Мы со Скаем резко оторвались друг от друга. Я вывернула шею, чтобы разглядеть возмутителя спокойствия. Но Тристан оказался не один. Он, Закари, Леонард и Габриэль сидели за столом и явно ждали нашего возвращения.

— Кто так делает? — Скай быстро поставил меня на ноги и помог мне поправить задравшуюся юбку платья.

Щёки горели от смущения, я пронзала парней недовольными взглядами, но они только улыбались. Не ехидно, а как-то радостно, по-доброму, поэтому я лишь махнула на них рукой.

— Что привело вас? — поинтересовалась я.

— Септимус сказал, что Гвинет переслала тебе результаты вскрытия, — ответил Леонард.

— А нам не сказал, — удивилась я.

— Не хотел вас отвлекать, — повинился мой версо-дух. — Если бы знал, что вас ждут, обязательно бы доложил.

— Давайте быстрее читать! — на ходу вытягивая версо из кармана подаренного мне королевской семьёй платья, я подошла к столу.

Септимус сразу вывел документ в большом разрешении, позволяя каждому из присутствующих прочитать отчёт. Информация повергла в шок почти всех. И лишь Габриэль остался невозмутим, будто ожидал этого результата. Писалось, что найденные тела хоть и несут признаки драконов, но внутренности отсутствуют. У них имеется только кровеносная система и лёгкие.

— Выходит, они действительно искусственно созданные марионетки, — с жёстким смешком заключил Габриэль.

— Но как это возможно? Я с ними общалась, Скай тоже, Тристан видел моего брата. Они были живыми, тёплыми, общались как обычные драконы, — растерянно ответила я.

— Вот именно. Невероятная магия, — подтвердил Габриэль. — На уровне ваших божественных способностей.

— Но марионетки не бога смерти, — задумчиво проговорил Тристан. — Он привёл нас, продемонстрировал их фальшивость. Возможно, чтобы уберечь тебя, Эмма.

— Мне сложно принимать его действия за заботу, — покачала я головой.

Тревога за Лика смешивалась со злостью на действия бога. Он украл чужую жизнь ради развеивания скуки, ждал смерти Ская, отказывался ему помогать, хотя мог хотя бы дать подсказку. Если он неравнодушен ко мне, если я ему дорога, разве не должен он желать мне добра, как я желаю добра Скаю и всем его друзьям? Совершенно не понимаю его.

— Но он выдал марионеток, — хмыкнул Леонард, продолжая вчитываться в строки заключения.

Я тоже вновь пробежалась взглядом по документам, и мысли прострелило озарением.

— Кровь! — воскликнула я. — В их телах только сердца, которые качают кровь!

— И? — нетерпеливо поторопил меня Закари.

— Когда я спросила у Ригора, уверен ли он, что они мои родители, он ответил, что в них моя кровь. Он обернул свои слова оговоркой, но меня ещё тогда царапнуло.

— И это когда по академии разгуливает лже-Лик, — протянул Габриэль.

— Думаешь, и Ригор ненастоящий? Глава службы безопасности Элизиума? — мрачно спросил Скай, и по гостиной разлилось мрачное молчание.

Дальше разговор потёк тише, в состоянии озадаченности и осторожных предположений. Но вскоре мы решили отвлечься и подались в горячее обсуждение прошедшего боя. И было так хорошо, так спокойно в окружении ещё не самых близких, но друзей. Только это ощущение умиротворения развеялось, стоило нам со Скаем остаться наедине.

— Ты напряжена, — отметил он, лаская губами мою шею. — Переживаешь из-за встречи с Ригором?

Всё было идеально: он, я, тишина спальни, безопасность, огромная кровать под нами, а меня не отпускало ощущение неправильности происходящего.

— Да, наверное, — отозвалась, отводя голову в сторону.

— Давай тогда просто полежим.

Скай перекатился на бок и притянул меня к груди. Горячее дыхание защекотало макушку. Я обожала его запах, мне нравилось находиться рядом с ним, и моё затруднение вызывало почти физическую боль, ведь создавало новую неприятность в целом списке других сложностей. И первой в нём была приближающаяся смерть Ская, на фоне чего меркло всё остальное. Мне казалось, можно оттянуть решение моего затруднения, не беспокоить, перетерпеть, но сложности нарастали.

— Как хорошо в большой кровати, — проговорил в мою макушку Скай. — Моей маловато на нас двоих. Но есть и плюс, там ты не можешь от меня сбежать.

— Если только в стену, — усмехнулась я в его грудь.

— Но всё же у нас будет большая кровать, когда поженимся и начнём жить вместе. Если выживу, первым делом сделаю тебе предложение.

Грудь сжало от нежности. И тогда мысли пронзило озарением.

— Скай… зачем откладывать? — просипела я. — Может, это и есть выход? Если создадим новую связь, возможно, я смогу удержать тебя.

— Либо я утяну тебя за собой, — напряжение разлилось по его телу, выдавая его неприятие. — И зачем нам связь, если нам и так хорошо?

— Станет ещё лучше, никто не сможет вмешаться в наши отношения, — горячо возразила я, вскидывая голову, чтобы заглянуть в горящие серебром глаза любимого.

— Что Брайс снова сделал, Эмма? — спросил он прямо, обрывая моё дыхание.

/Скай Стеллар/

— Скай… я… — голос Эммы резко осип от волнения.

— Эмма, понимаю, ты не хочешь нас сталкивать, но… мне известно, что он предлагал тебе отношения. Как видишь, его лицо пострадало не моими усилиями. Ты можешь мне рассказать.

Старался говорить как можно мягче, хотя тема Брайса выводила меня из себя. А ведь наши с рубиновым отношения только успели наладиться, я даже некоторое время ему сочувствовал. Но такие, как Крауден, не умеют быть благодарными.

— Знаешь? — пролепетала она растерянно. — Откуда?

— Септимус за тебя волнуется, — я нежно погладил её по спине. — Поделись со мной, Эмма. Что тебя беспокоит?

— Мне сложно в этом признаваться… Помнишь, меня ранило при покушении на Брайса? Тогда он вливал в меня магию. Как ты…

— Эмма… только не говори… — пророкотал я.

— Прости, — всхлипнула она, и я судорожно обнял её, стараясь проконтролировать силу.

Ярость заклокотала в груди. Хотелось вжать Эмму в себя, спрятать под сердцем, чтобы больше никто не мог на неё посягнуть. Но это было невозможным. Я мог лишь обнимать её и защищать.

— Ты не виновата, — хотел говорить спокойнее, но голос напоминал рычание.

И лишь на краю сознания мелькало беспокойство. Я помнил, как сильна тяга, по рассказам Эммы, под конец стало так невыносимо тоскливо друг без друга, что нас подводил контроль. Другие не вызывали интереса или хотя бы возбуждения. И похоже, потому сегодня у нас ничего не вышло. Её влечение ко мне истекает, развеивается связью.

— Я думала, перетерплю, ведь у нас и так много проблем, — пояснила она. — Старалась держаться подальше от него, общалась с ним только по версо.

— Да, я знаю и не сомневаюсь в тебе.

Ведь потому и не отправился разбивать лицо Брайсу, что в ответ на его предложение Эмма твёрдо и без сомнений высказала свою позицию. Она выбрала меня и не собиралась предавать даже на словах. По крайней мере, на данный момент. Связь умеет сводить с ума. Нужно что-то делать, но только что?

— Прости за молчание, Скай, — прошептала она.

— Я понимаю… — заверил её.

Сам не представляю, как бы признался в установлении связи с Эмбер, например.

— Мне так повезло с тобой, — в её голосе, наконец, появилась мягкость.

— Это мне повезло с тобой, Эмма, — подтянув повыше, я поцеловал её в лоб.

Но она вскинулась и прижалась губами к моим губам. Страстно, отчаянно и так сладко, что эмоции затопили с головой. Она больше не металась и не сомневалась, и я перестал сдерживать желание сделать Эмму своей. И мы тянулись друг к другу в безысходном вожделении, пока вовсе не обессилели в ураганном единении и жадных ласках. Эмма вскоре заснула, а я так и лежал, прижимая её к груди. Моя ярость не унялась, она лишь утихла на время близости, но поднималась вновь. Не выдержав, я аккуратно покинул кровать, надел брюки, натянул рубашку и отправился в покои Брайса.

— Да? — недовольно отозвался он, приоткрывая дверь своих покоев.