Он бы боролся до последнего, но закрепленные за его лабораторией часы действительно закончились. Но с этим нужно было что-то делать.
— Это было грубо, — обратилась к нему Виктория, когда шаги стихли в коридоре.
— Да, это было грубо. Ты говорила о девушке, словно она мебель или низшее звено эволюции.
— Я не об этом! Я пообещала ее Марку Соболеву, это полезное знакомство, а ты зачем-то уперся в свои протоколы. И не стоит отрицать, что она низшее звено. Для того чтобы мы все об этом помнили, таких, как она, и селят в цоколь.
— Чтобы попасть сюда, она создала и защитила проект по дерматологии, у которого при хорошем оборудовании и финансировании блестящее будущее. При этом ей не помогали ни родители, ни их деньги.
Вика пару секунд смотрела на него, замерев. Вероятно, считала про себя до пяти, чтобы успокоиться. За это Артур (который сам удивился своим словам и позиции), честно говоря, был ей благодарен: два скандала с двумя разными женщинами за один час — это было бы для него слишком.
— Надень темно-синий костюм-тройку, галстук и подходящую обувь. Я пришлю тебе ткань с образцом оттенка, — наконец сказала она. — Мне же не надо передавать эту просьбу через твою мать, и ты ко мне прислушаешься?
— Надену, — устало кивнул Артур и с облегчением посмотрел вслед уходящей почти невесте.
В день, когда Олег Корнилов устроил очередной обязательный совместный обед (обязательный лишь потому, что вновь присутствовал сам), Артур, глубоко недовольный необходимостью идти в столовую, сидел с телефоном и вводил запрос в поисковую строку. Поисковик, разрешенный к использованию жителям верхнего яруса, был разработан специально для них и, по слухам, стоил как небольшой спутник.
«Что такое кринж».
Мужчина воровато покосился на сидящую рядом Викторию, которая в этот момент мило беседовала с Соболевым. Тот, вероятно, ни на секунду не обиделся после ситуации со Стасей, а напротив, рассчитывал, что они теперь чуть ли не друзья. К ним подошла еще одна девушка, и Марк представил ее как Софию Фетисову, сообщив, что она сейчас заменяет Стасю и ассистирует ему. Артур скользнул взглядом по девушке, и ему почему-то не было нужно заглядывать в ее дело или проект, чтобы точно понять — она именно ассистирует, а не консультирует.
Тем временем поисковик предложил статью из Urban Dictionary с пометкой: «Sir, это неприличное слово».
Артур задумался и вспомнил обстоятельства знакомства с этим словом. Стася болтала с каким-то Димой по телефону в его лаборатории, во время обеда, когда он находился в кабинете и не должен был ее слышать (по ее мнению). Она сказала: «Видео получилось каким-то кринжом, надо переснять или иначе смонтировать».
Почему она это говорила? И что за видео?
Мужчина не любил пробелов в знаниях, потому стремился все выяснить.
Как только Артур решил все же открыть статью о неприличном слове, его вывел из задумчивости писклявый голос Софии, которая, по всей видимости, использовала возможности совместного обеда по полной и уже подсела к не очень довольной этим Виктории.
— Офигеть! — протянула их новая знакомая. — Это же, блин, кот!
В самом деле. Приковывая к себе взгляды всей столовой, в зал вошла его новая конкурентка в области генетики Кира Бельская. В руке вновь была банка энергетика, а рядом вальяжной, царственной поступью шло огромное мохнатое существо шоколадного цвета. Оно доставало девушке до колена, при том что девушка была высокой и обута в кроссовки на платформе.
Артур незаметно сфотографировал шерстяное нечто и отправил снимок ИИ-консультанту. Тот выдал:
«Представитель породы мейн-кун, судя по размеру, шерсти и кисточкам на ушах. Однако, вероятнее всего, это другая, пока неизвестная порода, так как для мейн-кунов шоколадный окрас полностью исключен».
Он полистал фотографии. Точно мейн-кун, сомнений не было. Но окрас. Неужели она…
— Ага, шоколадный не просто редкий. Его вывела лично я, и больше ни у кого таких красавцев нет, — хвастливо сообщала Бельская какой-то восторженно сюсюкающей девушке из цоколя. — А теперь позвольте пройти к моему столу, вы немного перегородили мне дорогу…
И в этот миг все разговоры резко стихли, словно кто-то призвал к вниманию, хотя никто не призывал. Артур проследил за взглядами присутствующих и тоже поднял голову.
— Тоже мне великий генетик! — кричал Лорд Генри с позолоченной жерди под потолком (подобные приспособления были размещены во всех общих и не только местах в центре, дабы у любимчика директора была возможность перемещаться и удобно размещаться), возмущенно покрякивая между словами. — Запишите в свою ДНК, леди: мне нужно в туалет. Срочно. Прямо на того, чьим окрасом вы гордитесь.
Следом за угрозой моментально последовали действия, но ленивая и вальяжная Бельская уже схватила свое мохнатое открытие в охапку и отскочила в сторону за секунду до того, как птичий помет шлепнулся на мраморную плитку ровно там, где они стояли.
— Спасибо за предупреждение, сэр! Я вам очень благодарна за прогноз погоды! — весело ответила девушка, и по столовой прокатился одобрительный шепоток и смешки. В основном от представителей цоколя, разумеется, которые могли себе позволить подобное поведение.
— Лохматое недоразумение, не предусмотренное даже селективной наукой!
После этих слов попугай, явно огорченный, что первый снаряд не нашел цели, а второй еще не готов, гордо улетел в холл.
Артур вздохнул. Главное, чтобы такие шоу происходили вне этажа с лабораториями. Но что-то подсказывало ему: раз девушка, способная внести правки в породе исключительно в окрас и исключительно ради своего желания «хочу это же, но другого цвета», добилась разрешения привезти кота в центр и притащила его в столовую, опасаться следовало не только конкуренции с ее стороны, но и шерсти в пробирках.
Вечерней смены Артур ждал особенно сильно. С сегодняшнего вечера все должно было измениться: вечно недовольная лаборантка, которая тратила на «AR15» ровно оговоренное количество часов и минут и даже ставила будильник, чтобы, не дай бог, не помочь ему лишнюю секунду, обязательно преисполнится благодарности и станет участвовать в его работе внимательнее и старательнее.
Все утро она провела у Соболева, но часы после обеда он успел занять вовремя. Соболеву стоило быть порасторопнее, если он надеялся закончить первую версию своего препарата к зимнему фуршету, на котором такие, как он, рассчитывали выбить дополнительное финансирование.
Артур несколько раз сменил позицию, в которой планировал встретить Миронову.
На стуле у зоны мониторов? Выглядело солидно, но она знала, что в изображенном на этих самых мониторах он теперь понимал примерно ничего.
Может быть, у микроскопа? Новые образцы, которые она вывела, он еще не изучал. Но опять же… что он увидит, если уставится на них?
Когда пришла лаборантка, Артур сидел в глубоком кресле в кабинете, освещенный холодным светом лампы над постаментом с трудом Дарвина, и читал то, что раньше казалось ему зазубренным фундаментом, а теперь было смутно знакомым и практически непонятным.
— Простите. Марк попросил зайти к нему еще на полчаса после обеда, — девушка вздохнула. — С каждым разом все сложнее находить причины, почему я не могу все ему подправить здесь и сейчас. Но раз я приношу правки на следующие дни, так что он в принципе доволен.
— Главное, что вы добыли весь файл с его проектом. Я уже работаю над полными правками.
— Спасибо, — Стася прошла к узкому шкафу, где висели его халаты, а с некоторых пор и ее, открыла и достала один.
— У меня для вас две новости, — наконец произнес Артур слова, которые давно жаждал произнести, потому что был уверен: после них все изменится в лучшую сторону.
— Какие?
— Вот два документа, — он кивнул на стол.
Девушка тут же схватила верхний листок.
— Это то, о чем я думаю? — благоговейно прошептала она и сглотнула.
