Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Если ты говорила с Евой то, я думаю, речь пойдет о Джии?

Она садится на край стола, вторгаясь в мое личное пространство с уверенностью человека, который не сомневается в том, что его не оттолкнут.

— Ты действительно думаешь жениться на ней ради какого-то идиотского соглашения?

Ее слова полны беспокойства и вопрос повисает в воздухе между нами на несколько долгих мгновений.

— Я не обязан тебе ничего объяснять. Если не хочешь, чтобы я лез в дела Алексея, не лезь в мои.

— Это не бизнес, это безумие, — отвечает она, — с какой стати тебе вообще пришла в голову такая нелепая идея?

— Остынь, ладно, сестренка? Это просто одна из стратегий, которые я рассматриваю.

— Стратегия? — брови Амелии взлетают вверх, и ее пальцы обхватывают край столешницы, — мы говорим о браке. Это не стратегия. И, кроме того, ты когда-нибудь задавался вопросом, какая женщина вообще согласится на такое?

Я смеюсь над этим замечанием.

— Я думал, вы подруги.

— Довольно громкие слова. Она просто была в нашем доме, потому что ее отец работал на нашего отца, но мы никогда не были близки. Я хочу сказать, что любая женщина, которая спокойно соглашается на брак по расчету, заставляет меня усомниться в ее истинных мотивах.

— О чем ты говоришь? Именно ее происхождение делает ее идеальной невестой для меня. Наш союз поможет мне защитить наследие моей семьи.

— Возможно, ты прав. Но какой ценой? — Амелия наклоняется вперед, ее голос мягкий, но настойчивый, — очевидно, что она и ее отец просто жаждут власти. Какая жизнь тебя ждет в браке с такой женщиной? Ты сам знаешь, какой стала Изабелла. Отец женился на ней, потому что не хотел, чтобы мы росли без матери, но, в конце концов, она убила его.

Я делаю паузу, обдумывая ее слова. В моих мыслях мелькает образ Джии, ее задумчивых и проницательных глаз, изгиба ее улыбки.

— Я знаю, ладно? И Джиа совсем не похожа на Изабеллу. Господи… счастье? — я усмехаюсь, потому что это слово чуждо моему языку, — тебе пора повзрослеть. Это роскошь доступна тем из нас, кто не пытается всеми способами сохранить свое наследие.

— О, пожалуйста, перестань уже говорить об этом устаревшем дерьме! Отец не был великим человеком. Он убил множество людей, чтобы получить то, что хотел. Вот и всё!

— И ты думаешь, твой муж или я лучше? — спрашиваю я сквозь стиснутые зубы, сжав руки в кулаки, — вот, кем мы являемся, Амелия. Джиа это понимает. Когда ты перестанешь жить в чертовой сказке и начнешь видеть реальность такой, какая она есть на самом деле?

— Я не наивная, — Амелия отворачивается от меня, мои слова явно попадают в цель, — я знаю, как вам с Алексеем приходилось поступать, но это не говорит о том, что вы не можете выбрать другой путь.

Я поворачиваюсь к окну. Сверкающие огни вечернего города сливаются воедино, и я наливаю себе виски, глядя на то, как последние лучи заходящего солнца отражаются на гранях хрусталя. Пока я обдумываю вопрос, решаю предложить сестре выпить. Она кивает, и я наливаю еще порцию.

— Так и поступил Алексей? Выбрал другой путь? — спрашиваю я у нее. Она не отвечает, но я и так знаю ответ. Какой бы выбор он не сделал, он всё еще совершает поступки, от которых у большинства мужчин волосы на голове встали бы дыбом. И он делает все это во имя семьи и его наследия.

Я поворачиваюсь к ней лицом, подношу ко рту стакан и делаю глоток. Виски согревает меня изнутри. Я не жду, что она ответит на мой вопрос, поэтому продолжаю.

— И, к твоему сведению, вчера я ужинал с Джией, и мы провели вместе потрясающий вечер. Я знаю, ты мне не поверишь, но я думаю, что есть шанс, что между нами возникнет нечто большее, чем просто брак по расчету.

— И ты сделал такой вывод после одного единственного ужина? — Амелия даже не пытается скрыть свой скептицизм по этому поводу, — что вообще можно понять после одного совместного вечера?

Я ставлю стакан с большей силой, чем предполагалось, и звон эхом отражается от стен.

— Она — не просто красивая мордашка, Амелия. В её глазах огонь и неистовая преданность.

— Огонь может обжечь, братишка, — предупреждает Амелия, ее взгляд тверд и непреклонен, — а верность? Кому она на самом деле предана? Тебе? Или она в любом случае будет предана своему отцу? Надеюсь, ты понимаешь, что я здесь только потому, что люблю тебя.

— Я знаю, что любишь, — хотя ее брак с Алексеем казался своего рода предательством, я знаю, что Амелия всё еще очень заботится обо мне, — но сейчас дело касается только моей жизни, и мне приходится принимать решения, которые, я думаю, помогут мне достичь того, что я считаю необходимым.

Она сглатывает и резко вздыхает, прежде чем продолжить.

— Я буду оказывать тебе такое же уважение, как и ты мне. Если ты действительно влюбился в Джию, я поддержу этот союз. Но только если чувства настоящие. Ты заслуживаешь быть с тем, кого любишь, и кто любит тебя в ответ, даже если ты так не думаешь.

Я сжимаю губы в тонкую линию, обдумывая то, о чем собираюсь рассказать сестре.

— Послушай, я не хочу, чтобы ты или Ева думали, что властны над моей жизнью, но я много думал с тех пор, как Ева ушла той ночью. Если быть откровенным, часть меня хотела бы жениться на той, к кому я действительно могу испытывать чувства.

— Черт возьми, неужели мой старший брат начинает здраво мыслить? — задыхаясь спрашивает Амелия, прежде чем сделать глоток виски, а потом морщится от терпкости янтарной жидкости.

— Не пойми меня неправильно, я всё еще планирую жениться на Джии. Но прежде чем мы официально объявим о нашей помолвке, я планирую провести с Джией выходные. Я хочу дать нам шанс, — объясняю я.

— Я не уверена, что всё можно понять всего за один уик-энд, но я действительно надеюсь, что всё это сможет вылиться в настоящую любовь. Я хочу этого для тебя больше, чем ты когда-либо мог себе представить. Если всё получится, то я буду первой, кто поднимет бокал за ваше счастье.

— Спасибо.

— Дай мне одно обещание, — продолжает Амелия, — если в какой-то момент вместе с ней наедине ты поймешь, что не сможешь полюбить ее, ты не станешь тянуть — завершишь это всё и будешь двигаться дальше.

— Я не могу этого гарантировать, — отвечаю я, — но я сделаю всё возможное, чтобы максимально приблизиться к этому.

Амелия закатывает глаза.

— Хорошо, как бы то ни было. Ой, и не порть отношения с Евой. Она хочет для тебя только самого лучшего. Мы все хотим, — добавляет Амелия, допивая остатки виски и ставя стакан на мой стол.

— Я это понимаю, но ей нужно помнить, что мы из разных миров, — твердо заявляю я.

— Я знаю, ее намерения исключительно благие, — отвечает Амелия, — мне лучше вернуться к Николаю. Я уверена, что сейчас он ходит по вестибюлю, словно разъяренный лев в клетке.

— Пока, сестренка, — говорю я, вставая, и обхожу стол, чтобы проводить ее до лифта, — я правда рад, что ты счастлива.

Амелия тепло улыбается, и ее взгляд смягчается.

— Спасибо. И я надеюсь, что ты обретешь такое же счастье, будь то с Джией или с кем-то еще.

Я усмехаюсь над ее замечанием и над ее неспособностью в нужный момент прикусить язык. Обняв Амелию, я наблюдаю, как она входит в лифт, а мгновение спустя он начинает спускаться.

Я остаюсь один и, выдохнув, достаю телефон, и открывая на экране на контакт Евы. Я подумываю позвонить ей, но поскольку оглушающая тишина в комнате усиливает звук моего сердцебиения, я решаю написать сообщение:

Винсент:

Извини, я вышел из себя.

Я нажимаю «Отправить» и мой палец на мгновение задерживается на экране. Меня охватывает смесь облегчения и неуверенности.

Я несколько раз провожу пальцами по экрану, и когда цифры номера Джии появляются передо мной, меня охватывает предвкушение. Я подношу телефон к уху и, когда слышу голос на другом конце провода, изо всех сил стараюсь сохранить голос невозмутимым.

— Привет, Джиа. Это Винсент.

— Винсент? Привет, — в ее голосе звучит удивление, но в тоне чувствуется нотка любопытства, — чем могу быть полезна?

20
{"b":"900014","o":1}