Ведя скутеры рядом, держась за обе ручки руля, мы пробирались по темному коридору с земляными стенами. Временами коридор был слишком узким, чтобы идти бок о бок, тогда я шел впереди, держа скутер одной рукой, а второй — ружье, вдруг нас впереди что поджидает. Но ничего не происходило, было тихо и пусто. Уклон подсказал, что мы находимся под землей и скоро появится выход.
Выход обнаружился внезапно и недалеко от помещения с порталом. Мы наткнулись на дверь и нам пришлось вдвоем приналечь на нее, чтобы открыть. Вскоре влажный ночной воздух ударил в нас. Мы оказались на свободе. Когда закрыли дверь, обнаружили, что она хорошо замаскирована на склоне холма, а деревянная ручка почти незаметна среди кустов и камней, расположенных рядом.
— Отмечу наше местоположение, — сказала Мэри и сделала несколько нажатий на сенсорный экран пульта управления скутером.
— Хорошая идея, а то у меня уже закончились хлебные крошки. — Шутка не прошла. Я занервничал, потому что придется ехать несколько сотен миль на бесколесном скутере и кто знает, захочет ли Карим с нами сотрудничать. Это в том случае, если он все еще в той деревне, а не улетел куда-нибудь.
— Терренс с Лесли вряд ли будут рады нас видеть, — сказала Мэри, усаживаясь верхом на сиденье своего скутера.
— Если понадобится, мы дадим обещание еще раз. — Как-то я уже пообещал ими посадить гибридов на корабль и отправить сюда, но сделать этого мне не удалось. Невыполненное обещание давило на меня наряду со всем остальным, что я сделал и должен был сделать.
Мэри ничего не ответила, только опустила щиток шлема, как будто взятого из игры EVA, обеспечивающего ночное видение и лучшее снабжение кислородом, когда помчимся в ночи. Я тоже опустил забрало и, усевшись на скутер, тут же почувствовал его мощь.
Никогда не любил ездить на мотоциклах и даже на снегоходах, так что принцип был для меня немного чуждым. Когда читал руководство, все казалось простым. Мэри умчалась вперед, а я включил на экране карту, которая показала маршрут до пункта назначения. Тут все управлялось вручную, я завел двигатель. Скутер рванул вперед слишком быстро, я чуть было не слетел с этой штуковины. Через пару минут догнал Мэри, та ехала медленно, дожидаясь меня.
— Ну что, разобрался? — спросила она, ее голос раздался в наушнике моего шлема.
Я показал большой палец и скутер повело в сторону, я чуть было не упал. Чтобы им управлять, мне нужны обе руки.
Как только разогнался до большой скорости и перестал беспокоиться о том, что могу упасть или врезаться во что-нибудь, я начал осматриваться по сторонам. На небе висит большая луна, свет ближайшей звезды подчеркивает линии и кратеры близкого небесного тела. Местность выглядит почти так же, как я запомнил: мох, большие деревья, какие мы видели в тот раз.
Судя по карте, до нужного места нам ехать часа два. Где-то через час пейзаж стал каким-то однообразным, захотелось, чтобы путешествие побыстрее закончилось. Мысли вернулись к предстоящей задаче. Многое должно встать на свои места, чтобы победить бхлат. Да и нужно ли их побеждать? Вот интересно, что будет, если поставить цель поработать с ними, показать им, что мы сильнее, что мы не те, кого можно игнорировать или завоевывать, но что у нас есть сострадание. Поймет ли злобная раса концепцию сострадания и сопереживания? Или война настолько укоренилась в их нутре, что они уже не в состоянии вести переговоры?
База, на которой мы были почти год назад, показала мне другую сторону бхлат. Мы мало что знаем о них, а сведения, которые добыли на той базе, были в основном военными. Но на базе были дети, женщины, ученые, а это значит — не все из бхлат воины. Это хороший знак. А вот что не хорошо, я тогда их всех убил. Я до сих пор их вижу, когда закрываю глаза по ночам. Они смешиваются с краски, изрыгающих зеленую желчь, и дельтра, почти вымерших, когда мы взорвали корабль-носитель.
Все они хотели захватить мой мир, так что пришлось разделаться с ними. Большую часть времени это все еще висело над моей головой, как темная туча.
Словно по сигналу поднялся ветер, в небе появились облака.
— Подожди, — сказала Мэри.
Ветер дул с запада, толкая нас вправо, в то время, как мы направлялись на север. Вот начал покрапывать дождик, затем он усилился, а потом по шлему зарядил ливень, из-за которого видимость стала почти нулевой.
— Что будем делать? — спросил я, изо всех сил стараясь не упасть со скутера.
Мэри остановилась в нескольких ярдах, вывела на экран скутера карту, стала изучать ее.
— Когда увеличиваю изображение, вижу в паре миль к востоку холмы. Давай отправимся туда, поищем, может сможем найти, где спрятаться от ливня. Если это что-то вроде тропического шторма, он не продлится долго.
Я кивнул и последовал за Мэри. Теперь ветер дул нам в спины.
Почва из болотисто-мшистой на вид стала более твердой, холмистой. Через какое-то время мы нашли холм с крутым склоном на восточной стороне и остановились около него. Тут мы были защищены от ветра и большей части ливня, когда чуть не вплотную прижались к склону.
— Думаю, переждем непогоду здесь, — сказал я, вытирая рукой в перчатке забрало. Прибор ночного видения был включен, что дало мне общее представление о простиравшемся перед нами темном болоте. Оно продолжалось насколько хватало глаз. Я попытался выкинуть из головы подальше тот случай, когда неведомое существо затянуло меня под воду. Это когда мы были здесь в прошлый раз. Не хотелось бы повторения подобного, особенно ночью во время шторма.
Мэри слезла со скутера и пошла вдоль склона холма в поисках места, где можно было бы укрыться от натиска дождя. Мне пришлось пробежаться трусцой, чтобы догнать ее.
— Что-то как-то… подожди, а это что такое? — Мэри указала на расщелину между двух холмов. Они были прижаты друг к другу вплотную, но между ними было достаточно места, чтобы пройти даже вдвоем, а на крутых откосах росли деревья под углом, создавая импровизированный навес. — Выглядит неплохо. Всяко лучше, чем стоять рядом с болотом.
Подхватив скутеры с припасами, мы перетащили все это туда. Когда устроились под одним из деревьев, у меня заурчало в животе. С листьев стекали мелкие капли, напоминая о проливном ливне за пределами нашего убежища.
Я отстегнул шлем и отложил его в сторону, потянулся за рюкзаком, когда услышал вой. Мэри застыла, посмотрела на меня, но я поднес палец к губам. В дождливой ночи снова раздался вой, на этот раз ближе.
— Неужели нельзя найти пригодный для жизни мир, в котором не было бы смертоносных хищников? Хотя бы разок? — вздохнул я, и, взяв импульсную винтовку, поднялся.
— Давай будем надеяться, что они далеко, а дождь скоро утихнет, чтобы мы смогли продолжить ехать. — Мэри протянула мне энергетический батончик. — Бери, может пригодиться.
Мы присели спина к спине, наблюдая за обоими выходами из расщелины, положив оружие на колени, и жевали батончики.
— Хочу, чтобы хоть раз что-то у нас прошло без проблем, — сказал я. — Помнишь прежнюю жизнь? Тогда мы жаловались на то, что приходится вставать по утрам и топать на работу. Но в конце дня мы могли расслабиться, посмотреть игру по телику, выпить пива, а то и чего покрепче. Думаю, те времена прошли.
— Никогда ничего подобного не чувствовала. Я служила в ВВС и мне это нравилось. Как там в старой поговорке: выбери себе работу по душе, и тебе не придется работать ни дня в твоей жизни. Вот что я чувствовала. — сказала Мэри.
— А я был бухгалтером, так что возня с бухгалтерскими книгами для мелких предпринимателей не была чем-то, что можно отнести к разряду любимых занятий. Хотя в том, чтобы перебирать простыни и сводить баланс с первой попытки было что-то успокаивающее. Временами оно действовало на меня и вовсе усыпляюще. — Я придвинулся к Мэри поближе, отодвигаясь от капавших прямо на макушку капель. — Скучаешь по тем дням?
— Ага. Мне не хватает графика. Проснуться в пять, сделать перед завтраком зарядку. Но даже несмотря на то, что мы оказались в такой сумасшедшей ситуации, я бы не променяла это ни на что на свете. Я встретила тебя. Мне нужно было встретиться с тобой.