– У нас их сжигают живьём, – коротко бросил Дон, давая понять, что развивать тягостную тему беседы не стоит.
– Поэтому ты привёл своих людей сюда к нам? Хочешь укрыться с ними в Утробе?
– Ты против?
– Ты станешь спрашивать дозволения у всех барров Черногорья? – иронично осведомился Радгар.
– Нет, только у потенциального Черногорского нара. Насколько я понял, ты первый, кого здешний народ видит на этом месте.
– Я ещё не дал на это согласия, – досадливо проворчал Радгар. – Не такая уж завидная судьба вздеть на шею это ярмо.
– Не ври манипулятору, – насмешливо посоветовал Дон. – Ты и не собирался его давать. Ты никогда не станешь наром Черногорья. И, видимо, уже знаешь, кого подсадишь на это место.
– Правда, что ты читаешь мысли? – сухо уточнил барр из Чесла.
– Чистейшее враньё, – ответил ему Дон невольным искренним вздохом. – Как было бы здорово, будь оно так. Но оно не так. Так что приходится шевелить мозгами, как простому смертному.
– Понятно, – разочарованно буркнул Радгар.
Стало интересно, на что он раскатал губу в рамках двухстороннего сотрудничества. Не собирался же этот олух предложить манипулятору завидную должность контрразведчика с встроенным устройством прослушки.
Тут до Ромео дошло, что война окончена. А развернувшаяся рядом с ним дискуссия ему в тягость. Лэти как раз грациозно сползла с Мамонта. Кокетливо потрепала его по морде – если можно кокетливо потрепать танк. Ромео выпучился на своего стабилизатора, вопросительно квакая. Чарующая улыбка Лэти в адрес Мамонта встопорщила законного оберегателя мелкой вертихвостки – этот домостроевец не желал ею делиться с каким-то проходимцем.
Дон велел «системнику» не щёлкать клювом и привести в порядок бунтующие мозги Ромео, пока тот не скатился до Отелло. Гоб поймал катапультирующуюся с Тарана Даслану – Гнер, задрав хвост, понёсся проверять её физическую и умственную целостность. Мамонт, естественно, потелепался за ним. Лэти помчалась к своему хрюшке-лапушке, и «системник» доложил о победном завершении стабилизационных процессов в системе. Дон уже не раз ловил себя на мысли, что умудрился научить сотрудников своего внутричерепного коллектива очковтирательству. И всяким прочим штукам, которые осваивает студент в борьбе за диплом.
Даслана – судя по выражению мордахи – сообщала Гнеру, как пустит всех кабанов системы на колбасу. И, кажется, не только четвероногих – пылкий ухажёр абсолютно по-свински вцепился в хрупкие плечи со всей дури. Даслана зашипела и боднула его головой, которая тотчас влипла в жёсткую грудь. Видать, здорово приложилась, раз гадюка взвизгнула почище грага. Попыталась двинуть бестолковому ухажёру кулаком в бочину. Но её руки оказались плотно прижатыми к телу в каменном кольце его ручищ. Если ради этого девочка и старалась, то хэппи-энд в объятьях супермена состоялся. Не хватает лишь выжженной земли вокруг да кучи трупов… Хотя, с трупами состоялось: вон мужики Радгара уже ринулись их ощупывать и делить.
Жить всё интересней и интересней – досадливо подумал Дон, бросившись к подпрыгивающему Ромео. Тот стряхнул с себя Дайну, как какую-то прилипшую пакость. Не будь Дон роботом, жена бы всю оставшуюся жизнь носила на лице вместо носа жирную раздавленную оладью. Даже такой изнеженный феодальной жизнью умник, как он, способен быть суперменом, когда может.
– Пусти! – заверещала Даслана совсем уж по-девчоночьи.
Гнер, судя по всему, ослабил объятья – она вывалилась из них и попыталась лягнуть старательного обожателя, как можно больней. Попала в голень – как раз, куда и метила – но арм даже не поморщился. Выпучился на неё, как на идиотку и прокомментировал их любовную сцену – жаль далековато: ни черта не слыхать. А манипулятор транслирует в башку лишь эмоции столкнувшихся сторон. Нужно настучать Аэглу, что белобрысой всё это нравится. А то чего-то он растерялся. Раз бьёт, значит, любит – внушить эту священную формулу армам, и любовь у них покатится, как по маслу.
– Ты бы уж пустил, что ли – выдохнула Дайна воздух, застрявший отчего-то у неё в лёгких.
Она не пялилась на чужую такую-растакую любовь – её интересовала лишь собственная. И правильно: она женщина – хранительница и разжигательница его личного очага. А он должен знать… Должен знать – получил пинок под брюхо оборзевший «барбос». Нашёл время дрыхнуть на рабочем месте. Слух тотчас подскочил на несколько пунктов.
– Псих! Ты мне чуть ребра не переломал. И вот! – Даслана возмущённо ткнула пальцем в оцарапанную щёку.
– А! – облегчённо бросил Гнер, волоча её к стабилизатору в могучих руках в самой романтической манере. – Ты об этом. Ну, прости: я испугался.
– Ай-яй-яй, – укоризненно прочирикала жена, угадав, какой фигнёй занят её руководящий супруг под видом чего-то важного.
Дон начисто проигнорировал факт тычка под нос этикетом: мол, подсматривать и подслушивать неприлично. Зато с удовольствием отметил: ему в кайф называть свою девочку женой. Сроду за ним не водилось мазохизма, а вот, поди ж ты: млеет от того, что попался. Фуф прав: клёво иметь жену, которую реально хочется иметь.
– Чего? – нарочито недовольно буркнул Дон и стряхнул нравоучительницу с рук.
Дайна приземлилась на ноги и слегка покачнулась. Дон машинально протянул руку, чтобы ей было обо что опереться, но супруга проигнорировала его жест. Постояла несколько секунд, по-птичьи поводя туда-сюда головой. Потом хихикнула, показала ему язык и поскакала вслед за Ромео навстречу Лэти. Его очередная воспитательная демонстрация псу под хвост. Ну, ничего! У них ещё вся семейная жизнь впереди – посмотрим: кто кого… Воспитает.
Где-то на полпути к стабилизатору встретились и перенюхивались Мамонт с Тараном, делясь впечатлениями. Гоб тащился к негласному общему месту сбора, разминая кости и кряхтя, как целая очередь к участковому терапевту. Дон с удовлетворением отметил, что у него все дома и обернулся к нетерпеливо дышащему в ухо Радгару:
– Спрашивай.
– Возьмёшь меня с собой в Утробу?
– Зачем? – вяло поинтересовался манипулятор.
– Надо, – мгновенно и толково объяснил барр.
Он явно обладал авантюристической жилкой, которая чуть ли не ста процентам системы изрядно подпортила мозги. Иначе сидели бы сейчас у себя дома на родной сторонке и не петюкались.
– Как тебе наша первая схватка в команде? – поинтересовался Гнер на подходе к командному пункту.
Учуяв грядущий мужской разбор полётов, Даслана спрыгнула с любимого и посеменила к воссоединяющимся девчонкам.
– После поговорим, – предложил Радгару Дон, махнув рукой в сторону армов.
Он так и торчал на своём КП, задумчиво обозревая громоздящиеся туши грагов.
– Придётся искать вам подруг, – поприветствовал он своих силовиков эпической угрозой.
– Надеюсь, речь о грагах? – опасливо уточнил Гоб.
И попытался заглянуть в прищуренные глаза зловредного стабилизаторишки.
– До ваших подруг мне дела нету, – тотчас успокоил тот бестолковых детишек. – А поголовье грагов нужно постепенно менять.
– Что не так? – мигом напружинился бдительный по поводу и без повода Аэгл.
– Дикая жизнь никого не украшает. Стоит полюбоваться на вас, – ехидно прокомментировал Дон. – А с грагами проблема. Слишком высок процент выбраковки подходящих для системы объектов.
– Будем разводить свиней? – с трудом поборол желание заржать Грассин.
– Понадобится, так будешь! – ядовито пообещал стабилизатор.
– Когда возвращаемся в Утробу? – тотчас вклинился в намечающуюся трёпку Гнер.
– Как только договоримся с местными, – пообещал Дон, исподтишка шпионя за Дайной.
А заодно и за всем девичьим выводком в комплексе – неистребимая привычка. Даслана уже закончила шипеть, повествуя подругам о дурацкой битве с дурацкими кабанами в компании законченных дураков. Что-то замурлыкала, сводя с ума втрескавшегося в неё барона. Тот хмурился и прятал глаза – ушибленному бедолаге явно несладко от свалившегося на голову чувства. Ничего – успокоил сам себя Дон – скоро он познакомится с самой непревзойдённой Лэйрой. А та не станет возиться с его ушибленными мозгами: вывинтит их напрочь за ненадобностью и заменит своей волей. А потом она залезет ему на шею, и тогда мужик успокоится, обманывая самого себя, будто она у него под рукой, а значит, всё в порядке.