Сделав общее внушение, декан перешел к индивидуальному «творческому разбору», выискивая у каждого слабое место.

— Плечи кривые, — бросил он, останавливаясь перед коренастым Вальдом. — Осанку нормально держать не можешь, а о щите и говорить нечего.

Тот замер, сжав кулаки, но не посмел даже рта открыть. Вальд был простолюдином, а значит, как и я, прошел через Артефакт. Его место здесь было предопределено, но любое возражение декану могло вмиг перечеркнуть его судьбу.

— А ты, хоть бегать умеешь? — Трейнар язвительно скосил глаза на долговязого парня из знатной семьи. — Или только по балам да трактирам шнырять?

Тот лишь густо покраснел, отводя взгляд.

О, а этого наверняка через экзамен зачислили, — машинально отметила я.

Так магистр прошелся по всем, выискивая изъян. И вот, его тяжелый взгляд упал на меня. Я инстинктивно вытянулась в струнку, ожидая порцию уничижительной критики. Но декан лишь задумчиво окинул меня взглядом. Я видела в его глазах то же, что и в первый день: непонимание. Артефакт никогда не ошибался. Он распределял по заслугам и талантам. Но глядя на меня, Трейнар видел аномалию, ошибку в безупречной системе, которую он был вынужден принять.

Так ничего и не сказав он тяжело вздохнул и не останавливаясь, прошел мимо, что-то сердито бурча себе под нос.

— Начнем с малого, — рявкнул магистр, возвращаясь на свое место. — Десять кругов по полигону. Бегом! Вспомните, ради чего вы здесь. Ради того, чтобы однажды стать той самой стеной, что не пропустит Тьму.

Отряд рванул с места, как подстегнутый кнутом. Я поспешила следом. Дышать стало нечем уже на втором круге. Легкие горели огнем, в висках стучало, а стройные, подтянутые спины однокурсников безжалостно удалялись вперед. Безнадежно отстав, я продолжала плестись следом, упорно двигаясь вперед.

Едва отдышавшись после бега, мы приступили к разминке. Прыжки, наклоны, выпады. Каждое движение давалось с трудом. Мышцы ныли от непосильной нагрузки. Я падала. Колени обжигала утоптанная земля, в глазах темнело от напряжения. Но я поднималась. Стиснув зубы, цепляясь за воздух, за собственное упрямство – и снова пыталась. В какой-то момент я перестала считать, сколько раз упала. Главное было не остаться лежать.

Магистр Трейнар ходил между нами, то и дело ворча: «Выпрями спину! Кто так щит держать будет, горбатый?», «Глубже присед! Монстры не будут ждать, пока ты разомнешься!». Его стальной взгляд, казалось, прожигал каждого насквозь, выискивая малейшую слабину, а при виде меня он только хмыкал и проходил мимо.

В общежитие я вернулась уже затемно, волоча ноги, как заправский зомби. Дверь со скрипом поддалась, и я, не разбирая дороги, ввалилась внутрь. От резкого хлопка Нитара, сидевшая на своей кровати с каким-то свитком, дернулась и обернулась, глаза ее были полны тревоги. Увидев, что это я, она обмякла, её плечи расслабленно опустились. Она что-то пробормотала, но я уже не различала слов. Доползя до кровати, я рухнула в чем была.

Иламира, сидевшая за столом, оторвала взгляд от увесистого фолианта. Холодные глаза медленно поднялись на меня, вносящую хаос усталости и грязи в её идеально упорядоченный мир. Взгляд отражал бездонное недоумение и тихое, всепоглощающее отвращение. По лицу Злодейки скользнула лёгкая, почти незримая тень брезгливости. Она не проронила и слова, но этот молчаливый укор, застывший в изгибе брови и лёгком сжатии губ, был красноречивее любых упрёков.

Но мне было плевать. Сквозь свинцовые веки я успела заметить, как в воздухе мерцает назойливое окно Системы, напоминая, что до конца задания осталось чуть больше часа.

Мысленным усилием я отмахнулась, уже скорее по привычке. Наконец-то этот бесконечно длинный день подошел к концу. Закрыв глаза, я провалилась в глубокий, беспросветный сон.

Глава 7

Я бежала сквозь непроглядную тьму, боясь повернуться. Спину невыносимо жгло от чего-то пристального взгляда. Казалось, еще немного – и что-то огромное и безжалостное схватит меня и… сожрет. Я запнулась, но, удержав равновесие, не остановилась, а припустила еще сильнее подгоняемая страхом. В голове набатом стучала только одна мысль:

Быстрее! Нужно бежать еще быстрее, а не то сейчас…

В какой-то момент я не выдержала и обернулась.

В кромешной пустоте парил гигантский механический Глаз. Он висел неподвижно, но при этом словно преследуя продолжал держать одну и ту же дистанцию. Сколько бы я ни бежала, он всегда был за моей спиной и не сводил с меня своего пристального взгляда.

Бесполезно, мне не убежать! — отчаянье накатило густой волной.

Я отпрянула в безнадежной попытке отдалиться, и в этот же миг почувствовала, как единственное на что сейчас могла положиться исчезло. Пол пропал, и я провалилась в пустоту. Падение казалось бесконечным. Я зависла, не ощущая привычного притяжения. Но медленно отдаляющийся Глаз, всё ещё неотрывно наблюдавший за мной, говорил об обратном.

Всё оборвалось резким, болезненным ударом. Воздух с хрипом вырвался из лёгких, заставляя проснуться.

Я лежала на спине, впитывая кожей холод сырой земли. В ушах звенело, а перед глазами плавали темные пятна. Судорожный вдох обжег горло ледяной сыростью. Я кашлянула, пытаясь вернуть в легкие воздух, ощущая как в боку заныло от сильного удара.

Медленно поднявшись, я огляделась, еле держась на дрожащих ногах. Происходящее казалось продолжением кошмара. Ни уютных стен общежития, ни теплой кроватки, в которой я спала минуту назад. Только гигантские, молчаливые сосны, упирающиеся в черное, беззвездное небо. Их скрюченные силуэты казались тенями в непроглядной, почти осязаемой тьме. Воздух пах прелой листвой, влажной землей и чем-то еще… Гнилым мясом?

В ответ на невысказанный вопрос в темноте вспыхнуло ядовито-синее окно, на мгновение ослепив. Глаза заслезились от яркого света. Проморгавшись, я уставилась на ненавистный интерфейс, в центре которого висело новое уведомление.

«Задание провалено.

Активировано наказание:

выжить в Мглистом лесу в течение 4 часов.

Желаем удачи!»

— А... — только и вырвалось у меня. Усталость давила на плечи. Сознание, выдернутое из тяжелого сна, с трудом улавливало ускользающую суть сияющих букв. Я тупо уставилась на Систему, как баран на новые ворота.

Система же, не удостоив меня разъяснениями, растворилась, оставив с лесом наедине.

— Сумасшествие какое-то, — пробормотала я, проведя рукой по растрепанным волосам. Хриплый голос казался неприлично громким в гнетущей тиши.

Наконец проснувшийся мозг живо нарисовал картинки того, как голодные монстры разрывают мою тушку на мелкие куски:

— Раз со Злодейкой не прокатило, так теперь лесу решила скормить? Что б уж наверняка!

От бессилия я со всей дури пнула валявшуюся под ногой ветку. Та, описав короткую дугу, отлетела на пару метров и с глухим стуком врезалась в небольшой, припорошенный хвоей холмик.

Холмик шевельнулся.

Я замерла. Из-под слоя земли и иголок медленно поднялась морда, покрытая жесткой щетиной. Два крошечных, как бусинки, глаза пылали в темноте алым огнем. В них читалась не просто злоба, а оскорбленная ярость существа, чей сон грубо прервали.

— Э-э-э... Хороший монстрик... — протянула я, чувствуя, как кровь стынет в жилах.

Монстрик – размером с крупного волка – отряхнулся, поднялся и сделал шаг в мою сторону, глухо зарычав.

Внутренне обмирая, я схватила увесистую палку.

— А НУ-У-У! — грозно крикнула я, резко замахнувшись.

Оскалившись, монстр пригнулся к земле, готовясь к прыжку. Время, казалось, остановилось. Меня всю трясло от страха, но мысленно я судорожно пыталась выковырять из глубин своей памяти хоть что-то с уроков ОБЖ.

Что делать-то? Что делать?!

Дальше все произошло в одну секунду. Монстр кинулся вперед. Зажмурившись со страха, я что есть силы ударила палкой перед собой. Раздался жалобный скулеж. Осторожно приоткрыв один глаз, я увидела, как существо, прижавшись к земле, спрятало морду в лапах.