Осторожно погладив жену по щеке, генерал сгреб в охапку одеяло с подушкой и покинул личную территорию невесты, отделенную от всего павильона расписной перегородкой. Расположившись за пределами ширмы, мужчина долго ворочался, не в состоянии уснуть, что было очень странным. В походе приходилось спать и в более плохих условиях, иногда на голой земле, ведь при марш-броске палатки ставить просто не успевали, с трудом выкраивая время на отдых. Почему же в дворцовых покоях, лежа на мягком одеяле и подоткнув под голову подушку из отобранных гусиных перьев невозможно уснуть? Неужели причиной этому та маленькая северная птичка, что дремлет за ширмой в своем удобном гнездышке?
Генерал представил себе синие, как зимнее небо глаза, ощутил шелк струящихся сквозь пальцы платиновых волос, вспомнил счастливую улыбку, играющую на мягких губах… Зря он это сделал, потому что его тело отреагировало на девушку очень бурно. Он словно подросток почувствовал неудержимое желание овладеть предметом мыслей немедленно. Может, правдивы слухи, распускаемые во дворце завистниками, и жрица его чем-то околдовала?
Третий принц резко поднялся. Более не в состоянии лежать, генерал схватил меч и тихо, чтобы не разбудить принцессу покинул павильон, отправившись на тренировочную площадку, поупражняться с оружием и сбросить физическое напряжение.
Вернуться генерал в дом нареченной смог только с рассветом. Но стоило мужчине лишь взглянуть на безмятежно спящую девушку, как волна желания вновь окатила его с ног до головы. Понимая, что сдержаться будет очень сложно, принц расцепил серебряную цепочку на тонком запястье и покинул павильон.
Проснулась Гу Фенг отдохнувшей, тем не менее, легкая бледность и без того светлого лица все еще показывала, что полностью оправиться от ранений не удалось. И хоть отсутствие жениха и огорчало, но девушка решила смириться со сложившейся ситуацией и просто плыть по течению. Река мироздания — очень мудрое существо, она обязательно поможет пристать к берегу судьбы в правильном месте.
Принцесса едва успела привести себя в порядок, как в павильоне появился жених. Мужчина, не глядя на невесту, защелкнул изящный замочек брачных оков, тут же отступил от нареченной на несколько шагов и отвернулся. Жрица лишь сжала губы, не позволяя выдавать окружающим боль, что разрывала ее сердце.
— Мы сейчас идем на завтрак к их величествам. — Генерал смотрел в открытую дверь, словно цветущая слива во внутреннем дворике, это все, что было достойно его внимания. — Говорить с родителями буду я. Не дай Всевышний, женщина, если ты попробуешь еще что-нибудь учудить! Запру в темнице и посажу на хлеб и воду, запретив с кем-либо общаться! Все равно, уроки Гохуо и его супруги не имеют смысла! Это как кормить умирающую лошадь отборным зерном! Я все сказал!
Чужестранка горько улыбнулась и присела в уважительном поклоне, показывая свою покорность, хотя хотелось вскочить на коня и мчаться галопом вперед, чтобы ветер не позволял выплеснуть на лицо всю обиду и гнев, скопившиеся внутри, в виде горючих слез. Гу Фенг гордо вскинула голову и последовала вслед за… кем? Кто теперь для нее этот грубый воин? Жених? Муж? Или они так навсегда и останутся чужими друг для друга, время от времени разделяя ложе, чтоб выполнить супружеский долг.
Императорская чета завтракала в ближнем кругу: родители и дети с супругами. Поприветствовав правителя с императрицей, Ю Гу засеменила вслед за Третьим принцем на отведенные им места. Так как брак между ними еще не был заключен, то размещались генерал и его невеста за разными столиками, в отличие от первого и второго принца, чьи жены сидели рядом со своими мужьями.
— Слышал, что первая принцесса Клана Звенящего Воздуха после глупой случайности на приеме от волнения занемогла. — Император обратился к будущей невестке, застав ту врасплох.
Игнорирование императора было верхом непочтения и грозило суровым наказанием, но и инструкции, полученные от генерала, нельзя ослушиться, поэтому девушка слегка растерялась, не зная, как поступить.
— Ваше величество, — Третий принц снова был недоволен суженной, создающей столько проблемы и привлекающей к себе слишком много внимания окружающих, — моя невеста оказалась очень хрупкой барышней. Ответственность за заключенный между нашими государствами договор привела ее внутреннее ци в дисгармонию, поэтому императорский лекарь посоветовал не выходить некоторое время из своих покоев, принимая прописанные лекарства.
— Как вы себя чувствуете сейчас, дорогая? — В голосе императрицы чувствовалось участие и искреннее сопереживание.
— Спасибо, ваше величество, — Ю Гу не могла не ответить на прямое обращение, — вполне хорошо. Осталось еще легкое недомогание, но забота и помощь третьего принца позволили моему организму справиться с волнениями гораздо быстрее.
— Что ж, я очень этому рад, — император довольно улыбнулся, — ведь если бы ваше здоровье получило серьезный урон, то это являлось бы плохим знамением, и весеннюю охоту пришлось бы отменить.
— Охоту? — Чужестранка удивленно посмотрела на правителя, но после злого покашливания генерала опустила глаза.
— Простите, ваше величество, — Гохуо перевел внимание отца на себя, — я еще не успел рассказать своей ученице о многих традициях империи Огня. Но, так как гостья оправилась от волнений, то сегодня этим и займусь.
— Не стоит, второй брат, тратить свое драгоценное время на мою невесту по столь незначительному поводу. — Третий принц едва сдерживался, чтобы не зарычать, потому что Гохуо посмел назвать пленницу своей. — Я все объясню ей сам. А вам стоит заняться подготовкой Второго Барака для охоты. Думаю, что в этом году мне опять достанется первый приз.
— Почему это? — Недовольный женский голос, принадлежавший главной супруге наследного принца, нарушил этикет общения. — В Первом Бараке супруга размещаются лучшие серые соколы и борзые. Весенний приз будет его!
— Наследная принцесса, — Первый сын императора довольно улыбнулся, — победа будет отдана правителем самому достойному, поэтому не стоит делить шкуру неубитого медведя.
После завтрака, по дороге в павильон, Ю Гу узнала, что вечером состоится жертвоприношение в честь весенней охоты, после чего весь двор направится в горы к священному озеру, где будут убиты первый лебедь и выловлен священный осетр, которых также принесут в жертву Богам-Хранителям. Затем начнется охота, представляющая из себя скорее соревнование и военное обучение, чем развлечение аристократии.
Третий принц является генералом Огненной империи, однако все сыновья правителя должны быть сведущи в боевой стратегии и тактике, а также развиты физически, ведь война может застать врасплох и неизвестно, кому придется брать в руки оружие и вставать на защиту империи. В охоте будут участвовать Пять Бараков, по количеству сыновей императора, прошедших инициацию и вступивших во взрослую жизнь. Шестой и седьмой принцы в этом пока не участвуют.
В распоряжении каждого Барака имеются соколы, орлы и охотничьи собаки, а также, все необходимое оружие и приспособления. Принцы руководят равным количеством личных войск, которые должны участвовать в самой охоте, подразумевающей установление ловушек, обнаружение дичи, ее загон. За каждый трофей сыновьям императора полагалась награда от правителя, которая распределялась потом между воинами. Кроме того, пока егеря и рядовые участники готовили территорию для охоты, на небольшом полигоне проходили соревнования между наследниками монарха по стрельбе из лука по статичным и движущимся мишеням, скачки и бои на ритуальных мечах.
Ю Гу в уме пыталась посчитать, сколько же народу необходимо, чтобы обеспечить такое мероприятие, и какую территорию должны занимать его участники. Однако задавать эти вопросы жениху девушка не стала, решив, что обо всем сумеет расспросить Лю Е, надеясь, встретившись с подругой в ближайшее время.
Но удалось это только лишь вечером, когда генерал проводил невесту на ритуал жертвоприношения.
18
Храм Священного Огня в летней резиденции императора был упрощенной версией своего собрата, размещавшегося в столице. Здание было более низким, в два этажа, и построенное из древесины. Так как участников жертвоприношения было очень большое, то и статую Дракона, покрытую золотыми и красными красками, вынесли на улицу и установили перед входом. За фигурой Хранителя установили несколько столов с вазами, в которых горели палочки с благовониями, наполняя воздух сладковатыми ароматами. Центральное место на небольшой площадке, у самых лап Дракона, занимала большая жаровня. Огненные всполохи вырывались вверх из медной плоской чаши, разбрасывая желто-оранжевые искры на землю.