выезды на переговоры или семинары, но это не угадаешь. Если у тебя нет «шенгена», займись уже сейчас, чтобы это не стало проблемой.

— Точно. — Сделала пометку в блокноте.

— А вообще, выезды в Европу — это прекрасно! — с придыханием сказала Настя. — Как раз на одной из выставок два года назад я и познакомилась со своим женихом. Роберт приехал как приглашенный гость наших немецких партнёров и с первого до последнего дня не отходил от меня.

Настя полезла в телефон и показала фото жениха. Очень симпатичный мужчина арийской наружности.

— Круто, Насть, — восхитилась я, — о таком можно только мечтать.

— Да, до сих пор не верю своему счастью. Ну ничего, два дня до свадьбы, и я стану самой счастливой фрау на свете!

Время без десяти семь, а Смолин сидел в своём кабинете, как пуговица, пришитая насмерть.

— Думаю, на сегодня мы можем закончить. Сейчас спрошу у шефа и пойдём.

Настя закрыла блокнот и нажала селектор.

— Олег Павлович, у вас будут ещё какие-нибудь поручения или мы можем идти?

— Нет, Анастасия Сергеевна, можете быть свободны. До завтра.

Меня как будто бы не было. Ну и отлично, выдохнула, свобода.

Вдруг селектор снова ожил:

— Анастасия Сергеевна, Вера Павловна ещё здесь?

— Да, мы планируем уйти вместе.

— До свидания, Вера Павловна. — И сразу отбой.

Хорошо, что не «прощайте». Обязательно надо было нервы пощекотать мне напоследок!

На улице, вдохнув полной грудью теплый летний воздух, я попыталась расслабиться и сбросить напряжение, скопившееся за этот сумасшедший день. Домой ехала чуть дольше, чем утром на работу. В метро толкучка, час пик. На старой работе я добиралась туда-обратно на наземном транспорте, всего три остановки на автобусе, а теперь нужно привыкать к этой давке. Может, и правда есть смысл дольше задерживаться на работе…

В пути проанализировала сегодняшний день. В целом мне понравилась будущая работа. Обязанности разнообразные, где-то даже требующие творческого подхода. Поездки в Европу тоже зацепили, ничего не скажешь. Коллеги, с которыми пришлось столкнуться в течение дня, были вполне приятны и доброжелательны. Короче, всё хорошо, если бы не одно но. Точнее, не один субъект мерзкой наружности. Но в любом случае, мне нельзя сдаваться. На мне огромная ответственность, возложенная дядей Борей.

Дома уже ждали мама и сам дядя Боря. Ужин на столе. Вино в бокалах. Не успела сесть, как посыпались вопросы.

— Ну как прошёл первый день, Верочка? — Это от мамы.

— Ты показала всем класс? — Это от дяди Бори.

Я вкратце пересказала события сегодняшнего дня. Но самое главное и судьбоносное, ясное дело, оставила за кадром.

— Умница, моя дорогая, я знала, что у тебя всё получится! — Мама довольно переглянулась с дядей Борей.

— Я хочу тебе сказать, — начал он, поднимая бокал, — что в такой компании, конечно, непросто. Она крупная, можно сказать, монстр на нашем рынке. Работа в таких компаниях всегда сложная, требующая большой отдачи. Кругом куча акул, я бы сказал, в основном акулы. Поэтому будь на чеку, не расслабляйся. Но и цели там серьёзные, опыт огромный, возможности карьерного роста неплохие. Так что настраивайся на позитив и дерзай. За твой успех!