Смолин застал пару раз Сергея у нас в приёмной, когда мы мило болтали. Градов, как обычно, опирался о мой стол задним местом. Шеф устроил мне выговор за болтовню в рабочее время и сказал, что в следующий раз это будет расценено как вторая ошибка. Поэтому я стала сама заходить к Сергею, но чаще мы общались в столовой или могли выйти в обед погулять в ближайший сквер. Лето стояло прекрасное.

Шеф Градова вернулся ещё неделю назад. Как и говорила Настя, внешне он оказался очень привлекательным мужчиной лет тридцати пяти. Высокий блондин, волосы вились, даже несмотря на короткую стрижку, всегда широкая улыбка. Я присутствовала на паре совещаний и заметила, что среди руководства он душа компании и балагур. Все подшучивали над ним, а он рассказывал смешные истории из последней командировки. Лично мы пока не общались, только здоровались, встречаясь в его же приёмной или коридорах. Смолин в разговорах на отвлеченные темы участия не принимал, просто наблюдал со стороны.

Сегодня вторник, шеф приходит к десяти. В первый свой вторник я совсем забыла об этом, как обычно, к восьми отнесла шефу кофе и только ближе к девяти, когда моё удивление отсутствием пунктуального Олега Павловича зашкалило, я вспомнила про вторники. Но считаю, что не удивительно забыть об этом в том потоке информации, который вывалила на меня Настя в первые два дня.

Ближе к обеду позвонил Градов.

— Вера Павловна, салют!

— Привет, Сергей Михайлович!

— Мы можем сегодня пообедать пораньше? Мне на совещание в три с менагерами. Может, часика в два сходим?

— А не боишься, что мы в очереди до трёх проторчим?

Градов задумался.

— А знаешь что, давай в «Валенсию» пойдём.

— А где это?

— Ты ещё там не была? Это пиццерия к нам ближайшая, через сквер.

— Нет, не была. Кто меня туда сводит кроме тебя? Смолина пока ещё нет, поэтому я вроде как в два свободна, если вдруг какой форс-мажор, сообщу.

— О'кей, договорились. До встречи!

Вообще у меня очень мало друзей, а лучшей подруги так и вообще нет. Была когда-то в университете Леночка, но после окончания вуза наши дороги потихоньку разошлись. Она вышла замуж, родила, и за отсутствием общих тем общение свелось к поздравлениям на день рождения. И вот сейчас, тьфу-тьфу, боялась сглазить, по-моему, у меня снова появилась такая лучшая подруга, точнее друг.

Смолин пришёл в десять и через полчаса отчалил по важным делам. Перед его уходом я специально уточнила, можно ли сходить пообедать на час пораньше, хотя четких рамок обеда у меня не было.

— Я не возражаю, Вера Павловна, — сказал он и вышел.

Вот и здорово. Пицце быть!

Ровно в два мы вышли на улицу, а там жара около двадцати семи градусов. Это моя самая большая проблема. В чёрных блузках с длинным рукавом я, мягко говоря, таяла. На работе сидела под кондиционером, поэтому дискомфорта не испытывала. Утром и вечером тоже терпимо, но днём лучше не выходить. Да и смотрелась я на улице среди легко одетых, ярких и пестрых людей довольно странно. Чёрная ворона. Надо было такой ник взять. Обязательно в эти выходные выберусь в магазин и подберу пару темно-серых блузок с коротким рукавом.

Разрешила себе расстегнуть пару верхних пуговиц, всё равно Смолина рядом не было.

— Кстати, Вер. Давно хотел тебя спросить, а почему ты всё время в чёрном? У тебя траур, что ли?

Мы перешли дорогу, и в сквере под кронами деревьев стало чуть прохладнее.

— Да нет, просто мне так комфортнее на работе.

— Что-то я в этом сомневаюсь. — Сергей прищурился и посмотрел на меня, — Тут не Смолин ли приложил руку? У Насти вроде такого дресс-кода не было.

— Не сочиняй, причем здесь Смолин! — Я надеялась, моё возмущение выглядело правдоподобно. — Это мои собственные тараканы, не обращай внимания.

Мы пересекли сквер и снова перешли через дорогу на другую сторону улицы, где я сразу увидела большую вывеску пиццерии с небольшой зоной летнего кафе.

— Где сядем: на улице или внутри? — Градов явно подтрунивал надо мной.

— Ну, если ты не хочешь, чтобы я растаяла как эскимо, давай лучше под кондиционер пойдём.

— Как скажешь, моя мороженка! — Весело ответил он и открыл передо мной дверь пиццерии.

Внутри царила приятная прохлада, и мы, заняв столик около окна, заказали одну среднюю пиццу и по салату.

— Эх, — вздохнул Градов, — сейчас бы ещё прохладного пивка.

— И речку рядом, — добавила я.

Несмотря на спокойную и приятную атмосферу пиццерии, мне не удалось расслабиться и выбросить работу из головы хотя бы на время обеденного перерыва.

— Ты мне лучше расскажи про конференцию в пятницу, — сразу перешла к делу, как только нам принесли заказ. — Я презентацию готовлю, что-то ещё нужно?

— Мне повезло, Ветров в этот раз без доклада. Не люблю я эти мероприятия, народу тьма, суета, офис превращается в вокзал какой-то.

— Не пугай, пожалуйста, у меня и так уже почти паника. Даже не могу представить себя на таком мероприятии. Что я должна там делать?

— Как обычно, помогать Смолину, быть рядом с ним. Возможно, и как переводчик. Главное, не отходи от него. Предупреди и фиников, и закупку, чтобы были начеку, вдруг какие-нибудь данные ещё срочно понадобятся. И самое главное, распечатай презентацию в бумажном виде.

— Зачем? — удивилась я.

— Бывали случаи, когда техника подводила, и чтобы не прерывать доклад, можно с любого места продолжить по бумажке, пока айтишники всё восстанавливают.

— Ясно. Надо не забыть.

Дальше мы обедали, болтая обо всем на свете. Оказалось, Сергей владеет ещё и китайским. Несколько лет после учебы жил там, и над его китайскими историями можно было умереть от смеха. Причем некоторые из них явно не дотягивали до статуса приличных.

— Как я, Вера, жил и работал тут без тебя все эти годы? — вдруг спросил Градов. — Даже не представляю теперь.

— Ну, наверное, Анастасия Михайловна тебя развлекала в обед?

— Нет, — серьезным тоном ответил он. — Пойдём?

Расплатившись по счёту, причем Сергей всегда категорически отказывался от моих денег, мы вышли на улицу. Жара. Расстёгнутые две пуговицы явно не помогали

Пока шли по скверу, Градов приобнял меня за плечи, шепча на ухо очередную скабрезную шутку. Остановившись перед пешеходным переходом в сторону офиса в ожидании зелёного света, я зацепилась взглядом за мужчину на другой стороне. Блин! Смолин… Сергей также заметил его, но свою руку с моего плеча не убрал, а наоборот, стиснул его ещё сильнее. Шеф же внимательно смотрел на нас, и все мы продолжали стоять в ожидании зелёного света. Интересно, а зачем он переходил на эту сторону?

Когда же загорится этот светофор! Смолин теперь гипнотизировал Сергея, а тот, в свою очередь, поглаживал моё предплечье, приветливо улыбаясь. Чёрт, что происходит? Может, я слегка переоценила дружескую составляющую нашего общения с Градовым? Но тут наконец-то загорелся зелёный свет, и мы начали движение, только Смолин остался на месте. Что делать-то?

— Добрый день, Олег Павлович, — поздоровался Градов, когда мы поравнялись с шефом.

— Привет.

Непонятное напряжение витало в и так спёртом из-за жары воздухе. Была не была, я вступила в игру.

— Мы обедали в пиццерии, Олег Павлович, — пропищала я, хотя что тут такого-то. — А вы на обед? Какие-нибудь поручения будут?

— Да, будут. Жду вас на рабочем месте через три минуты. — Тон ледяной.

Развернулся и первым зашёл в здание.

— Хм, Вера, — услышала я над ухом голос Сергея. — Чем он недоволен, интересно?

— Наверное, долго обедали, давай быстрей. — Сбросила его руку с плеча и полетела вперёд. Главное, чтобы вторую ошибку не объявил. Хотя за что?

В кабинет заскочила, по-моему, через две минуты, умудрившись растолкать очередь у лифта. Смолин стоял у моего стола.

— Что у вас происходит с Градовым? — Его взгляд опустился на две расстегнутые пуговицы на блузке, а бровь поползла вверх.

Та-ак. А какое его дело, спрашивается? Весь страх прошел, я начала злиться.