— Нет, Брайс! — Эмбер вскинулась, рассерженно взмахнув рукой. — Не отец он. Отцы так не поступают. В конце концов, если бы считал тебя сыном, не поступал бы с тобой так.

— Ты права, — хмыкнул он. — Но какая теперь разница?

— Разница в том, что ты выберешь. Точнее, что уже выбрал, — произнесла я, и он убрал руку от лица, вскинулся, глядя на меня в непонимании. — Спасибо, что вернулся, Брайс.

— Пустяки, — он отвёл взгляд и откинулся на спинку кресла.

И всё же он выбрал вернуться и защитить нас. Надо удержать его в этом состоянии, помочь. Для начала займусь его ранами и отправлю мыться. Мне тоже нужно о ком-то заботиться, чтобы не впасть в отчаяние. Так и выживем.

/Брайс Крауден/

Эмбер отправила меня мыться. Так странно… Прежний мир терял свои очертания, а мы продолжали делать обычные вещи: есть, пить, улыбаться, принимать душ, переодеваться, расчёсываться, хотя последнее со мной сотворила принцесса.

Голос Магны стал таким громким, что обратился фоном. И я слушал неспешный разговор Эммы и Эмбер сквозь её вой, чувствуя, как душу обволакивает спокойствием.

Наверное, ради этого стоило вернуться.

— Твои раны заживают. — Эмма присмотрелась к моим рукам. — Но ты должен поесть, Брайс.

— Не хочу. Может, покормишь меня с ложечки? — предложил я ей, лениво указав на накрытый стол.

Комнату постепенно охватывал полумрак позднего вечера. Приближалась ночь. С недавних пор я ненавидел ночи. Ведь не мог спать.

— Надо же, и шутить начал, — хмыкнула Эмбер. — Ешь, Брайс. Случится беда, если ты рухнешь в голодный обморок.

«Ты должен умереть!»

— Как скажешь, принцесса, — подмигнул я ей и придвинулся к столу.

Эмбер только дёрнула плечом. Что же она теперь ко мне испытывает? Злости я не ощущаю, как и ненависти, жалости будто тоже больше нет. Наверное, только расчёт. Со мной у неё есть шанс выжить. Но я буду рад, если смогу её спасти. Её и Эмму. Только поэтому я вернулся.

Ужин прошёл на удивление спокойно. Девчонки, как ни смешно, болтали о платьях. Абсурдность темы при наших обстоятельствах удивительным образом поднимала настроение.

Мне было почти весело. Возможно, поэтому я решил поговорить с Эмбер. Скользнул за ней в ванную и закрыл за нами дверь.

— В чём дело, Брайс? — спросила она устало.

Всё ещё чуть нагибалась вперёд из-за ушиба и явно с трудом подавляла желание выпрямиться во весь рост, чтобы привычно взглянуть на меня свысока.

— Я понял, что не хотел с тобой расставаться, — поделился я, и красные глаза Эмбер на миг расширились от удивления, но она быстро взяла себя в руки.

— Какое это сейчас имеет значение?

— Для меня имеет, — дёрнул я подбородком.

«Умри! Умри ты, наконец!»

— Отец накинул на нас с Эммой удавки раньше остальных, я не мог в нём сомневаться или противиться. Я причинил тебе боль. Хотя… нет… — усмехнулся я, растрепав волосы. — Слишком много на себя беру. Я поставил тебя в сложное положение.

— Рада, что ты решился попросить прощения. — Эмбер смягчилась лицом, в уголках пухлых губ будто заиграла тень улыбки.

— Ты с Леонардом из-за меня или…

— Или, — кивнула она, прямо глядя в мои глаза.

Ну да, он признался ей, и она приняла его чувства. Их отношения по-прежнему бесят, поднимают тёмное из глубин души, но нужно радоваться, что связь со мной не разрушила её жизнь. Возможно, если бы у меня было время, я бы даже испытал облегчение. На данный момент меня хватило только на невысказанные извинения.

— И всё же я не хочу тебя отпускать, — прошептал, сделав несколько стремительных шагов к ней, и привлёк её к груди.

Эмбер дёрнулась, но я лишь обнял её и уткнулся носом в её макушку. Огненный аромат наполнил лёгкие. В мыслях один за другим пронеслись образы из прошлого.

Я ведь дотянулся до настоящей принцессы, но сам же выпустил её из рук.

— Интриги отца свели меня с Эммой и с тобой. И, пожалуй, это единственное, за что можно сказать ему спасибо, хоть вы так и не считаете. Моё участие в ваших жизнях принесло вам столько страданий.

— Нет, Брайс. Участие Краудена в наших жизнях принесло страдания всем нам. Тебе больше всех, — она чуть отстранилась и запрокинула голову, чтобы посмотреть в мои глаза. — Ты должен освободиться от него.

— Легко сказать, — я прервал объятие и сделал неловкий шаг назад. Разговоры об отце усиливали крики Магны. — Мойся, принцесса. Сегодня будет интересная ночь втроём. Не думаешь же ты, что я проявлю благородство и буду спать в кресле?

Она закатила глаза и криво ухмыльнулась.

— Брайс, ты не меняешься.

Если бы…

«Когда уже ты умрёшь, слабак⁈»

* * *

Два дня было относительно спокойно. Отец занимался своими делами. Я торчал с девчонками в наших покоях. При поддержке Эммы даже умудрился относительно отоспаться и теперь чувствовал себя не таким разбитым. Но затишье быстро подошло к концу. Отец снова вызвал нас с Эммой.

На этот раз он ждал нас в кабинете. Снова предстал с венцом на голове, в расшитом золотом костюме. Прошлая несвойственная ему несдержанность его покинула, он вновь был собран и спокоен.

— Принцы в городе, — сообщил он. — Проникли в главный участок.

Интересно, для чего? Я оставил осколки за пределами города и сообщил им местонахождение с помощью Изабель. Конечно, они предупреждали, что Нокс сможет перенести их через два дня, и тогда начнутся действия, но нам не стали сообщать детали плана. Видимо, проходило его воплощение.

«Сегодня ты умрёшь!»

— Их убить? — предположил я, надеясь, что отец запамятует приказать.

Но зря.

— Да, приказываю убить принцев. Кроме Ская. Ская должна убить Эмма, — ответил он спокойно, будто только что не подписал несколько смертных приговоров.

Горло сдавила тяжесть ошейника. Мысли подёрнулись алой пеленой гнева. Я на подсознательном уровне взъярился против приказа, и меня мгновенно зашатало от слабости.

Эмма тяжело сглотнула, пошатнулась, но удержалась на ногах.

— Это слишком жестоко даже для тебя, отец, — возразил я сиплым голосом. — Эмма любит Ская. Она…

— Эмма опасна, — отец поднял руку, прерывая мои возражения. — И жива она лишь потому, что дорога тебе, Брайс. Но если она не подчинена мне, значит, должна умереть. Сегодня пройдёт её проверка. И твоя тоже. Не разочаруй меня, Брайс. Помните, ваш промах ударит по принцессе.

— Вы чудовище, — произнесла Эмма.

Я сместился, готовый толкнуть её за свою спину.

— Нет, я сила, которую вам не одолеть, — спокойно ответил он. — Идите и выполните мой приказ, — и махнул рукой, указывая на дверь.

Как он может?

— Ты слышишь его? — обратился я к отцу. — Голос? Он тоже сводит тебя с ума? Поэтому ты стал таким…

Каким? Разве он был другим?

— Голоса убитых мной богов? Да, я слышу их. Они временами мешают, — поморщился он. — Но не влияют на меня, Брайс, я не изменился.

Да, он всегда был таким. Это я мечтал видеть лучшее в том единственном постоянном, что есть в моей жизни и от чего не сбежать.

«Слабак, ты слабак, Брайс!»

— У меня просьба. Если мы погибнем, отпусти Эмбер, — попросил я.

— Её просил Курт. Я отдам принцессу ему, если вы не вернётесь. Поэтому возвращайся, Брайс, — всё тем же спокойным тоном ответил он. — Идите и выполните мой приказ.

Нам пришлось подчиниться.

— Брайс, — Эмма взяла меня за руку, глядя перед собой полным слёз взглядом. — Я не смогу сопротивляться.

— Я тоже. Но, возможно, бой меня усилит.

Мы покинули особняк. А здесь нас ожидал отряд новых божков во главе с ненавистным Куртом. И наши чувства были взаимны.

Я переместил нас к главному участку города. Пешеходов, как и самоходных карет, не наблюдалось, улица и площадь перед зданием хотя бы свободны от случайных жертв. Ещё была надежда на то, что принцы успеют скрыться, но и она не оправдалась.

Нас ждали. У входа в здание стояли Скай, Тристан и Леонард. И стоило их увидеть, как перед глазами встала алая пелена гнева.