Хочется встать, найти эту Вику, взять её за шиворот и объяснить, но нельзя, потому что она девочка, мать её, студентка, и если я хоть пальцем её трону, то всё, занавес.

А Пончик, молодец, поставила эту Белову на место.

Пришёл к ней, когда уже всё закончилось, герой, блин. Пытался как-то поддержать, а потом она сказала: «Мне всё равно и плевать, что они думают».

Что это значит? Я ей нравлюсь?

Глава 13

Они договорились, никаких встреч у оранжерей. Только людные места и работа.

Договорились и тут же нарушили, работать вместе приходилось каждый день, а работать вместе и не смотреть друг на друга оказалось задачей из разряда «не думай о белом слоне».

Первый звоночек случился во вторник.

Анна вела обзорную лекцию по финансовому праву у курсисток. В аудитории был полный курс, все с умными лицами, она стояла у доски и объясняла разницу между уставным капиталом, и добавочным, получалось плохо. В третьем ряду у окна сидела Катя Савельева, мужик в юбке, который смотрел на неё с таким лицом, будто она читала не лекцию, а стихи.

Анна сначала сбилась на середине предложения, поймала себя на том, что смотрит на Катю вместо того, чтобы смотреть в конспект.

Выдохнув, она сказала.

— Давайте прервёмся на кофе.

Девушки зашумели, поднялись, кто-то вышел, дверь аудитории скрипнула в очередной раз, Анна обернулась, Катя стояла у стола с чашкой кофе в руке.

— Анна Сергеевна, — сказала она ровно. — Кофе.

Аудитория затихла, одиннадцать девушек одновременно подняли головы.

— Зачем?

— Ну вы же сказали перерыв на кофе, вот кофе.

Аудитория притихла и внимательно наблюдала за ними.

— Спасибо, — сказала Анна, голос прозвучал ровно, почти. — Поставьте на стол.

Катя поставила и прошла на своё место, как будто ничего не произошло и она каждый день носит преподавателям кофе.

— Ого, — сказала Настя с заднего ряда. — Катя такая заботливая.

— Она просто внимательная, — сказала Анна. — Продолжаем.

Взяв чашку, Анна отпила, кофе был тот самый, с корицей, без сахара, который она любила. Никому не говорила, какой любит, но Костя как-то узнал.

Поставив чашку обратно, вернулась к доске и весь остаток лекции чувствовала, как много пар глаз смотрят на эту чашку.

#

Звоночки множились.

Было холодно, резко, по-осеннему. Анна вышла из главного корпуса в одном платье, потому что утром было тепло, а к обеду подул ветер. Она шла через внутренний двор и прижимала к себе папку с целью сохранить тепло, что было совершенно бесполезно.

Навстречу шла Катя, они поравнялись.

— Анна Сергеевна, — сказала Катя.

— Катя.

— Вы замёрзли.

— Я не замёрзла.

— Вы синяя.

— Это цвет платья.

Катя молча сняла куртку и протянула ей, Анна посмотрела на куртку и окна главного корпуса, где в некоторых окнах стояли студентки и смотрели.

— Катя, — сказала она тихо. — Не надо.

— Надо, — сказала Катя. — Вы простудитесь.

— Катя.

— Анна Сергеевна.

Они стояли друг напротив друга, ветер трепал платье Анны и рубашку Кати. Из окон смотрели девушки, Анна взяла куртку.

— Спасибо, — сказала она.

— Не за что, — сказала Катя и пошла дальше в одной рубашке, как будто ей было всё равно, и она вообще не чувствовала холода. Мужик, которому не привыкать.

Куртка пахла им, не духами и не «Катей».

Анна застегнула молнию и пошла в корпус, и весь день ловила на себе взгляды.

#

Третий звоночек случился в пятницу.

Анна и Катя работали в кабинете Анны. Официально над планом юбилейных мероприятий, на самом деле, над списками курсисток, которых нужно было проверить. Дверь была открыта, горел свет, и всё было чинно и благородно.

Катя сидела за столом напротив Анны и что-то писала в блокноте, Анна читала документы, вокруг стояла рабочая тишина.

Потом Катя подняла голову и сказала

— Пончик, ты знаешь, что у тебя волосы растрепались?

Анна перестала писать, ручка застыла над бумагой, она медленно подняла глаза.

— Что ты сказала?

Катя поняла, что ляпнула не подумав.

— Я сказала... — она сглотнула, — ...Анна Сергеевна, у вас волосы растрепались.

— А до этого?

— До этого?

— Да. До этого. Что ты сказала до этого?

В коридоре кто-то прошёл, шаги удалялись. Катя смотрела на Анну.

— Я сказала... — Катя помедлила. — Я сказала «Пончик».

— Ты сказала «Пончик».

— Да.

— В кабинете, где нас могут услышать.

— Да.

Анна закрыла глаза, досчитала до десяти, открыла, не помогло.

— Катя, — сказала она ровно. — Ты понимаешь, что если кто-то это услышал...

— Я понимаю.

— Тогда почему?

— Потому что ты Пончик, — сказала она тихо. — И я не могу это исправить, даже если очень стараюсь.

Анна смотрела на неё, вздохнув, встала и закрыла дверь.

— Что ты делаешь? — спросила Катя.

— Закрываю дверь, — сказала Анна. — Чтобы в следующий раз, когда ты назовёшь меня Пончиком, Принцесса, нас никто не услышал.

Она вернулась за стол.

— Продолжаем, — сказала она.

— Продолжаем, — согласилась Катя.

#

А Вика всё это видела.

Вике рассказали про кофе, она видела куртку и, как закрылась дверь кабинета, сидела в коридоре на подоконнике с учебником, который не читала, и записывала всё в блокнот.

Захлопнув блокнот, посмотрела на закрытую дверь кабинета.

— Я вас застукаю, — сказала Вика тихо. — Я вас обязательно застукаю.

Встав, пошла в апартаменты, по дороге думала, что нужно сделать в следующий раз. Может, подслушать под дверью или притвориться, что забыла что-то в кабинете, и войти без стука?

Она ещё не знала, в этот самый момент в кабинете Анна Сергеевна и Катя Савельева сидели за одним столом и обсуждали, как поймать убийцу, и до окончания курсов оставалось меньше двух недель.

#

За эти две недели Анна поняла: она влюбляется, точнее, влюбилась по уши. Да, она злилась на него за враньё, но при этом сама же и оправдывала, он же оперативник у него приказ. Душа рвалась к нему, а мозг ехидно спрашивал: «А если опять обманет и прикроется приказом?»

Она не хотела, сопротивлялась и говорила себе: «Он оперативник. Он врёт и притворяется».

Но он был тот именно тот, наглый и при этом внимательный.

Приносил ей кофе, замечал, когда она устала.

Однажды они сидели в его комнате и разбирали документы. Да, сначала пришлось изображать коллективные посиделки в гостиной с Настей и другими девушками, Вика бдит, но потом Настя сказала, что ей надо что-то там почитать, и все разошлись, а Анна незаметно осталась в комнате Кати.

Скоро уже выпускной и курсистки разъедутся, а они так ничего и не нашли.

Анна устала, положила голову на стол и закрыла глаза.

— Пончик, — услышала она.

— Не называй меня так, — пробормотала она.

— Хорошо, Анна Сергеевна.

Она открыла глаза и посмотрела на него, он не улыбался.

— Я тебя не простила, у нас дело, совместное, не более того — сказала она.

— Я понял, — сказал он. — Просто... ты красивая.

Анна подумала, что не так поняла, и переспросила.

— Что?

— Ты красивая, — повторил он. — Когда не злишься.

— Ты... — начала она.

— Я знаю, — перебил он. — Я не должен, ты не должна. Но я...

Он замолчал.

— Что? — спросила Анна тихо.

— Не могу перестать думать о тебе, — сказал он. — Пытался, но не могу.

Анна смотрела на него и чувствовала, как что-то внутри неё ломается, то, что она так долго строила.

— Ты врёшь, — сказала она тихо — Я тебе не верю.

Он встал и подошёл к ней.

— Не хочу тебя пугать, — сказал он.

— А что ты хочешь?

— Хочу... Я хочу быть рядом, всегда.

Анна смотрела на него и не могла сказать «нет».

— Ладно, — сказала она. — Будь рядом.

Он улыбнулся своей наглой улыбкой.

— Всегда, Пончик.