Самец белой куропатки не знал, что является гордой официальной птицей-символом штата Аляска. Да и откуда ему знать? Он же птица. Но зато тем, чем он сейчас занимался действительно стоит гордиться. Он, в отличие от многих самцов, например, того же человеческого вида, участвовал в воспитании птенцов, а сейчас, не ощущая страха (если птицы вообще могут его ощущать) он уводил хищника, опасно приблизившегося к гнезду, вглубь ледяной пустоши, разреженной лишь горами. К сожалению, самец белой куропатки не был самкой, а на земле наступила весна. Потому оперение его головы изменило цвет: с идеального для маскировки в снегах белого на каштаново-коричневый, как и подобает самцу в брачный период. Самец белой куропатки не заметил, что залетел туда, где обычно птицы не летают, за многия поколения в их генетической памяти эта территория отмечена, как опасная. Он был увлечен одной задачей — спасти потомство.

Самка белоголового орлана не знала, что является главным национальным символом Соединенных Штатов Америки. Да и откуда ей знать? Она же птица. Но зато, в этой гонке она точно была главной, потому что была выносливее и сильнее самца белой куропатки, а расстояние между ними стремительно сокращалось. Но сейчас, сам факт наличия этого расстояния играло ей на руку (на лапу?) она, конечно же и об этом не знала. Самка белоголового орлана тоже не заметила, как в погоне переместилась в опасную зону. Она была увлечена одной задачей — охотой.

Самец белой куропатки внезапно застыл, съежился, и стремительно упал вниз по выпуклой дуге. Самка белоголового орлана не успела поймать его на лету, потому ей пришлось приземлиться на снег и выудить провалившегося на несколько десятков сантиметров самца белой куропатки. Только этот факт спас белоголовую птицу от той же участи, которая постигла ее обед — мгновенная смерть от столкновения с одним из самых мощных магнитных полей, созданных человечеством.

Прямо перед крылатыми созданиями находится объект, на который не то чтобы залетным птицам, но даже президенту любой (я не шучу, действительно любой) страны нет шанса попасть. Но мы, мой дорогой друг, получим такую уникальную возможность.

Магнитные поля — это всего лишь один из слоев защиты, скрывающих от лишних глаз научный центр «Генезис Фарм». С воздуха он выглядит как естественный ледниковый массив: геодезические купола сверху покрыты радиопоглощающей белой пеной, имитирующей снег, тепловой выхлоп реакторов пропускается через подземные змеевики, остужаясь до температуры вечной мерзлоты, а лазерные дальномеры по периметру глушат любую гражданскую оптику, решившую сфокусироваться на этом квадрате с пролетающего над центром самолета. Голографические маскировочные поля, системы подавления радиосигнала и генераторы ложных спутниковых снимков всегда активны, как и композитные панели, глушащие тепловой след — на случай, если купол, дальномеры и радиаторы подведут. Но даже если и поля с системами подавления не помогут, в центре имеются и другие способы решения проблем, влекущих рассекречивание. Способы дальнобойные и мощные.

Центр «Генезис Фарм» не существует на картах. Для спутников он был шумом — случайным отражением северного сияния, артефактом ионосферы. Для самолетов — зоной турбулентности, которую обходят десятью градусами вправо. Для мира — это было просто еще одно белое пятно на Аляске, где вечная мерзлота поглощала все: звуки, тепло, следы. Ловушки для дронов — от помех до ложных целей, всегда активны, но еще ни разу не понадобились, может кого-то и манит зрелище северного сияния, которое обитатели «Генезис Фарм» имеют удовольствие видеть чаще, чем кто-либо другой, только вот ледяная пустыня не выглядит привлекательной для такого созерцания. Разве что может случайно залететь пара крылатых созданий, как наши друзья из начала повествования, которым повезло меньше, чем другому крылатому созданию, живущему в самом центре, но о нем позднее.

Место для центра было выбрано крайне удачное, но в этом нет ничего удивительного. Ведь может показаться, словно центр проектировали не люди, а параноики с научными степенями, только вот на самом деле — это почти правда. Научный фармакологический центр «Генезис Фарм» проектировали великие умы, это место, созданное учеными для ученых. И здесь действительно наука граничит с одержимостью.

В этом высокотехнологичном ковчеге, на единственном кусочке Аляски, который, хоть и не на государственном уровне, но все же принадлежит русским, живет наука, жадность и страх. А еще там живет несколько десятков золотых умов. Ученые, являющиеся ведущими в своей сфере, защитившие две и более докторские диссертации, имеющие по несколько степеней, номинанты на Нобелевскую премию, и даже ее лауреаты.

Здесь работают наследники научных династий или гении с «доказанным коэффициентом полезности». У каждого из них есть личная дизайнерская лаборатория, со всем необходимым новейшим оборудованием, под нужды конкретного ученого, кабинет, присоединенный к лаборатории и номер на верхнем ярусе, не уступающий президентскому люксу. Разве что наоборот, превосходящий, ведь обычный президентский люкс вряд ли может похвастаться видами на северное сияние, которое жители верхнего яруса «Генезис Фарм» могут наблюдать, благодаря уникальным маскировочным полям, работающие лишь на зрение тех, кто находится снаружи. Эти номера оснащены гранитными стенами с инкрустацией метеоритного железа, пахнет там дорогим фильтрованным воздухом, с ионизацией альпийских лугов, а обслуживание же производит только персонал в униформе от «Loro Piana». И никому не приходило в голову, что это пустая трата денег на понты, потому что эти самые понты сопровождали с самого детства местных носителей золотых умов. При проектировании центра, вероятно, наоборот руководствовались тем, как бы найти больше возможностей для пустой траты денег, ничем другим панорамный ресторан с прозрачной крышей на самом верхнем ярусе, (в обычном жилом доме он был бы чердаком) объяснить невозможно.

Кроме наших драгоценных ученых таким номером может похвалиться нынешнее руководство, а также три психолога, общение с которыми является обязательным для большей части жителей «Генезис Фарм». Но постой, кажется тебе бросилась в глаза одна фраза, и появилась догадка, что раз есть «верхний ярус» то наверняка есть и нижний?

Так-то оно да не так. Средние этажи научного центра заняты описанными ранее лабораториями, просторным холлом, столовой (а соответственно и кухней, но скрытой от изнеженных глаз наших гениев), местами для отдыха, такими как спортивный зал, бассейн и конечно же теннисный корт, любимое развлечение богачей, как же без него? Удивительно, что никто не подал идею организовать в центре конюшню, чтобы удовлетворить рвение к еще одному, не менее любимому их развлечению, но пока что без коней.

На нижних этажах, все же называемых цоколем, а не нижним ярусом, так как расположены эти этажи уже под землей, оборудовано просторное бомбоубежище, и тем, кто находится внизу, было бы быстрее и легче всего спастись в случае необходимости, но на этом, увы, плюсы цоколя заканчиваются.

Там, внизу, размещено множество технических помещений, закутков, где ведут свою работу те, кто обеспечивает центру статус секретного. Но кроме того, в цоколе есть и жилые комнаты. Ну а куда еще селить этих многочисленных программистов, уборщиков, лаборанток, посудомоек и поваров, техников и прочих слесарей? Стоит заметить, персонал, обслуживающий номера верхнего яруса не в счет, VIP горничные уровня A, повара, выкупленные из мишленовских ресторанов и личные ассистенты тех ученых, которым они нужны, конечно же имеют свои метры на верхнем ярусе, без панорамных окон, правда, но чем богаты. Но даже они про жителей цоколя говорят «подземельщики» и недовольно морщат носик. В комнатах цоколя нет окон, обстановка внутри простая, чтобы покрыть минимум потребностей с помощью однотипной дешевой мебели из IKEA и не менее дешевых кондиционеров.