Ну и финалом о танках вообще. — Алексей обвёл взглядом собравшихся. — Из чего вообще исходят танкисты, накапливая бронированные боевые машины в огромных количествах на площадках хранения, и подстёгивая выпуск новых? Не секрет, что программы разработки сверхмощных бомб на делящихся материалах существовали в Германии, и продолжаются в США, и любая танковая колонна, только перешедшая границу, будет уничтожена этим оружием, и превращена в кучу обгорелого радиоактивного железа, со сгоревшими танкистами внутри. И какой смысл вообще в танковых клиньях, учитывая, что любая война начнётся с обмена ядерными ударами? Зачем нам вообще захватывать территорию, загаженную на многие года? Танки как стратегическое оружие прорыва, к сожалению, утратили свою функцию, и теперь скорее превратились в высокоподвижные огневые точки, а не средство прорыва, так как кумулятивный снаряд пробивает любую броню. Мне кажется, что будущее за среднеразмерными основными боевыми машинами, с пушкой калибра сто — сто пятьдесят миллиметров, с автоматом заряжания, максимально разгружающего экипаж, и динамической бронезащитой на основе металло-гексогеновых пластин. — Алексей повернулся к Жукову. — Я закончил.
— Ах ты, щенок х%ев! — Генерал Федоренко, уже расписавший все «плюшки» от такого проекта, и даже часть потратив, выскочил со своего места и буквально полетел к Алексею, замахиваясь для удара, но к удивлению, всех присутствующих Алексей, лишь увернулся пару раз от кулаков, и просто оттолкнул генерала двумя руками, а тут подоспели другие генералы, и зажали Якова Николаевича.
— Товарищ маршал Советского Союза? — Алексей повернулся к Жукову с вопросом в глазах, мол «А что это такое сейчас было?» и едва сдерживающий себя нарком встал.
— Товарищ генерал-лейтенант Федоренко. — Грохнул он так что все замерли. — Жду вашего рапо́рта сегодняшним числом, через час. Потрудитесь сдать удостоверение и покинуть наркомат. Дела сдадите через строевое управление.
К удивлению Алексея, в целом настроение военного сообщества было на его стороне. Он не стал вступать в рукопашную, в которой наверняка победил бы, да и вопросы его били проект не в бровь, а в глаз, поэтому Федоренко, убранного в отставку никто не жалел. Ну придумал же такое учинить перед Жуковым! Стыд и позор! Вместо того чтобы профессионально и с цифрами разгромить молодого генерала, так потерять человеческий облик…
Зато следом грохнуло постановление СНК о передаче уже устаревших танков с площадок хранения на предприятия для переделки в сельхозтехнику, о сокращении плана по выпуску танков втрое, и передачу освобождающихся мощностей под выпуск техники общехозяйственного назначения. И этим сразу решился вопрос о дополнительном конвейере для полноприводного грузовика Mercedes-Benz L 4500 с модернизированным двигателем в 150 лошадиных сил, уже собираемого на заводе в Миассе, на американских станках и получившего название «Урал».
Вообще, в этой истории, в Союз вывезли в разы меньше заводов чем в другой, потому как не было никакой необходимости. Германия занята вся и, если что нужно, это просто вносилось в список и очень часто, вычёркивалось оттуда, так как станки и оборудование поступавшее из США, Британии и других стран часто были лучше, а изделия, передаваемые с лицензиями и техкартами, удобнее в освоении.
Но внезапная проблема весьма сильно отравляла существование многих инженерных и конструкторских коллективов. Американские, немецкие и японские моторы, были в разы лучше советских, машины мощнее, легче и намного более надёжные, опережая технику СССР на одно — два поколения. И это стало одной из проблем которые предстояло решить Алексею на новом месте заместителя председателя СНК, и решил он её вполне в духе двадцать первого века, не посылкой на стажировку советских инженеров, а наоборот, создания в СССР инженерных центров, под руководством известных западных конструкторов, занимающихся решением не самых важных но вполне практических задач, как например облик нового городского такси, или сверхэкономичного двигателя для почтово-пассажирского самолёта местных линий, с предполагаемой дальностью полёта в две тысячи километров и возможностью посадки везде.
Таких инженерных центров создали поначалу всего три. Автомобильный, авиационный, и двигательный, но внезапно наркомы попросили такой же электротехнический, железнодорожный и автодорожный, что и было проделано быстро и слажено, сформировав вполне приличный инжиниринговый центр в подмосковном Реутово.
Как ни странно, но вторичных вопросов к новому зампреду СНК, возникало немного. Его биография и репутация отработали на все сто, сформировав образ человека слегка отмороженного, независимого и способного устроить скандал вне зависимости от авторитета и должности человека, что загодя избавляло его от массы проблем, так как с ним просто предпочитали не связываться, и всякие ушлые деятели вообще обходили его сотой дорогой.
Зато Ротшильды и Морганы, считали себя королями, сделавшими верную ставку, совершено забыв, что именно они были выбраны.
Но также, назначение Алексея поторопило Геральдический Комитет Британской Монархии, и в один прекрасный день, посол Великобритании в СССР сэр Арчибальд Кларк Керр, запросил приём у наркома индел Молотова, и конечно был незамедлительно принят им, в самой радушной форме. Сотрудничество с Британией развивалось вполне успешно, никакого «железного занавеса» не значилось даже в проекте, в силу отсутствия оккупации европейских стран, кроме Германии, а что, кое-то лишился земель… пусть побеждённый платит[25]!
Британский посол сэр Арчибальд прибыл в Народный комиссариат иностранных дел точно к назначенному времени. Его визиты давно перестали быть событием сколь-нибудь заметным, так как советско-британская торговля быстро расширялась, количество совместных промышленных проектов росло, и посольство едва успевало обрабатывать запросы лондонских предпринимателей. Однако на этот раз посол специально оговорил, что желает обсудить вопрос особого характера, имеющий отношение к британской короне.
Молотов встретил его радушно, предложил чай и, когда были закончены обычные протокольные телодвижения, поинтересовался причиной визита.
— Вячеслав Михайлович, — Британский дипломат говорил с легчайшим и чуть заметным акцентом. — Я привёз предложение, которое Его Величество король Георг Шестой хотел бы передать вашему правительству прежде, чем оно получит официальный характер. — Посол достал из портфеля тёмно-синюю папку с золотым королевским гербом и положил на стол. — Речь идёт о генерал-лейтенанте Алексее Ивановиче Штурмине, которого, как вам известно, по рождению зовут Александр Генри Эшбернем.
Молотов чуть приподнял бровь.
— Продолжайте, сэр Арчибальд, я внимательно слушаю.
— Его Величество очень подробно ознакомился с обстоятельствами происхождения генерала, представленными членами семьи Эшбернем. Генеалогические документы и документы расследования, проведённого органами НКВД, изучены специалистами Геральдической коллегии, и никаких сомнений в подлинности родства не осталось. Александр Генри действительно является законным представителем той ветви семьи, которую леди Виктория Эшбернем считала утраченной.
— Но насколько я знаю, товарищ Штурмин не претендует ни на какие наследственные права в Великобритании, — заметил Молотов.
— Совершенно верно. — Согласился посол. — И это обстоятельство делает его поведение ещё более достойным уважения. Однако король полагает, что происхождение человека нельзя считать недействительным только потому, что обстоятельства его жизни сложились необычным образом.
Посол открыл папку и достал плотный лист бумаги.
— В 1924 году, после смерти шестого графа Эшбернем, родовые титулы прекратили существование и Его Величество принял решение создать новое наследственное графство под прежним именем и пожаловать его Александру Генри Эшбернему. Полный титул будет звучать: граф Эшбернем, из Эшбернема в графстве Сассекс. — Наименование титула он произнёс на английском языке — Earl of Ashburnham.
