Рекомендация: Самое время сказать что-нибудь тёплое. Или, что более в вашем стиле, обсудить логистику поставки кормов. Мы ставим на логистику.

Я просто отмахнулся от сообщения, как от назойливой мухи, и снова посмотрел на Алису. Она уже вернула себе маску лёгкой иронии, но в глазах всё ещё теплилось то странное, почти детское доверие.

Внизу, у гранитного парапета, деловито чирикали воробьи, купаясь в пыли. Над водой кругами ходила чайка.

Я расстегнул куртку и посмотрел на солнечные блики, танцующие на поверхности Москвы-реки. Ну, раз уж мы всё равно собираемся передохнуть в парке после юридической кутерьмы… то почему бы и не выпустить зверьё?

Демонстративно провёл рукой над бутафорским перстнем. Три коротких вспышки белого света, и пространство заполнилось вознёй.

Первым материализовался Зефир и сразу же выдал серию восторженных тявканий. Прохожие начали оборачиваться.

Следом возник Лис. Уши навострились, улавливая тысячи новых звуков: гул машин, крики чаек, шелест листвы, разговоры незнакомых людей.

Последним появился Коша. Он тут же прижал крылья к бокам и испуганно заозирался, втягивая носом перенасыщенный городской воздух. Для него этот коктейль из выхлопных газов, парфюма и запаха жареных чебуреков из ближайшего киоска оказался сродни газовой атаке. Котёнок поднял мордаху ко мне и возмущённо спросил:

— Мя-а-а-у-у-у?

Эдгар на плече Алисы каркнул, расправляя крылья. По его виду было ясно: ворон крайне недоволен тем, что теперь он не единственный питомец на нашей прогулке.

— Ну всё, банда, добро пожаловать в реальный мир, — сообщил я, присаживаясь на корточки.

Положил ладонь на голову Коши, чувствуя под пальцами мягкий мех и лёгкую дрожь котёнка. Одновременно с этим послал ему мощный импульс спокойствия и защиты. «Я рядом, маленький. Всё в порядке. Просто смотри и слушай».

Мантикор прикрыл глаза, доверчиво ткнулся лбом в мою ладонь и выдохнул, расслабляя напряжённые мышцы.

— Нужно привыкать, — сказал я уже вслух. — Город, люди, новые запахи… Если будешь видеть мир только по телевизору, то вырастешь невротиком. А я не хочу, чтобы ты забирался на дерево от вида проезжающего мимо автобуса.

Дзынь! Запущена программа «Городские джунгли: Уровень Новичок».

Цель: Не дать Зефиру слизать всю косметику с прохожих, а Коше — случайно аннигилировать чьи-нибудь амулеты от испуга.

Бонус: Повышение уровня стрессоустойчивости питомцев и +10% к вашему терпению (которое вам сейчас очень понадобится).

Лучше бы это был настоящий квест, с наградой, а не очередные хиханьки-хаханьки. Сделал ещё жест рукой. В воздухе вспыхнула лазурная искра. Блёстка сразу же затрепетала крылышками с золотистыми краями.

«Патрулируй периметр, высматривай подозрительных людей и животных. Докладывай мгновенно», — приказал я.

Колибри ответила резким свистом и, превратившись в размытую полоску, ушла вверх, растворившись в солнечном небе. Мы продолжили путь вдоль набережной, но теперь это была не прогулка, а плановый захват улицы одичавшим цирком.

Зефир то метался между нами, то пытался запрыгнуть на спину Коше, то с энтузиазмом обнюхивал ботинки случайных прохожих. Люди реагировали по-разному: кто-то с умилением пытался погладить пятнистого проказника, кто-то с подозрением косился или шарахался от его слюнявой пасти.

Лис перемещался стремительными рывками. Время от времени он приподнимал заднюю лапу и метил территорию, заявляя всему миру, что здесь теперь проходит маршрут очень важного фенека.

Коша держался поближе ко мне. Через ментальную связь я то и дело получал от него ворчливые сигналы: «Слишком шумно… Слишком много странных запахов… Что это за огромная, вонючая стальная гора, которая так громко рычит и заставляет землю дрожать под круглыми лапами? Хочу домой! Спать в своей коробке с пледом!»

Какой-то мужчина в дорогом костюме, уткнувшийся в «Рунофон», слишком поздно заметил котёнка с крыльями и скорпионьим хвостом. Вздрогнул и отпрянул, чуть не уронив телефон.

— Тьфу! Это что за кошмар⁈ — рявкнул он. — Намордник на своего кота надень, парень! И жало замотай к чертям!

Коша в ответ зашипел и выпустил когти, отчего мужчина мгновенно замолчал и ускорил шаг.

— Знаешь, — я глянул на Алису, — если нас остановит патруль или кто-нибудь из УДМФ, молчи и смотри на них сверху вниз. Сможешь?

— Егерев. — Княжна приподняла бровь. — Меня этому учили с четырёх лет. Это единственное, что я умею хорошо, не считая зелий.

— Вот и прекрасно. Я сам всё улажу.

Зефир в очередной раз попытался вклиниться в личное пространство мантикора, издав радостный «тяф!». Коше это окончательно надоело. Он одним мощным прыжком заскочил на гранитный парапет набережной.

Немного постоял, глядя сверху вниз на щенка. Тот просто с ума сходил, пытаясь тоже забраться.

Мантикор пошёл вдоль ограждения с истинно кошачьей грацией. Треугольники его ушей дёргались, улавливая звуки города, а суставчатый хвост с жалом мерно покачивался из стороны в сторону. Коша выглядел как маленький, но очень опасный страж, патрулирующий свои владения.

Тем временем Зефир обнаружил группу голубей, мирно клевавших крошки у скамейки. Для щенка это стало сигналом к началу великой охоты. Он с диким воплем бросился в атаку, распугивая птиц. Голуби с шумом взлетали, роняя пёрышки, а Зефир крутился волчком и тявкал от счастья.

Так мы и дошли до ворот.

Ботанический сад в начале мая — это отдельный вид терапии. После юридической волокиты запах влажной земли, молодой травы и цветущей черёмухи действовал как мягкий седатив. Мы шли по извилистой дорожке, а вокруг нас продолжал скакать щенок.

— Нужно срочно что-нибудь заточить, — выдохнула Алиса, останавливаясь. — Иначе я начну разговаривать с вороном о смысле бытия, а это добром не заканчивается.

— Там впереди есть какой-то киоск.

Мы подошли ближе и свернули к уличной блинной. Очередь собралась небольшая, но аромат, витавший вокруг этого места, сразу же заставил рот наполниться слюной. Растопленное сливочное масло, поджаренное тесто, сладкая ваниль и пряно-мясные нотки, от которых в животе мгновенно заурчало.

За прилавком хозяйничал румяный мужик с пышными закрученными усами. Он подбрасывал блинчики на сковороде, переворачивая их в воздухе с таким артистизмом, что прохожие останавливались поглазеть. Тесто шипело на раскалённой поверхности, источая пар.

— Подходи, народ! — зазывал повар. — Блины — как солнышко: горячие, румяные, с пылу с жару! С творогом, с ягодами, с мясом — всё свежее, всё вкусное! Кто не пробовал — тот не жил!

Он подмигнул Алисе, заметив её заинтересованный взгляд.

— Для прекрасной дамы — клубничка, малинка и черничка! Свежие, протёртые и с сахаром! — продолжал нахваливать он, не переставая работать. — Есть сиропчики, медочек, сгущёнка и шоколад! Бананчики, инжир, ореховая посыпка!

Зефир, чувствуя запах еды, перешёл в режим «максимального умиления»: он сел, наклонил голову набок и посмотрел на меня такими глазами, что любой нормальный человек сразу бы отдал ему свою почку, не говоря о блине.

Лис замер в позе ожидания, втягивая носом запахи вкуснятины и периодически облизываясь. Коша просто развалился рядом, но смотрел на киоск, будто он здесь главный инспектор по качеству питания.

— Мне блины с творогом и малиной, и чёрный чай, — заказала Алиса, когда подошёл наш черёд.

— А мне с мясом и компот, — добавил я, доставая карту.

Когда нам выдали горячие, дымящиеся стопки из треугольников и конвертиков, я почувствовал, что спину сверлят немилосердные взгляды. Обернулся. Три пары глаз — две карие и одна янтарная — смотрели на меня с таким гастрономическим интересом, что исход стал заранее понятен.

Динь-динь! Внимание!

Зафиксирована критическая концентрация «голодных взглядов» в радиусе пяти метров.

Рекомендация: Либо кормите стаю, либо готовьтесь к тому, что ваши блины будут съедены в режиме молниеносного налёта. Шансы на сохранение вашего обеда: 12%.