Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Лопарев Игорь

Мастер Зеркал Книга I

Глава 1.1 — Через границу

Пару часов назад я миновал монастырь таоситов, тот самый, где два года назад и началась история моих приключений в этом мире меча и магии. И сейчас я шёл по узенькой тропке, затейливо петляющей между серых скальных обломков и густых приземистых кустов, усыпанных крупными белыми ягодами. Судя по времени, затраченному мною на дорогу, я уже должен был бы быть на территории соседнего баронства Стоуб. А значит, границу я уже пересёк, следуя по этой тропе контрабандистов.

Закон подлости, кстати, действует исправно во всех мирах. Ведь я, по своей простоте душевной, думал, что самая беспокойная часть пути уже позади. Но, как только я расслабился, метрах в двадцати передо мной возник нечёткий силуэт. Силуэт этот терялся в слепивших мне глаза лучах поднимающегося из-за горизонта дневного светила.

— Мил человек, — раздался скрежещущий, неприятный голос, — за проход по нашей тропке заплатить бы надобно.

— И сколько ж вы за проход берёте, добрые люди? — ухо уловило возню в кустах в десятке шагов впереди справа, и какие-то странные звуки доносились чуть сзади, но уже с левой стороны. Я тут же активировал артефакт защитного поля, и, для надёжности, начал гонять по каналам ци, чтобы дополнительно задействовать технику Алмазной Кожи. Но на моём внешнем виде это никак не отразилось. То есть бандиты, остановившие меня, видели перед собой какого-то рохлю, опирающегося на деревянную, не особенно толстую, палку, чуть длиннее полутора метров.

— Плата за проход, — ласково просветил меня этот самозваный таможенник, — все монеты, что у тебя есть, ну и поклажа, вестимо.

— А не жирно вам будет, добрые люди? — да, похоже, опять придётся драться, уныло подумал я, а вслух заботливо продолжил — а то ведь, чего доброго, ряхи ваши трещинами пойдут, не?

— Эх, — притворно-расстроено вздохнул мой собеседник, — а мы же к тебе, мил человек, со всей душой, а ты эвона как.

И тут события резко ускорились. Не успел переговорщик закончить своё выступление, как там, откуда раньше доносилось шуршание и возня, громко хлопнула тетива арбалета, и корявый болт вылетел из кустов. Я даже и не дёрнулся, так как было видно, что этот снаряд мимо пролетит. Криворукий у местных бандитов арбалетчик. Но, как я и предполагал, основная опасность угрожала мне не со стороны горе-стрелка, а сзади. Я почувствовал изменение силовых полей ци и вовремя среагировал. А реакция моя заключалась в том, что я, не оглядываясь, ткнул своей палкой-тростью назад.

Громила, очень тихо выбравшийся из своего схрона на тропинку позади меня, такой пакости от потенциальной жертвы никак не ожидал. А зря. Получив сильнейший тычок в живот, чуть ниже солнечного сплетения, он тихо сложился пополам и упал, уронив в пыль увесистую дубину. Бедняга принял позу эмбриона и натужно захрипел. Но, как выяснилось, времени у меня не было, чтобы отвлекаться на его конвульсии.

Давешний арбалетчик сменил оружие. Теперь он и его косматый компаньон выскочили из кустов и, бодро размахивая длинными ржавыми тесаками, бросились в атаку. Я решил, что нет никакого смысла вступать с ними в рукопашную, и, сделав эффектное отталкивающее движение, смёл обоих бородачей телекинезом с тропы. Им не повезло. Их недолгий, но стремительный полёт завершился тем, что они приложились к поверхности одного из массивных скальных обломков своими дурными головами. После этого они более никаких движений не совершали и лежали смирно.

Небольшой каменный шар, размером с мужской кулак, издавая низкое гудение, словно гигантский шмель, с силой врезался в поверхность защитного поля и бессильно упал на тропу. Видимо, оставшийся бандит хорошо управлялся с пращой. Я похвалил себя за предусмотрительность. Активировал же защитное поле, хотя и были пижонские мысли обойтись без этого. Лишнее доказательство той простой истины, что пижонить не стоит. Целее будешь.

И тут боевое предвидение буквально сорвало меня с места, заставив мою ленивую тушку совершить длинный кувырок вперёд. А там, где я только что стоял, из земли выстрелил пучок тонких каменных шипов, длиной около метра каждый. И не факт, что поле эту атаку выдержало бы. Сюрприз, однако.

Значит, оставшийся член банды, тот самый, который так проникновенно уговаривал меня поделиться с ними своим, нажитым непосильным трудом имуществом, оказался не пращником, а магом. Слабеньким, конечно, но всё-таки магом. Магом земли.

Такого затейника за спиной оставлять не стоило, а потому я сначала обнаружил по завихрениям силовых полей, где он затихарился. А потом наподдал ему телекинезом, с тем расчётом, чтобы он свалился в глубокий овраг, в трёх метрах от края которого и прятался. Я всё рассчитал правильно. Маг-самоучка с криминальными наклонностями описал в утреннем воздухе красивую дугу и упал на каменистый берег ручейка, который журчал семью метрами ниже. Ну, вот, пожалуй, и всё. Кто-то остался цел. Кто-то получил несколько переломов. У кого-то сотрясение. Но, в общем и целом, я обошёлся с грабителями довольно мягко, поскольку добивать не стал. Эх, добрый я. Неоправданно добрый, всё-таки.

Надеюсь, эти ребята, которым я только что преподал урок хороших манер, не будут стремиться к реваншу. В следующий раз я не буду столь милосерден.

Но, это всё разговоры в пользу бедных. Мне надо идти вперёд. Баронский титул меня уже, наверное, заждался, да и вообще, медлить не стоит. Я двинулся я дальше по тропинке, которая неуклонно вела меня к цели. Спускаясь в долину, я начал вспоминать, как всё начиналось, и что произошло со мной с того момента, как я впервые осознал себя в этом мире…

Глава 1.2 — Незнакомый мир. Первые шаги

Я не помню, как оказался в этом монастыре. Иноки утверждали, что в один из тёмных дней, которые следуют за Седмицей Безумных Грёз[1], раздался звук гонга, висящего около монастырских ворот. А я, укутанный в невообразимо грязные и изорванные тряпки, стоял неподвижно перед воротами, бездумно улыбаясь и пуская слюни. Мне тогда было на вид лет пятнадцать-шестнадцать. Братья долго собирались с духом, чтобы открыть мне ворота, потому, что страшно было. Во время тёмных дней по дорогам невозбранно всякая нечисть бродит, немёртвые, полудемоны, духи, воплотившиеся в странных зверей и много чего ещё. Во время тёмных дней для всей этой жути открывается дорога из пустошей в людские земли. Вот и про меня подумали, что обнаглевший умрун в обитель пробраться хочет. Но, всё-таки одну створку опасливо приоткрыли, когда сам настоятель пришёл посмотреть, что за шум.

Да, так вот и себя я тоже не помню. Вся моя предыдущая жизнь, вплоть до того момента, когда настоятель брызнул на меня водой из священного источника Девяти Небес, для меня оставалась пока чистым, незапятнанным листом. А священной водой меня окропили, не просто так. На умрунов, которые, чтобы к намеченной жертве подобраться, живыми притворяются, эта вода действует, что твоя кислота. Шкура умруна сразу идёт пузырями и исходит зловонным зелёным дымом. Так их и распознают. Есть ещё какие-то признаки, но их только лутеры и рыцари Ордена Паладинов Почившего Бога знают.

Иногда, во сне, меня окружают какие-то мутные образы, звучат странные слова, до боли знакомые, но смысл этих слов ускользает, как увёртливый угорь из рук, и они так и остаются для меня загадочным набором звуков. Приходит ощущение, что вот-вот, ещё один намёк, ещё один уточняющий штрих, и я всё вспомню. Но день за днём я просыпаюсь, а на чистом листе моей памяти, по-прежнему нет ни одного знака.

В монастыре меня сначала приняли за юродивого. Их много ходит по дорогам графства. Монахи же их привечают, кормят, относятся к ним снисходительно. Я ни слова по-человечески сказать не мог, только, говорят, сначала я лопотал что-то непонятное, а то и вовсе мычал.

Год я прожил в обители. Братья учили меня говорить, молиться Богам Света и Тьмы. Учили медитации. Это очень важно, ибо воля Богов постигается только через медитацию и занятия боевыми искусствами. И боевым искусствам меня тоже учили. Конечно, год занятий это очень мало. Это первый шаг на бесконечном Пути.

1
{"b":"838144","o":1}