— Анима? — Закари склонил голову к плечу, словно пытаясь рассмотреть меня под другим углом. — Тебе отзывается это имя? А имя бога смерти? Некрос?

— Мы их произносили сотни раз, — протянула я. — Если до этого не отозвалось, почему вдруг отзовётся теперь? И с чего вы вообще взяли, что я богиня жизни саламандр? — полюбопытствовала, закидывая в рот кусочек мяса из салата.

В последнее время самые горячие обсуждения проходили в столовой, ещё и на завтраке, словно короли ночью накидывали списки идей, чтобы сбросить их на мою голову.

— Она не обязательно богиня саламандр, — закатил лиловые глаза Габриэль. — Она из этих… самозваных. Отсюда и меч, которого нет в культуре древних. Да и бог смерти к ней тянется, хочет забрать её себе. Жизнь и смерть, классическая история любви.

Скай прокашлялся и рассеянно положил руку мне на колено. Он переживал период восстановления воспоминаний о днях моих отношений с Брайсом, потому был особенно насторожен и ревнив. К счастью, его собственнические порывы проявлялись лишь на словах и взглядах, он не запрещал мне общаться с мужчинами, не стремился контролировать мою жизнь, хотя я прекрасно видела, что ему бы очень хотелось запретить мою дружбу с Брайсом. Особенно после покушения…

Признаться, я сама начала избегать рубинового, в чём-то из-за того разговора о возможных отношениях с ним, но первопричина в самом моменте ранения, помощи мне Брайса и возникших после пробуждения странных ощущениях. Когда он коснулся меня, я почувствовала тягу, волнение и, стыдно признаться даже себе, возбуждение. Это ужасно. Даже сейчас, сидя в столовой, ощущая тепло руки Ская и нежность от его присутствия, на краю сознания зудит желание отыскать взглядом Брайса. Но я не поддаюсь, держусь и одновременно бегу от возможности осмыслить причины.

— Поэтому он её защищает и помогает? — предположил Леонард. — Он похож на влюблённого?

— Он похож на того, кто меня знает, — заключила я. — Сейчас я почти уверена, что его голос мне слышался в воспоминаниях. Он уговаривал меня…

Прочиствив горло, я замолкла. Раньше не признавалась в тех опасных воспоминаниях.

— На что уговаривал? — подтолкнул меня Скай.

— Отомстить… Ты не должна дарить им смерть. Подари им мучения, говорил он.

Мужчины встревоженно переглянулись, одна Эмбер продолжила как ни в чём не бывало кромсать котлету.

— Она обучена убивать. Что вы пугаетесь? — иронично усмехнулась она.

И я отметила, как сидящий рядом с ней Леонард будто подтолкнул её ногой под столом. На губах обоих мелькнули улыбки.

— Что ты ещё помнишь? — сцедив смешок в кулак, поинтересовался Тристан.

Иногда казалось, он принимает мою тёмную сторону с большей охотой, чем остальные, чем даже Скай.

— Я помню, как убила… Ещё одного самородка. Кровь была серой. И помню, что перед этим он… сделал мне очень больно. Он заслужил смерть.

— Это в прошлом, — Скай обнял меня за плечи, и груз воспоминаний прошлого стал легче.

Как же мне повезло с ним.

— Что он сделал, помнишь? — заинтересовался Закари. — И кто он?

— Нет, — я опустила взгляд.

— Это очень личная тема, — твёрдым тоном отрезал Скай.

— Значит, ещё один самородок? — Тристан задумчиво постучал ножом по краю тарелки. — А может, и Магна была самородком? И бог смерти тоже? Тогда можно провести линию…

— С орденом милосердия, — жёстко усмехнулся Габриэль. — Они могли собирать самородков, а тех, что не подошли, отдавать… извращенцам.

— Или совмещать, — прошелестела я, передёрнув плечами, и отодвинула от себя тарелку.

— Ты можешь поговорить с Ригором? Попробовать получить доступ к протоколу допроса? — поинтересовался опаловый.

— Попробую. Это же касается и меня, — кивнула я. — Но мы топчемся на месте. Предположений много, а мы по-прежнему в академии, по-прежнему не знаем, что нам делать, а Скай по-прежнему в опасности. Нам нужно в Конкордиум, искать ответы, а не сидеть здесь.

— Орден молчит, — скривился Закари. — А просто поехать в древний город не выйдет. Нас не пустят.

— В Конкордиум есть и другие входы, — словно с неохотой поделился Леонард. — Когда меня похитили в детстве, мои… кхм… телохранитель и техник провалились под землю и по подводной реке попали в колодец, в который вели тоннели из Конкордиума. Возможно, их перекрыли, но другие пути есть. Ну, на всякий случай говорю, если мы так и не получим разрешение на посещение.

— А звучит интересно, — разулыбался Габриэль.

Ему так наскучило заключение в академии, что он первым несётся рисковать жизнью.

— Эмма права, мы теряем время из-за ордена, — поддержал меня Тристан. — Ты когда пойдёшь к Ригору? Может, попробовать получить доступ через него? И что Крауден, не хочет нам помочь?

— Я поговорю с Гвинет, узна́ю, когда её следующая встреча с Ригором, и напрошусь с ней, — решила, поднимаясь из-за стола. — С Брайсом… поговорит Эмбер.

— Почему я? — опешила рубиновая. — Ради тебя он готов на всё, — выдала она, вызывая напряжение и во мне, и в Скае.

— Мы в ссоре. Лучше ты, — попросила я.

— Ты не доела, — Скай остановил меня, взяв за руку.

— Аппетита нет, — подхватив поднос, я попрощалась с друзьями и направилась прочь, мельком высматривая Гвинет.

Обсидиановой не наблюдалось, зато мой взгляд слишком быстро отыскал Брайса. Он вскинулся, ухмыльнулся. И меня бросило в жар. Перед мысленным взором вновь предстал момент ранения, ощущения наполняющей меня огненной магии, его голос и алый свет вокруг нас. Коротко выдохнув, я кивнула Брайсу и продолжила свой путь.

Это ведь не может быть связь? Только не она…

— Эмма, привет, — меня нагнал Лик. — Ты бледная. Всё в порядке? — спросил с тревогой.

— Нет… да, — я постаралась улыбнуться.

— Крауден как-то странно на тебя смотрит, — отметил он. — Берегись его.

— Он мой друг и не станет мне вредить, — огрызнулась я.

Правда, больше по инерции. В последнее время Скай слишком часто ругается на Брайса, и я начинаю защищать его по инерции.

— Он Крауден, — хмыкнул Лик. Слишком многие напоминают мне об этом. — Но я хотел поговорить о твоих родителях. Что-то странное с их квартирой, они не покидают её, по словам моего друга.

— Как это?

— Мне теперь тоже любопытно. Давай заглянем к ним без приглашения? — предложил он и заговорщицки мне подмигнул.

— Возможно, и стоит, — качнула я головой, но про себя сомневалась.

Спасение Ская важнее моих семейных проблем. Но что если Габриэль прав, что если в моих воспоминаниях кроется спасение Ская.

— Вечером сможешь? — спросил он и непривычно пытливо заглянул в мои глаза.

В последнее время он будто другой. Может, это слава так на него действует?

— Да. Только позову Ская и, наверное, ещё кое-кого.

Чувствую, если не вытащить Габриэля развеяться, он полетит искать подземные ходы в Конкордиум. И спасать придётся уже его.

— Ты подружилась с королями академии, — заметил он.

— Да, — на моих губах сама собой появилась улыбка.

Мы действительно становились друзьями. И эта мысль грела душу. Они так поддерживали Ская, мне бы хотелось заслужить хотя бы часть их любви.

— Тогда до вечера, Эмма? — кивнув мне, Лик ускорился и махнул подошедшему ко мне Скаю, прежде чем скрыться на лестничной площадке.

— Ты в порядке? — алмазный обнял меня за талию, но продолжал смотреть вперёд в задумчивости.

— Лик предложил вечером поехать в квартиру моих родителей, — сообщила я ему.

— Хорошо. Если тебе это нужно, — пожал он плечами.

Он всегда готов меня поддержать. Это самое драгоценное в наших отношениях.

/Скай Стеллар/

— Ну вот мы постучались, позвонили, никто не открыл, — заключил Габриэль, со странным предвкушением присматриваясь к замку. — Теперь можно взламывать?

— Думаю, так и стоит сделать. Мой друг сказал, они не покидают квартиру, — кивнул Лик.

Он стоял на лестнице, прислонившись плечом к стене. Излучал уверенность, и я отметила про себя, что даже Эмма присматривается к нему с недоумением.