— Не знаю, он так делал! — возмущенно защитился Саня.
— Критикуемый молчит. — Напомнила Воеводина. — Вернемся к нашим пеликанам. Каждое движение должно быть обосновано: почему он дернул головой? Это похоже на попытку что-то поймать или избавиться от дискомфорта. Положение рук и головы должно быть более характерным для пеликана. Руки не растопырены как у чайки, а скорее сложены для ловли рыбы. Голова должна двигаться более плавно и контролируемо. Как сделать пеликана более похожим на себя? Это вопрос ко всем.
Студенты, включая Фехметзянову, молча признавали свою неосведомленность. Воеводина продолжила:
— Что нужно сделать, чтобы сыграть достоверно? Прожить жизнь персонажа. Наш персонаж — пеликан. Нам надо найти мотивацию для каждого действия. Например, что заставило его прижать голову? Зачем он растопырил крылья, ведь уже не жарко. Также нужно связать все действия между собой. Начало: поиск пищи или реакция на что-то (прижимание головы). Середина: попытка поймать рыбу (растопыренные руки, дёргание головой). Финал: глотательное движение с запрокидыванием головы, то есть он что-то заглотнул. Поняли?
Все закивали.
— Что еще можно сделать для пущей достоверности? Это не только к Саше относится, а ко всем. Больше проработать детали, обозначит бэкграунд. Как дышит вой пеликан? Он молодой или старый, усталый или активный? Вживаться в образ животного сложно, вы сами только что убедились. Потому что изобразить животное — не значит раздуть вот такие щеки, чтобы все поняли, что перед ними хомяк, недостаточно выгнуть спину, чтобы все узнали кошку, важно передать ее пластику. Байзак, ты именно что надувал щеки и кривлялся, а не отыгрывал.
— Я понял разницу, — сказал он, потупившись.
Пройдясь по его лошади асфальтоукладчиком правды, Воеводина взялась потрошить Наташину белочку. Претензии были те же, что и к Денису. Непонятно, почему белка дергается, куда она бежит, что делает с семечкой. Белки — очень пугливые зверьки, от этого стоило плясать. Резкие движения — не дерганность, а скорость и осторожность. В конце она похвалила Наташу за то, что она не пыталась надуть щеки, а показала белку максимально правдиво.
Похвалила Воеводина только Людочку, но и тут нашлась ложка дегтя.
Наташа молча мотала на ус, думая, что вслед за вершиной айсберга приоткрылся еще миллиметр. О-о, сколько еще предстоит узнать! Впереди танец и вокал, и сценическая речь — первыми двумя дисциплинами Наташа занималась, но недостаточно долго. Танцами — год, вокалом — несколько месяцев, с логопедом не занималась вообще. Чуяло ее сердце, что даже профессиональным танцовщицам и певицам знаний будет недостаточно.
Освободилась группа только в начале второго. Пустой желудок укоризненно прорычал Наташе, что она балаболка, обманула, не дала беляш, а вот теперь неплохо бы обещание исполнить! Даже кусок торта можно съесть в столовке, она сто процентов должна тут быть. Поработать все равно сегодня не получится.
Наташа поблагодарила мастера, встала, поднимая сумку с косметикой, и ее на место посадило головокружение и цветные мушки перед глазами. Вспомнились пугалки студентов о голодных обмороках. Вот, оказывается, это как! Только Наташе не не на что поесть, ей просто некогда.
Рядом сразу же нарисовался Абоян, спросил взволнованно:
— Тебе плохо?
— Нет. Передозировка информацией.
Бай оттеснил Дениса и протянул руку, она поднялась, опершись на нее, благодарно опустила ресницы.
— Идем в столовку! — предложил Лютиков.
Вот черт, не дадут спокойно поесть, а поесть уже очень надо!
— Идем, — согласилась она.
Все с радостью присоединились к Лютикову, Саматову и ней.
Наташа рассчитывала увидеть унылую рыгаловку с отваливающейся плиткой, где пахнет жареным луком. Да, плитка была ужасной, но на стенах, на квадратных колоннах были изящно оформленные фотографии выпускников, а стены расписаны талантливым юным мастером типа Бори. Если отвернуться от полок с едой, сесть возле вон того раздолбанного пианино, кажется, что в кафе. Единственное, что Наташа угадала — запахи.
При входе висела памятка, как мыть руки, в исполнении Арлекина, тоже нарисованная студентами. Рядом было объявление, что на завтрак студентам по студенческому выдают кашу бесплатно, с 08.00 до 10.00. От умиления аж на слезу пробило. Бывает же что-то бесплатное!
Комплексные обеды: суп, пюре, котлета, квашеная капуста, два куска хлеба плюс компот — стоили тысячу рублей. Тысячу!!! Как два батона. Притом котлета и пюре отдельно стоили тысячу двести. Никого не замечая, капая слюной Наташа ломанулась к раздаточным столикам. Сзади пристроился Бай, остальные подумали-подумали и встали в очередь.
Перемена нескоро, и в столовой было просторно. Заявив, что не хочет есть, Таня вышла ждать на улицу, Белова — вместе с ней. Наташа считала ее эмоции — обиду и дикий голод. У Тани просто не было денег. И Лютиков, и Абоян с Елагиным покупали свои булочки с кефиром за последние средства, им просто не хотелось в глазах Наташи выглядеть нищебродами.
Испытывая чувство вины, Наташа купила творожную запеканку и булочку с маком, чтобы скормить их парням незаметно, сделала заказ, получилась тысяча триста. Бай оттеснил ее, протянул деньги.
— Нет, — отрезала она. — Я в состоянии оплатить себе обед.
О, сколько было обиды, которую Саматов скрыл! Аж неловко стало. Пообедала спокойно, называется.
— Извини, — прошептала она.
— Обижусь! — прищурил Бай и без того узкие глаза.
— А так я обижусь, — парировала Наташа, поймала задорное любопытство раздатчицы — веснушчатой худой женщины лет тридцати пяти, и протянула деньги.
Не хотелось быть обязанной. Как Паша предостерегал ее перед отъездом: кто девушку кормит и поит, тот ее потом танцует. Чтобы выпендриться перед соперниками, Бай набрал себе отбивных, от первого отказался, а зря. Это был довольно вкусный супчик с фрикадельками, даже мясо в них имелось. Раздувание брачующегося голубя — вот что напоминало его поведение.
Наташе было жаль парней, они смотрела на ее котлету с таким вожделением, что она побыстрее ее проглотила, не почувствовав вкуса и насыщения, управилась быстрее Бая. Чувство голода лишь чуть притупилось. Она приговорила бы в том числе булочку и запеканку, но сказала, тяжело выдохнув:
— Уф, объелась! Переоценила себя.
Подвинула к себе тарелку с запеканкой, разрезала ее на три части, потом — булочку, и спросила:
— Кто будет?
Не успела договорить, как куски растащили. Расчет оказался верным. Вопрос, как избавиться от Бая и не нажить врага, остался актуальным. Попивая компот, Наташа стала излучать желание уединиться. Абоян загрустил первым и ретировался. Лютиков так вообще потух, но никуда не ушел. Если Елагина и проняло, он ничем этого не показывал. Только Саматову было по барабану, он фонтанировал остротами, звал всех в гости, чтобы похвастаться жильем, довлел, нависал и жутко надоел Наташе, раздражение стало все чаще прорываться наружу, и пришлось закрыться.
Вот бы уметь не чувства транслировать, а влиять на мозги! Сказал: «Отлипни и не обижайся» — Бай отлип и не обижается.
Из-за ее злости Елагин погрызся с Лютиковым и потом тоже ушел, и остались они втроем. Бай сверлил взглядом Саню, намекая, что он лишний, тот не понимал или понимать отказывался. Наташа заказала компот, чтобы никуда не уходить, парни тоже. Вот здорово было бы, если бы Баю приспичило в туалет, тогда появится шанс сбежать. Но в туалет ушел Лютиков.
Не успел он исчезнуть из виду, как Саматов воспользовался моментом, под столом положил руку на Наташино бедро, провел выше… Ее передернуло от отвращения, она вскочила, отпрыгнула. Чужое чувство стегнуло Бая, он раздул ноздри и прошипел:
— Вот, значит, как? Чем я тебе не такой?
— Мое сердце занято, — ответила Наташа, инстинктивно поглаживая джинсы, словно пытаясь стереть грязь.
— Я его убью, — прорычал Саматов и бросился прочь.
Глава 21
Худой мир
Выбегая из столовой, Бай чуть не пришиб Лютикова, Саня аж к стене прижался. Сел на свое место и спросил: