— Я не хочу создавать никакого гребаного настроения под это видео, — огрызнулся я. — Более того, я вообще никогда не хочу его пересматривать.

— Коне-е-ечно, не хочешь, — согласился Сет и ободряюще сжал мои пальцы. — А когда не будешь смотреть, оно вовсе не окажется со вкусом смонтировано под упомянутый саундтрек. И я не пририсую рог, чтобы ради тебя все выглядело достовернее. И уж точно не добавлю на задний план зеленые холмы, а тебе на волосы цветочную корону по очевидным причинам.

— Мне ничего этого не нужно, — твердо сказал я и прищурился. — Послушай меня, Сет. Не делай из записи странное фетишистское порно с Пегасом. Только этого мне не хватало — чтобы оно утекло в сеть и проклятая мельница слухов запустилась заново.

— Да, нет, разумеется. Я защищу эту хрень паролем. Не волнуйся, я все устрою.

Тори расхохоталась. Я выпустил руку Сета, молнией обогнул ее и зарычал прямо в лицо.

— Ты понимаешь, что все это по твоей вине? — обвинил я.

Дариус зарычал и шагнул вперед, будто собирался встать между нами, но Тори толкнула его ладонью в грудь и закатила глаза.

— Понимаю, Калеб, — жизнерадостно согласилась она. — Я смеюсь, потому что с каждой минутой становится только смешнее, и чертовски собой горжусь.

Я оскалился. На этот раз Дариус все же встал между нами, снова зарычал, и между зубами потянулся дым.

— Погодите. — Тори обвила пальцами его запястье, отвлекая от рычащей драконьей хрени, и указала на дверь справа. — Раньше ее здесь не было.

— О-о-о, смотрите, — проворковал Сет, поспешил к двери и провел пальцами по вырезанной на ней рождественской елке. Под деревом стояла рогатая фигура с грубыми очертаниями без каких-либо деталей, но от одного взгляда на нее по моей спине пробежал холодок.

— Разве одним из украшений не был Крампус? — спросил Дариус, склонив голову и разглядывая дверь.

— Чур, мой! — восторженно крикнул Сет, распахнул дверь и бросился внутрь прежде, чем кто-нибудь успел его остановить.

Мы рванули следом. Я ворвался в темный проход и первым нагнал Сета.

— Что это за место? — спросил я, оглядывая кирпичные стены, красноватый цвет которых покрывали пятна черной сажи.

— Пахнет дымом, — заметила Тори. В следующее мгновение дверь за нами захлопнулась и погрузила нас во тьму.

Сет тревожно тявкнул, когда впереди открылся дальний конец прохода. Вторая дверь стояла распахнутой. Оранжевый свет из комнаты за ней обрисовывал силуэт фигуры в плаще с закрученными рогами.

Дверь захлопнулась, вокруг воцарилась полная темнота, и Дариус создал над нашими головами свет фейри, освещая проход.

Из мрака донесся звон колокольчиков, словно приглашая следовать за ними.

Мы вместе бросились к концу коридора и распахнули дверь, но обнаружили впереди еще одну. Теперь Крампус маячил в новом проеме.

Мы снова кинулись в погоню, однако он двигался слишком быстро. Двери открывались и закрывались, а мы не приближались ни на дюйм.

— Давай, — подбодрил я. Сет запрыгнул мне на спину, чтобы я мог помчаться за духом на полной скорости.

Я распахивал одну дверь за другой, оставляя Тори и Дариуса далеко позади, пока наконец не влетел в комнату чуть больше кладовки. Я затормозил в последний миг, не позволив нам врезаться в стену, и дверь за спиной мгновенно захлопнулась.

— Черт, — выругался я. Сет спрыгнул, а я развернулся и потянул дверь, но она растворилась на глазах, оставив после себя глухую кирпичную стену.

Из ладони хлынула магия земли, и я ударил ею по кирпичам. Но стена казалась какой-то пустотой. Моя сила не могла ни почувствовать ее, ни найти способ разрушить.

— Мы в ловушке, — сказал я, оборачиваясь к Сету, который пытался применить магию земли к противоположной стене.

Сквозь кирпичи донеслись крики Дариуса. Он звал нас по именам, и я ответил, поняв, что они должны находиться совсем близко.

— Мы заперты! — крикнул я.

— По-моему, это какая-то головоломка, — отозвалась Тори. — Оставайтесь на месте, а мы разберемся, как ее открыть.

— Хорошо, — согласился я, хотя внутри гудело раздражение. Еще раз ударил кулаком по стене и резко повернулся к Сету. — Просто прекрасно. Именно так я и мечтал провести канун Рождества.

— Ты напряжен, — заметил Сет.

— Неужели? — проворчал я и достал Атлас, чтобы снова попытаться уладить ущерб. Но Сет выхватил устройство прежде, чем я успел его разблокировать.

— Я тоже напряжен, — сказал он с печальным поскуливанием. Я вздохнул и взял его за руку.

— Знаю. Мне жаль, что браслет пропал. Мы его вернем. — Я поднял ладонь Сета и поцеловал голое запястье, где прежде лежал браслет. Он раздосадованно фыркнул.

— Нам обоим нужно как-то избавиться от напряжения.

— Торчать в закопченном кирпичном кубе не особенно весело, — согласился я и обвиняюще уставился на ближайшую стену.

Сет взял меня за подбородок и осторожно вернул внимание к себе, а затем отпустил.

— Посмотри. — Когда наши взгляды встретились, он указал на потолок.

Я запрокинул голову и выгнул бровь, заметив прямо над нами веточку омелы.

— Не уверен, что сейчас подходящее время…

Сет поцеловал меня прежде, чем возражение успело прозвучать хоть сколько-нибудь убедительно. Он украл протест прямо с моего языка. Я разомкнул губы и застонал ему в рот.

Его руки переместились к моей рубашке и принялись расстегивать пуговицы одну за другой. Прикосновения костяшек к груди заставили член затвердеть.

— У нас может быть мало времени, — прорычал я ему в губы и почувствовал его улыбку, потому что это не было отказом.

— Я умею быстро, — согласился Сет, распахнул рубашку и прижался губами к моему горлу.

Сердце забилось чаще, пока он целовал шею. Я схватил его рождественский свитер сзади и стянул через голову.

Позволил одежде упасть на пол, сжал волосы Сета, вернул его рот к своему и снова поцеловал.

Клыки выдвинулись. Я толкнул его назад, впечатал в стену и дернул голову в сторону, открывая пульсирующую вену на горле.

Сет выругался. Его ладони заскользили по моей груди, но я отбросил их, потому что хотел сперва напиться и жаждал опьянения, которое дарила его кровь.

Я прижал рот к горлу, вонзил зубы в кожу и одновременно просунул руку под пояс его брюк.

Он уже стоял так же твердо, как я. Прекрасный член был толстым и пульсировал в моей руке, а головку венчала капля смазки.

Я жадно глотал кровь, которая хлынула на язык, и большим пальцем размазал влагу по головке его члена. Затем начал двигать рукой вверх и вниз именно так, как ему нравилось.

Сет застонал в моем кулаке. Прилив его крови приводил меня в безумие, и я пил глубже, зная, как он любит момент, когда потеря крови ударяет в голову, а головокружение настигает одновременно с оргазмом.

Я глотал все больше и двигал рукой быстрее. Он мертвой хваткой вцепился в мои плечи, задыхаясь, повторяя мое имя и умоляя позволить кончить.

Я довел его дальше, выпил еще, полностью подчинил себе, трахая рукой и наслаждаясь тем, как тело напряглось за миг до того, как он с хриплым криком моего имени излился.

Пока оргазм проходил, я нежно гладил его член, желая забрать каждую каплю и наслаждаясь напоминанием, что Сет принадлежал мне во всех смыслах.

Он тяжело привалился к стене. Я вытащил клыки из горла, выпустил член и поднес пальцы ко рту, слизывая с них капли спермы.

Из-за стены доносились приглушенные крики, но я видел только моего Волка.

— Теперь твоя очередь, — прорычал Сет, отдышавшись.

Он натянул брюки и кинулся на меня, толкая к противоположной стене. Его губы жадно впились в мои, пробуя на них вкус собственного удовольствия и крови.

Я застонал, когда он расстегнул мои брюки, а пальцы скользнули по члену, который дернулся от желания.

Мои руки путались в его волосах, гладили грудь, сжимали челюсть. Я не мог решить, где больше всего хочу к нему прикасаться, но точно знал, где хотел ощутить его прикосновение.

— На колени, — прорычал я. Это было одновременно приказом и мольбой.