В «Послушании христианина…» Тиндел повторяет эту же мысль, говоря о том, что папа забывает о проповеди и лишь присваивает себе власть над королями и императорами, изменяет и извращает Божьи законы, делая безгрешным то, что Бог считает грехом, и наоборот; он разрешает там, где Бог связывает, и связывает там, где Бог разрешает[1004]. Английский реформатор вменяет папе в вину самые тяжелейшие грехи, отдаляющие его от Бога и ввергающие в рабство Дьяволу. Не скупясь на эпитеты, Тиндел повсюду называет римского первосвященника Антихристом:
«Даже если окажется, что папа небрежет самим собой, спасением душ собратьев и паствы, делами своими, бессловесен по поводу добра и увлек за собою, служа примером, бесчисленное количество людей в ад, где их будут пытать нескончаемыми муками, все же поберегитесь, чтобы смертный указывал ему на его ошибки здесь, ибо он будет судить всех, никто же его. О, Антихрист! Разве он не Антихрист, не желающий быть осужденным словом Божиим»[1005]?
Английский реформатор не только пытается предупредить своего читателя о преступлениях папы, но и вызвать у него ответную реакцию, которая, как кажется, у любого здравомыслящего христианина должна последовать незамедлительно. Воинственная антикатолическая риторика английского реформатора, постоянно исходившая в адрес римского понтифика, была созвучна многим близким по духу Тинделу европейским мыслителям, особенно Дж. Виклифу и М. Лютеру, имена которых богослов часто упоминает в своих сочинениях. Все три мыслителя называют главу святого престола антихристом и отмечают, что деяния папы противоречат Священному Писанию и идут вразрез с таковыми Иисуса Христа. Приведем пример, достаточно убедительно раскрывающий позицию Лютера по отношению к римскому понтифику:
«А между тем папу, скорее, следует считать врагом Христовым, называемым в Писании “антихристом” Ведь вся его сущность, все его дела и начинания противоречат Христу и лишь разрушают и уничтожают смысл деяний Христовых»[1006].
В отличие от Лютера, Тиндел дает развернутое определение этого неоднозначного библейского концепта. Он считает, что Антихрист — необязательно глава святого престола или вся его курия, это любой проповедник учения, враждебного Христу[1007]. Сам термин «антихрист» употребляется в Священном Писании несколько раз[1008] в значении «враг/противник» Христа и/или христианства, который появится на земле незадолго до второго пришествия Спасителя и принесет людям невиданные бедствия. По мнению же Тиндела, Антихрист всегда пребывал в этом мире, только в разных ипостасях, и был наделен сверхъестественной силой:
«Антихрист существовал всегда, в том числе и во времена ветхозаветных пророков, и Он пребудет до конца света. В каждый новый век Антихрист приходит снова в новом обличье, дабы не быть узнанным. В эпоху Христа роль Антихриста выполняли фарисеи. Нынешние кардиналы и папа являются современными Антихристами. Затем Антихрист примет облик ангела света. То, что мы столько лет не различали Антихристов в наших врагах, означает, что мы смотрели глазами плоти, а не Духа. Действительно, Антихриста трудно распознать, ибо Он тысячелик. Слуги Антихриста скорее готовы сжечь свою паству, чем допустить ее приход ко Христу»[1009].
Джон Виклиф, именуя папу антихристом, как и религиозные реформаторы XVI в., сравнивает его деяния с таковыми Иисуса Христа и не найдя ничего общего между ними, обвиняет правителя святого престола в нарушении закона Бога, стяжательстве, обмирщении и прочих тяжких грехах.
«Авиньонский сиделец, которого некоторые считают папой, а прочие — наместником Христовым на земле, источник всякого нечестия в воинствующей церкви, а если можно так сказать, то и близящийся антихрист, ибо все законы и правила их исполнения исходят из этого гадюшника. Он самолично и в лице своих кардиналов хулит Христа, ибо в жизни Христос себя вел совсем не так, как они: Христос был бедняком, смиренным и послушным Богу-Отцу, а этот сброд живет совсем иначе, ибо пред лицом церкви ее князя задаривают больше прочих. Этот антихрист мнит себя Богом на земле и тщится заграбастать под свою власть всю церковь. Что же касается повиновения закону Божьему, то антихрист оставляет и загрязняет тайно и открыто этот закон, противопоставляя свой закон закону Христову, представляя его так, что якобы Христово учение требует всемирного господства, грязи, богохульственной гордыни и мерзостного антихристова бунта, поскольку того требует верховный наместник Христа, он удерживается при этой мысли со своими учеными богословами и светскими толкователями, из которых едва ли хоть один благ и все они дерзают говорить от лица Господня. Воистину, антихрист обуял западную церковь», — с возмущением писал Дж. Виклиф в «Триалоге»[1010].
Поскольку евангелический доктор заявил о своей антипаписткой позиции на полтора столетия раньше, то можно с полной уверенностью сказать о том, что его учение стало той идейной основой, на которой сформировались религиозно-политические воззрения европейских реформаторов. Как видно из приведенных отрывков виклифских сочинений, для характеристики римского первосвященника и его курии оксфордский теолог использовал аргументы, аналогичные тем, что встречались потом у Лютера и Тиндела. Последний, однако, в отличие от своих коллег, пишет слово «Антихрист» с прописной буквы, вероятно, потому, что подразумевает под ним не только папу, но и любую другую духовную субстанцию, противостоящую Христу. В сочинениях всех указанных мыслителей обнаруживается как идейное, так и лексическое сходство. «Триалог» Дж. Виклифа активно использовался для преподавания в Оксфордском университете. Королевский приказ от 18 июля 1395 г. предписывал докторам богословия изучать книгу и сообщать обо всех содержащихся на ее страницах ошибках канцлеру[1011]. Тиндел, обучавшийся в Оксфорде, наверняка был знаком с сочинением евангелического доктора, однако будет неправильным обвинять английского реформатора в эпигонстве и отсутствии собственного мнения, поскольку подобная близость взглядов объясняется, прежде всего, принадлежностью обоих богословов к единой национальной, а также религиозной культуре конца Средневековья, для которой критика папства была весьма актуальна.
Используя все свое красноречие (хотя английскому реформатору, как полагают многие мыслители, чужда возвышенная богословская риторика), Тиндел пытается донести до читателя полную информацию обо всех злодеяниях папской иерархии. Большое негодование реформатора как человека добропорядочного и ведущего аскетический образ жизни, вызывало откровенное распутство римских пап и его курии, нарушение ими целибата — обета безбрачия[1012]. В «Ответе на Диалог сэра Томаса Мора» Тиндел уделил этой проблеме не меньше внимания, чем переводу и толкованию уже отмеченных ранее библейских концептов. Реформатор с присущей ему резкостью осуждает грех похотливого прелюбодеяния, охвативший большую часть католического духовенства, ведь в Священном Писании сказано, что «всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф., 5:27–28):
«В Голландии каждый священник, если он вручит архидьякону гульден, может брать себе блудницу и распутничать с нею досыта, ища наслаждений, а если этой ему мало, то может брать и вторую, как это делается в Уэльсе, Ирландии, Шотландии, Франции, Испании. И в Англии есть немало тех, кто обладает разрешением на блудниц, некоторые имеют его (разрешение — Т.Ч.) от самого папы, некоторые — от его подручных. И когда приходы восстают против распутства и пробуют выгнать ихних блудниц, тогда являются епископские слуги, высмеивают народ, обирают, опускают его, а священники распутничают по-прежнему. В этом они были укоряемы и в проповедях Джона Виклифа. С тех пор наши английские священники раскинули сети и на мужниных жен, желая усладить себя, держась не всегда в тайне. Все христиане в том, что они сделали плохо, раскаиваются, стоит лишь им указать на их грехи. Священники же не умеют раскаиваться, зато с жаром и рвением преследуют Писание, в котором их укоряют, и тех, кто побуждает их исправиться, объявляя последних еретиками и сжигая их. Тысячею дел отстает папа от веры Христовой»[1013].
