— Поднажмите, нужно их опередить.
Интересно, кто это пожаловал ко мне из столицы? Уж точно не императрица — для неё свита слишком мала. И не Орлов — он не стал бы путешествовать с такой охраной, не в его характере. Кто-то из сенаторов? Так им не положено кататься с императорским гербом. Однако, загадка. Впрочем, скоро я узнаю верный ответ.
Вагонетка обогнала процессию и нырнула в лес. Через три минуты она с визгом затормозила на подъезде к мастерским. Там уже ждали санки, быстро домчавшие до усадьбы. Я даже успел переодеться, прежде чем выходить встречать гостей.
— Кто бы это мог быть? — Марья Алексевна тоже вышла на крыльцо. Кутаясь в лисью шубу, она с удивлением вглядывалась в подъезжающие экипажи.
— Кто бы ни был, — я отпустил смешок, — главное, чтобы арестовывать не пытались.
— Типун тебе на язык! Даже не шути так!
Я пожал плечами. Два раза меня уже увозили из усадьбы под конвоем, имею право пошутить.
Дормезы остановились у крыльца. С козел спрыгнул лакей и побежал открывать дверь первого экипажа. Конногвардейцы на меня с княгиней даже не посмотрели, не воспринимая за угрозу.
Дверь распахнулась, и лакей откинул подножку. На ступеньку встала нога пассажира, а затем из тёмного нутра дормеза показался и он сам.
— Ваше Императорское Высочество!
Не дожидаясь, пока Павел спустится на землю, я сбежал с крыльца и поклонился наследнику.
— Безмерно рад видеть вас в своём имении!
Мальчик, хмурый и невыспавшийся, просветлел взглядом и улыбнулся.
— Я тоже рад вас видеть, Константин Платонович. Вы обещали учить меня деланной магии, помните?
— Помню и готов исполнить обещание.
Из второго дормеза появился мрачный пруссак-цверг, за ним следом дородная тётка в компании двух подбородков и тощий, как скелет, мужчина с моноклем на рыбьем глазу.
— Это мои воспитатели, Константин Платонович.
Судя по тому, как дёрнулся Павел при виде их, особой любви мальчик к ним не испытывал. А глядя на их надменные лица и брезгливые взгляды, какими они осматривали мою усадьбу, было ясно — взаимопонимания мы не найдём. Так и запишем: первым делом спровадить их отсюда. Не нужны мне под боком соглядатаи.
— Прошу, Ваше Императорское Высочество, пройдёмте в усадьбу. Полагаю, вы не откажетесь отобедать.
Павел кивнул и направился в дом. Марья Алексевна тут же начала хлопотать вокруг наследника, помогая ему раздеться. Старая княгиня улыбалась, будто к ней в гости приехал любимый внук.
— Дядя Костя! Муська котят родила! — В прихожую ворвалась Ксюшка, растрёпанная и возбуждённая. — Пятерых! И все рыжие, как Мурзилка!
Она увидела Павла и без спроса схватила его за руку.
— Идём! Котят посмотрим!
И потащила его в комнату. Наследник престола обернулся ко мне с немым вопросом. Он растерялся и даже чуточку испугался. Но я кивнул, давая знак, что всё в порядке.
— Идём же! Они такие милые!
И Ксюшка увела Павла, чуть ли не волоча его за собой. Кажется, ему придётся учиться не только деланной магии, но и обычному общению со сверстницей, совершенно не умеющей льстить и подлизываться.
Глава 35
Учителя
Марья Алексевна выразительно посмотрела на меня.
— Костя, нам надо поговорить.
— В моём кабинете, — я кивнул в сторону лестницы на второй этаж. — Идёмте, пока есть время.
Мы не успели сделать и шага, как в прихожую заглянул Киж.
— Константин Платонович, я правильно узнал голос? Это тот, о ком я думаю?
Я кивнул, и Киж расплылся в улыбке. Он немало повозился с наследником, пока я гонял гагаринских опричников, и питал к мальчику самые тёплые чувства.
— Стоять! — не дал я сбежать Кижу. — Останься здесь. Сейчас сюда придут его сопровождающие. Отведи всех в гостиную, чтобы не шлялись по дому. Скажешь, что я приму их чуть позже.
— Как прикажете, — он кивнул, — сделаю.
Уже поднимаясь по лестнице под руку с княгиней, я услышал громкий скрипучий голос пруссака-цверга:
— Мы должны есть видеть светлейший князь немедленно!
Ответ Кижа я не разобрал, но не сомневался — он точно изолирует этих людей, пока я занят.
В кабинете Марья Алексевна набросилась на меня с вопросами.
— Скажи мне, как ты умудрился стать наставником Павла Петровича? Ни за что не поверю, что Катька сама это придумала.
— Так получилось, — я развёл руками, — вовремя подкинул мысль правильным людям.
— И ты действительно будешь учить его деланной магии? Наука-то твоя низкая, для простых людей. А у наследника Талант!
— Не слишком сильный, Марья Алексевна, даже средним боевым магом ему не стать. А деланная магия позволит ему лучше себя защитить. И не стоит называть её низкой: наука не бывает плебейской или дворянской, она едина для всех.
Княгиня неодобрительно скривила губы, но спорить не стала, отлично зная моё мнение о деланной магии.
— Учи, — вздохнула она, — может, будет польза. Только этих, — княгиня дёрнула подбородком, указывая на окно, — надо из усадьбы убрать. Шпионить станут, даже не загадывай.
— Так и собирался сделать.
— Один не справишься. — Марья Алексевна поудобнее устроилась в кресле. — Я тебе помогу. Вдвоём мы их отсюда легко спровадим.
Третьей в нашем маленьком «комитете по выпроваживанию» стала Таня. Я специально позвал девушку, рассчитывая на её Талант убеждения. В открытую об этом говорить не стал, но она и так прекрасно всё поняла.
Первым Киж привёл для беседы секунд-майора конногвардейца. Сурового вояку средних лет с умными глазами и шрамом через всю правую щёку.
— Прошу разместить моих людей, Ваша Светлость. Мы будем нести охрану Павла Петровича, пока он соизволит пребывать в вашем имении.
— Боюсь, это сделать никак невозможно. В усадьбе нет казармы, чтобы размещать здесь войска. К тому же, пока наследник находится рядом со мной, ответственность за его безопасность несу я. И моих опричников для этого достаточно.
— У меня приказ, Ваша Светлость, — секунд-майор набычился, — и я не могу его нарушить. Не сомневаюсь, что вы можете защитить Павла Петровича: я видел, что вы сделали с бунтовщиками. Но приказ отдан однозначный, и я собираюсь ему следовать. Гвардия будет нести караул у покоев наследника престола и сопровождать его повсюду.
— Караул⁈ — Марья Алексевна строго посмотрела на вояку. — Вы в своём уме, молодой человек? В доме достаточно Талантов, чтобы сюда не вошёл никто чужой. Скорее, ваши солдаты пострадают, если испугают меня ночью.
Даже при помощи Таниного Таланта не удалось сплавить всех конногвардейцев из усадьбы. Секунд-майор оказался честным служакой и не желал поступаться принципами. Но кое-что сделать получилось.
От караула он отказался, согласившись с доводами. В усадьбе останется шестеро конногвардейцев, чтобы сопровождать наследника вне особняка. А остальной полуэскадрон расквартируется в Меленках. Я выделю им телеграфиста с аппаратом и в случае необходимости вызову их. Здесь всего-то восемь вёрст, причём по хорошей дороге. Для механических лошадей, идущих галопом, домчаться за четверть часа не составит труда.
Шесть гвардейцев не станут проблемой. Мои опричники проследят, чтобы они не совали нос куда не следует. За Павла я совершенно не беспокоился — Марья Алексевна, Лукиан и я можем разобраться с любой проблемой.
* * *
Воспитателей я помариновал чуть дольше. Уж больно рожи у них были презрительные, когда они рассматривали усадьбу. Да, у меня не Версаль и не Петергоф, но и не нищая халупа. Получше многих других, между прочим! Так что я приказал подать чай в кабинет и неспешно обсудил с Марьей Алексевной и Таней линию поведения с Павлом.
Нет, я не собирался делать ему какие-то внушения, настраивать за и против дворцовых партий или вкладывать некие идеи. У меня был план с совершенно иными задачами.
Во-первых, я хотел научить его основам деланной магии и показать её реальные возможности. Предыдущие правители, к сожалению, её недооценивали и не слишком развивали. А ведь промышленность задыхается без специалистов, и одними моими «деланными инженерами» ситуацию не изменишь. И Павлу надо показать важность направления, и эту задачу я возьму на себя.