— Справку по конференц-звонкам в системах связи.
— Милорд, — произнесла Пэгги Курс.
Она всматривалась в небольшой экран магофона, в двумерное изображение, но явно сразу увидела Изольду. Удачно совпало, подумал Сергей, отгораживая себя двумя щитами, хотя будь он интриганом вроде Дункана или Кристины, то спланировал бы все заранее. Он вкратце передал то, что услышал от дяди, и Пэгги заверила, что приняла меры, намекнула, что в первые годы бегства ей несколько раз приходилось покупать информацию СИБ, не оставляя следов.
— Хорошо, мама, полагаюсь на вас, — сказал Сергей, заканчивая звонок.
А ведь Пэгги тоже верила, что Гамильтон хороший и вообще друг семьи. И Барри верил, несомненно. Узнай они, что Сергей-Гарольд хочет убить Гамильтона, что возьмет верх? Клятва или вера в Гамильтона? Или клятва ему, о которой он ничего не знал, как это случилось с Дэбби. Но не мог же он жениться на них на всех! Клятвы же являлись обоюдоострым оружием, как и любая сторонняя магия, и что теперь, не доверять тем, кто оберегал его и растил шестнадцать лет?
— К приему короля Абдуллы все готово? — спросил он у Гефахрер.
— Да, милорд, в залах расставляют еду и последние артефакты.
Его собственного изготовления, да и прием то был неофициальный. Только король и его ближний круг, не больше сотни человек и еще полутысячи охранников и прислуги. Вот через недельку-другую, когда «дворец будет закончен» предполагался визит всех шейхов и имамов, и прочих опор престола короля Абдуллы. Мобильная база Псов находилась вне дворца и за ним, источник Сергей планировал привязать к Асфодель и перетащить стаю Алихастондра, включая тех гипотетических дракониц, которых ему предстояло обрюхатить.
Попытки сунуть нос в его дела и секреты будут, но у них ничего не выйдет.
Главное, конечно, обсуждение вопросов политики и изменения страны. Псы уже совершили десяток прыжков-вылетов, любители побуянить на границе и внутри страны притихли, но пришли сведения, что османы зашевелились всерьез. Да и вокруг Суэца продолжалось какое-то копошение, хотя пока что канал оставался якобы экстерриториален.
— Скажи, Изольда, кто я для тебя, Гарольд Чоппер или Парри Тук? — спросил он, повернувшись в кресле.
— Я… ми… — Изольда растерялась и покраснела.
Не маг, это точно, не ловушка-бомба, но что тогда? Почему она всплыла именно сейчас? Почему мама Пэгги ее подсунула, сама, из благих побуждений или интрига Гамильтона? Почему Лагранжи не зачистили всех, после того памятного дня бегства семейства Туков-Курсов? За прошедшие два года Изольда чуть располнела, раздалась в области задницы, и немного подросла. Слегка вздернутый носик, очаровательные глаза, чересчур чистая кожа, явно в особняке Чопперов ее начищали и надраивали. Пышное платье придавало ей облик барышни викторианских времен, не хватало только зонтика.
— Вы милорд Гарольд Чоппер, Глава-по…
— Не надо титулов, — махнул рукой Сергей.
Изольда склонила голову, не смея возражать, а Сергей рассматривал ее. Да, она похорошела с точки зрения Парри Тука, более того, та неприступная Изольда, которую он помнил и которой втайне вздыхал, теперь готова была лечь и раздвинуть ноги по первому знаку. С точки зрения Сергея-Гарольда, видал он девушек и красивее, но дело было даже не в этом. Изольда была бесполезна для дела Гамильтона, да и не собирался он брать ее в жены, а прежний план поставить на четвереньки, отыметь и дать пинка оказался нарушен, ведь Лагранжи подарили ее, следуя совету Пэгги и рекомендациям Кристины.
Кристины!
— Ясно, — вздохнул Сергей. — Тебя ждет последний экзамен, сейчас ты окажешься рядом с дочерью короля, Алией. Она покажет тебе движения, через пару часов тебе предстоит станцевать на пиру танец живота. Разумеется, это будет не обычное потрясание бедрами, в танце тебе предстоит раздеться догола, чтобы одни украшения остались. Справишься — останешься, не справишься, что же, кому-то надо и сортиры драить, и Псов обслуживать с их прислугой. Согласна или сразу откажешься?
— Согласна, милорд, — прошептала Изольда.
Вопрос с женой и родством с Абдуллой все еще висел в воздухе, принцесса захудалой страны на востоке не могла идти впереди первых наследниц Священных Родов Британии, там даже дипломатия Кристины не спасла бы, не говоря уже о том, что седьмое и восьмое место были заняты Саннидейлами и Вульфами. В качестве уступки Алия, на правах уже побывавшей «в постели Гарольда», прибыла заранее, якобы проверить, как идет подготовка к визиту короля, а на самом деле притащила еще одну сестру — Анару — крутобедрую и черноокую, и инспектировала чудеса превращален во дворце.
— Милорд? — осторожно спросила Гефахрер, глядя на экран. — Мне уйти?
Алия и Анара вначале рассердились на незваную гостью, но затем согласились обучить ее танцу живота. Раздели догола, нацепили украшения, благо превращальня позволяла и не такое, начали показывать движения, то и дело хватая Изольду руками за груди и бедра, открыто запуская их между ног. Затем, пока Изольда крутила бедрами и пыталась трясти всем телом, Алия что-то шепнула Анаре, и они обе двинулись решительно к «ученице», превращаясь на ходу.
— Когда я был Парри Туком, она даже не смотрела на меня, — задумчиво ответил Сергей.
Тело его все равно испытывало прилив возбуждения, а Парри внутри раздирало от желания самому ворваться и взять Изольду во всех позах и во все отверстия.
— А теперь решила, что это ее шанс запрыгнуть на вершину всего лишь за счет тела.
Анара и Алия стиснули Изольду с двух сторон, зажали между собой и вошли, извиваясь телами, словно продолжали обучение танцу живота. Сергей смотрел, понимая, что ошибся и что такая «терапия» не угомонит Парри внутри.
— Не поверю, милорд, что она вам безразлична, — сказала Гефахрер.
— Как видишь, она и сейчас любит не меня, а богатство и власть, стоящие за мной. Готова прокладывать телом путь к вершине, так как кроме тела у нее ничего и нет.
Не догадываясь, что Сергей мог сотворить любые тела. Судя по тому, как умело Изольда удовлетворяла языком Анару, на дополнительные секс-занятия она ходила, готовилась удовлетворять магов. Алия и Анара перебрасывалась фразами на арабском, натягивали Изольду с явно видимым удовольствием.
— Поставь в мое расписание — занятия арабским, — сказал Сергей Гертруде. — И османским, то есть турецким.
— Занесла, милорд. Что-то еще?
— Да, иди сюда, — Сергей грубо и бесцеремонно подтащил ее к себе.
Одежда его собственного производства мгновенно слетела, Сергей усадил Гертруду на колени и некоторое время просто оглаживал, покусывал за плечи, крутил в пальцах соски. Затем наклонил вперед, сдвинулся и вошел, как во времена операций на ядре Гертруды, сделавших ее такой могучей и привлекательной. Гертруда еще подалась вперед, наклонилась, упираясь руками, словно не желала заслонять ему экран.
Задница ее сильнее стиснула Сергея, он в ответ чуть крепче сжали груди Гефахрер, так ладно ложившиеся в руки. Мысль о превращении ее в Изольду окончательно исчезла, влечение к былой любви прошло и внутри корчились остатки сознания Парри, желавшие умереть. Сергей не стал мешать, наоборот, усилил натиск, смывая Парри и воспоминания чужих жизней времен плена инков прочь, в кровавое озеро.
Пришло время стряхнуть прошлое, чтобы не мешало.
— Милорд, — еле слышно простонала Гертруда, — я подвела вас.
Она задрожала, неконтролируемо сжимаясь внутри, Сергей только сжал крепче и ускорил движения, подражая троице на экране, где продолжалось изнасилование Изольды. Сергей помнил о чувствах к ней, но не испытывал ничего, кроме холодного удовлетворения. Она хотела красивой и богатой жизни? Что же, будет ей, как раз военный визирь Гасан ибн Махмуд немного ему должен, пусть Изольда попробует того, к чему стремилась.
— Все бы так меня подводили, — выдохнул Сергей, ощущая, как его накрывает оргазмом.
Гертруду снова затрясло, но недолго. А Изольду бы просто разорвало выбросом такой энергии, подумал Сергей очистившимся разумом и мысленно дернул щекой. Подумала ли об этом Кристина, когда крутила свою интригу? Словно мало было желающих попасть в ее свиту!