— Полегчало? — уточнил, помассировав место удара.

— Совсем нет, — прошипела я.

— Но ты хоть выглядишь бодрее, — невесело ухмыльнулся он, вновь обращая взгляд к моему лицу. Скула лишь слегка покраснела, но вряд ли появится даже синяк. Брайса бесполезно бить. — Я бы дал тебе ещё поспать, но отец вызывает. Точнее, приказывает нам с тобой прийти к нему, — произнёс иронично.

— Неужели даже ты не можешь ему противиться? Ты же получил божественную силу.

Меня затрясло от неприятия. Необходимость вновь встретиться с этим монстром замораживала душу.

— Как видишь, — пожал он плечами. — Но намёки отца прозрачны. Похоже, он тоже получил божественную силу, поэтому так в себе уверен. Возможно, по той же причине я не могу сбросить его путы. Но к чему гадать, если ничего не изменить? Собирайся, Эмма, да не торопись. Отец приказал прийти, только не уточнил, как быстро, — подмигнул он мне, поднимаясь с кровати, и покачнулся, сжимая пальцами виски.

Похоже, ему становится хуже. Сколько он ещё выдержит?

— Вы не торопились, Брайс, — упрекнул Крауден-старший, опуская приветствия.

Он ожидал нас в обставленной в классическом стиле гостиной. Сидел в кресле с чашкой кофе в руках. Предстал в расшитом золотыми и серебряными нитями костюме, с венцом на голове. Всё в его облике кричало об изменившемся статусе.

Соседнее кресло занимал ректор Люмирекс. И я внутренне содрогнулась, когда он обратил ко мне взгляд единственного уцелевшего глаза. Второй же закрывала чёрная повязка. Ожоги исказили черты его лица до неузнаваемости, обратив настоящим чудовищем. Словно внутренняя гниль проступила наружу, демонстрируя истинную суть. В последний раз мы виделись в день ритуала, когда он призвал Северуса. До сегодняшнего дня я не знала, где находится ректор и жив ли вообще. Как оказалось, он помогает Краудену. Но теперь хоть понятно, откуда у того столь обширные познания в магии саламандр.

— Ты не уточнял время, — пожал плечами Брайс, подводя меня за руку к дивану, и помог сесть.

Синий взгляд Краудена прошёлся по мне изучающе. Мне с трудом удалось не заёрзать на месте. И внутренне я порадовалась закрытой и бесформенной одежде. Она давала хоть какое-то ощущение защищённости. Впрочем, Брайс наверняка выбрал именно такие рубашку и брюки по другой причине.

Рубиновый опустился рядом со мной на диван, сел вплотную и расслабленно откинулся на спинку, ожидая начала разговора.

— Брайс, открой разум ректору Люмирексу. Я хочу знать, что произошло в Конкордиуме, — бескомпромиссным тоном произнёс Крауден.

— Как прикажешь, — махнул рукой Брайс.

И только потому, что сидела к нему почти вплотную, чувствовала, насколько он на самом деле напряжён.

— Я уже не ректор, — зачем-то пробурчал под нос Люмирекс, поднимаясь с кресла, приблизился к Брайсу и протянул руку к его лицу.

Тот сел ровно, позволяя мужчине его коснуться. Ректор вытянул вторую руку, формируя изображение воспоминаний Брайса. Нам предстала сцена недавнего ритуала. Я с мечом в руках и мистер Раск с Корой за моей спиной. Как бы хотелось отменить этот момент, отказаться от глупой идеи. Но от прошлого было не уйти, поэтому, судорожно стискивая пальцами ткань брюк, я наблюдала за происходящим.

Сердце бешено билось в груди, дыхание обрывалось, а нам представали отрывки моих воспоминаний. Бой с неизвестным мужчиной, его смерть от моего меча, объятия брата, ссора с Магной, заступничество Атраса, появление неизвестного короля и моё решение отомстить, которое вылилось в смерть для всех. К сожалению, Брайс не врал.

— Значит, древний город действительно проклят, а ты, Эмма, источник проклятия, — заключил Морган Крауден, когда Люмирекс развеял иллюзию.

Я вскинулась, ощущая воодушевление. Точно, кристаллический плен не несёт смерть, это проклятие. Значит, его можно снять.

Поморщившись, Брайс снова откинулся назад и забросил руку на спинку кресла за моей спиной в своеобразном объятии. Захотелось отодвинуться, но было бы глупо бежать из-под защиты. Нужно выжить и выбраться отсюда. Ради Ская, ради друзей.

— Я ничего не помню, — качнула головой, чётко глядя в синие глаза Краудена.

— Открой воспоминания Люмирексу. Не сопротивляйся, не смей на нас нападать и желать мне зла. Это приказ, — он небрежно взмахнул украшенными золотыми перстнями пальцами.

Призрачный ошейник стиснул горло. Виски стянуло чужой волей. Я судорожно вздохнула, выпрямляя спину, и прикрыла глаза, когда палец ректора коснулся моего лба. Перед глазами побежали картинки моего прошлого. Боль и ужас, что я закрыла за непроницаемыми блоками, теперь представали посторонним, поднимая из души далеко запрятанную ненависть. Снова монстр объявил себя хозяином моей жизни и собирался делать со мной, что пожелает.

«Ты не должна дарить им смерть. Подари им мучения», — раз за разом звучал в мыслях голос Северуса.

— Уйди! — рыкнула я, дёрнув подбородком.

Единственный глаз ректора распахнулся в ужасе. Капилляры в нём полопались, расползаясь на всю белизну белка. И мужчина как подкошенный рухнул на пол. Из его носа и рта потоком хлынула перламутровая кровь.

Выругавшись под нос, Крауден потребовал срочно привести лекаря.

— Я приказал открыть разум, — процедил он сердито. — Ты меня ослушалась! — обвинил грозно.

Мысли спутались. Горло сжало ошейником, лишая меня дыхания. Но ненависть в моей душе была слишком сильна, чтобы подчиниться и склонить голову в жесте извинения. И я продолжала смотреть в полные злобы глаза Краудена.

— Эмма принадлежит мне, — Брайс порывисто схватил меня за плечи и притянул к себе. — Ты сам вручил её мне.

Мотнув головой, Крауден рассмеялся.

— Вы оба принадлежите мне. Не забывай! — припечатал он, и хватка Брайса на моих плечах стала почти болезненной.

В комнату вбежал незнакомый мужчина и сразу метнулся к бессознательному ректору. Потянулся было к нему, чтобы проверить состояние, но отдёрнул руки, когда тело Люмирекса начало покрываться кристаллами.

— Проклятье… — пробормотал Крауден-старший, впиваясь в меня злым взглядом.

Кажется, впервые видела его столь эмоциональным. Обычно он всегда спокоен и собран.

Внутренне меня затрясло. Стало страшно.

— Брайс, твоя рабыня мне навредила, — сообщил он ледяным голосом. И всё во мне закипело от неприятия его слов. — Тебе следует её наказать.

— Лишу её сладкого, — напряжённо ухмыльнулся Брайс, подаваясь вперёд, словно намеренный оттолкнуть меня в сторону в случае нападения.

— Что мне делать, мистер Крауден? — встревоженно спросил лекарь.

— Вынести труп, — скривился он. — И живее.

В дверь постучались, и внутрь заглянул подчинённый Краудена, опаловый дракон, которому вчера досталось от Брайса.

— Прошу прощения, что прерываю вас, господин, но это важно, — затараторил он. — Короли академии в Элизиуме.

— Скай… — прошелестела я, вскинувшись в надежде.

— Заходи, Курт, — разрешил Крауден.

Опаловый пробежал к нему и продемонстрировал версо.

— Похоже, твои друзья спаслись, — заключил Морган, задумчиво вглядываясь в экран.

И моё сердце воспрянуло, избавляясь от тяжести потери.

— Что? Все живы? — Брайс поднялся с дивана и тоже заглянул в версо.

Не выдержав, и я подскочила на ноги, пытаясь рассмотреть экран, но, к сожалению, Крауден махнул рукой, требуя у подчинённого убрать артефакт.

— Живы все, — хмыкнул он. — И это нужно исправить.

— Что ты имеешь в виду? — напряжённо уточнил Брайс.

— Вот и ваше наказание. Приказываю убить королей академии.

— Что? Как ты можешь? Они… они же мои друзья, — Брайс отступил, надавливая пальцами на висок.

Воспалённый взгляд его алых глаз впился в лицо отца в мольбе.

— А он был ценным союзником, — Крауден небрежно указал на закристаллизовавшееся тело ректора. — Отправитесь с отрядом Курта. Перенеси их, Брайс, чтобы не терять время. Эмме прикажешь убить принца Ская.