В последней фразе промелькнула капелька горечи.
Кажется, верховному баргату не нравилась должность коменданта Лармара — ему и без этого хватало дел. Я знала, что его назначили не так уж и давно. Но не задумывалась о том, что у него не вызывает извращённой радости мучить детей, превращая их в беспрекословное оружие Империи.
К сожалению, эти мысли напомнили мне о моём долге перед братом. И словах Руны.
Баргат ждал отчёта от меня, как от солдата. Он его получит.
— Когда я пробежала первый круг препятствий меня поджидала Гвендалин Янсен и двое других кадетов. Они напали меня с оружием. Я защищалась. Мой крик услышала Руна, — я взмолилась богу, чтобы мои знания о всадниках и драконах не подвели и это сошло за правду. — Если бы не она, вместо пепла кадета нашли бы мои останки.
Правда, приправленная небольшой ложью во благо. Кратко и без лишних нюансов, за которые можно было бы зацепиться. Лютый сейчас бы мною гордился.
Шаян же, не моргая, чуть склонил голову. Это движение было хищным, словно он оценивал качество моего ответа и способен ли тот удовлетворить его в полной мере. И пока он думал, я боялась даже дышать. Почему-то в тот момент мне показалось, что решался аспект его доверия ко мне.
— Значит, ты всё-таки узнала, как зовут твою дракониху, — озвученный ответ баргата спустя несколько томительных минут позволил мне выдохнуть. Но разговор был ещё не закончен, и это явно не всё, что он собирался мне сказать.
— Рунфрид, — кивнула я.
Шаян задумчиво посмотрел куда-то за меня.
— Рунфрид Дей’Кейн, — тише произнёс баргат. — Последняя в своём роде, наследница династии Чёрнозубых драконов Сумрачной равнины, — от упоминания местности, где располагался двор фейри, я похолодела. — Чёрная жемчужина, восставшая из пепла и костей с уникальным даром и сильной магией. Много лет Ше’ру пытались отыскать её, но всё тщетно. Она умело скрывалась сначала в Колыбели всех драконов, затем затерялась на Пустом острове.
Меня вы оба не спросили, хочу ли я сюда, поэтому я не собираюсь плясать под твою дудку, смертная. Я не просто так столько десятилетий скрывалась на Пустом острове… — тут же вспомнила я слова Руны в первый раз, когда она заговорила со мной.
Почему она пряталась от Ше’ру? По личным мотивам, ибо не хотела связывать себя узами или же причина была гораздо серьёзнее? Что скрывала Рунфрид?
Я не знала, что именно сейчас меня волновало больше: эта тайна или то, что мой дракон оказался редким и последним в своём роде, выбравшим меня. Одна мысль о том, что мы с Кайлом смогли отыскать Руну, когда целый отряд во главе с баргатом не смог, наталкивала на смешанные мысли…
Судьба ли это? Или коварный план Кайла? Рунфрид не зря сказала мне не доверять ему.
С кем на самом деле я теперь повязана и кто он, Некмет его побери?
— … а теперь Рунфрид подтвердила узы с тобой, Ребекка, — продолжил баргат, выдёргивая меня из мыслей. — Теперь стоит ожидать проявления твоего дара и вашей парной магии. И либо у вас она будет выдающаяся, либо почти незаметная. Это не сможет предсказать даже сам Валерион Отерис[1]. Но до тех пор, как мы узнаем судьбу твоих дарований и не только, мне придётся преподать тебе урок беспрекословному следованию приказам.
Я сглотнула. Мне не понравился тон, с которым эту фразу произнёс баргат.
— Какие будут указания? — спросила я сиплым, не своим голосом.
Пока я даже боялась задумываться, как скажутся на мне силы связи, узы с драконом и прочие взаимодействия с Ше’ру. Я никогда не планировала будущее, ибо знала, что оно никогда не будет благосклонно ко мне. Сейчас и подавно.
Мой живот заурчал от голода, и я поморщилась. Сейчас бы в столовую…
— Сегодня будешь весь день моей тенью, — сказал наконец баргат. — Следовать туда, куда иду я. И выполнять все мои приказы.
Готова начать хоть сейчас, если его первым приказом будет отправить меня в столовую, к еде!
Мой живот снова заурчал. И в этот раз Шаян явно услышал это.
— Садись за стол, — кивнул он на моё место в углу. Что?! А как же… — И открывай первую книгу. Начнёшь читать про себя и делать записи.
Я чуть было не задохнулась мысленно от возмущения, но вовремя захлопнула рот. Значит, будет проучивать меня измором? За самозащиту и нарушение его приказов?
Мне надо было радоваться, что я всё ещё жива, находясь под его боком. А я могла думать только о том, что пропускаю горячий завтрак.
Нарочито медленно сев, я раскрыла лежащую сверху стопки книгу и чихнула от пыли, попавшей в нос.
— Да наполнит Шаале здравием твой дух, — сухо пробормотал Шаян, уткнувшись в бумаги.
Надувшись, я вернулась к строчкам книги. Ни читать, ни записывать что-либо желания не было. Но также я и не хотел злить Шаяна.
Поэтому я решила сделать вид, что читаю, просто скользя взглядом по строчкам. Да, будь на моём месте Ромус, он бы не упустил возможности углубить свои познания в чём-либо. Нам попались не те роли. Но кто знает, может и правда получится поменять расклад сил?
Для того, чтобы иметь право попросить баргата об услуге я должна стараться. Должна. Даже если думать могу только о завтраке!
Не обращая внимания на урчащий живот, я решила вникнуть в теорию, написанную в историческом фолианте. Теория излагалась сухо, но точно.
Как маневрировали силы, какие стороны сражались. Что было предпринято для победы, как достигли захвата стратегически важных точек. Однако, чем больше я пыталась вникнуть, тем больше начинала путаться в названиях. Географии я просто-напросто не знала. Но упорно пыталась разобраться, листая книгу и кусая губы от собственной глупости в данном вопросе.
Постепенно бумага рядом стала заполняться моими короткими, кривыми пометками. Медленно, но верно я вливалась в написанное.
И за это время я так влилась в чтение, что подпрыгнула на месте, когда в дверь кабинета баргата постучали.
— Входите, — бросил баргат. И я перевела на него взгляд, с удивлением отметив, что он уже давно не сидит за столом, а стоит у окна.
В дверь вошёл кадет с двумя подносами еды. Не обращая внимания на меня, он прошёл во вторую комнату, ведущую из кабинета баргата в гостиную, и поставил подносы на стол. Затем составил с подносов посуду и аккуратно разложил приборы.
Отдав честь баргату, кадет также молча скрылся за дверью. Шаян же повернулся ко мне.
— Время завтрака.
Кажется, у меня точно отвисла челюсть. Я буду есть с ним?!
— Я обычно ела в столовой… — растерявшись, брякнула я, понимая, что уже привыкла к шуму столовой и обществу Алакая.
— Сегодня будешь есть здесь, — тоном, не треплющим пререканий, заявил баргат. — Далее — посмотрим. Иди. Не заставляй меня повторять дважды.
Я покорно поднялась с места, не понимая на что он собирается смотреть. Это часть моей покорности на сегодня?
Сев в кресло из резного красного дуба напротив Шаяна, я почувствовала себя не в своей тарелке. Мужчина, разместившись в своём кресле, взял в руки нож и вилку. На столе стояло в два раза больше еды, которую обычно выдавали кадетам. Баргату явно давали лучшую пищу в академии. И сейчас я могла насладиться и вкусить её, вот только мне кусок в горло уже не лез.
Мой взгляд метнулся от ножа к вилке. Вилкой я есть умела. С вилкой и ножом же…
Ножом я умела только выпускать кишки.
Шаян начал методично нарезать на своей тарелке кусок ароматного мяса. От дурманящего запаха я чуть не подавилась слюной. Живот снова заурчал, пока я медлила и не знала, что делать.
Не есть же руками, как животное?
— В чём дело, шерравет? — уточнил Шаян, не поднимая взгляда. — Не голодна?
Я сглотнула слюну.
— Напротив.
— Что же тебе мешает начать трапезу?
О Шаале! Не говорить же ему, что я не умею есть как леди!
— Думаешь, что я хочу тебя отравить? — вкрадчивым, бархатным голосом неожиданно озвучил баргат. Я удивлённо вылупила глаза на него. С чего он так решил?
Кажется, я таки спросила это вслух, ибо Шаян неожиданно отложил приборы и выудил из кармана своих штанов колбочку с какой-то жидкостью.