— Следующий! — проскрипел привратник, вперившись в меня холодным взглядом.
Я шагнула вперёд, протягивая смятый документ с печатью Башни Целителей. Привратник — сухопарый мужчина с сединой на висках — взял документ так, будто это была дохлая мышь, и уставился на него с таким рвением, словно пытался выискать скрытый смысл в стандартных каракулях чиновника. На мгновенье показалось, что еще немного и он прижмёт бумагу к носу и обнюхает.
— Форст… Из приюта, значит, — задумчиво протянул он, поднимая на меня глаза и растянув губы в слащавой улыбке протянул документ обратно. — Удачи, девочка.
Это выражение настолько не вязалось с его внешностью, что вместо участливой заботы казалось улыбкой Джокера, поджидавшего свою жертву.
Неужели это и есть так называемый ореол главной героини?
Я нервно сглотнула, понимая, что по доброй воле этот персонаж ни в жизнь бы не стал любезничать с приютской девчонкой.
— С… спасибо, — проблеяла я и сграбастав документ прошмыгнула на территорию академии.
Ворота с глухим стуком захлопнулись за моей спиной. Двор встретил журчанием фонтанов и ароматом цветущих клумб. Студенты в разноцветных мантиях спешили по крытым галереям, их смех эхом отражался от полированных колонн, увитых плющом. Где-то вдалеке мерно звонил колокол, отсчитывая последние минуты до начала вступительных испытаний, заставляя сердце биться чаще.
У массивной таблички с надписью «Приёмная комиссия» сидел студент — парень лет восемнадцати, с надменным выражением лица и полусонным взглядом, всем своим видом демонстрировавший вселенскую скуку.
Вот он, будущий герой третьего плана, — хмыкнула я, рассматривая его небрежно накинутую мантию и нарочито скучающий вид. Парень лениво принял направление, нехотя черкнул что-то в толстенной книге и выдал клочок бумаги с номером, выведенным кривым почерком.
Перешагнув порог прохладной приёмной, я с облегчением умостилась на пустое место в самом углу. После долгого стояния под палящим солнцем оно казалось почти раем. Но в том-то и дело, что почти. Очень хотелось домой. Я подняла глаза на потолок, чтобы прогнать непрошенные слезы.
И когда это я стала такой сентиментальной?
Я нахмурилась и опустила взгляд в пол.
Совсем ты, Варька, расклеилась. Вместо того чтобы хандрить лучше б полезным делом занялась.
Кстати, о полезном.
— Система, — позвала я шёпотом.
Тишина. Я повторила, уже громче, чувствуя, как по спине бежит холодок. Вместо ответа — где-то в груди кольнуло, будто кто-то пытался пробиться через стену и не мог. Странное ощущение — словно я на мгновение стала... невидимой. Или заглушенной. Я тряхнула головой, отгоняя наваждение, и попыталась снова — но Система молчала
— Вот тебе и всемогущий помощник, — обиженно выдохнула я сквозь зубы.
Когда не надо глаза мозолит, а как понадобилась так не дозовешься.
Да где тебя черти носят, Система ты глюкнутая?!
Глаза ослепило. Система наконец соизволила показаться и кажется, была не в духе.
О чем это я? Разве у Системы могут быть эмоции? Точно нет. Да и не важно это сейчас, главное она на мысленный зов отозвалась.
Решив больше не думать о странностях Системы, я открыла вкладку с характеристиками Эвелин Форст.
Показатели были просто блеск: Ур 1, Мана 15, Сила 5, Выносливость 3. Зато Репутации было аж 100.
И с этим я должна сражаться с монстрами?
Угум, так и представляю выхожу значит в чисто поле и говорю собравшемуся напасть на меня монстру:
— Не ешь меня Порождение Зла, я не вкусная.
А монстр мне отвечает:
— Уговорила красавица, есть не буду, только понадкусываю…
— …шестой номер, сто пятьдесят шестой номер! — окрик преподавателя, прозвучавший неожиданно громко, заставил вздрогнуть.
Оказывается, я настолько ушла в свои мысли, что чуть было не пропустила свою очередь. Вскочив как ошпаренная, я на негнущихся ногах направилась к массивным дверям. Причудливые бронзовые узоры, изображающие переплетение диковинных растений, казались зловещим предзнаменованием. Или просто неудачной работой дизайнера?
Двери приоткрылись с тихим скрипом, выпуская в коридор густую волну приторной сладости и чего-то электрически-острого — запаха живой, бурлящей магии, от которого щекотало в носу.
Надеюсь, я не чихну прямо перед комиссией.
Просторный зал, залитый ярким солнечным светом, встретил меня взглядами четырёх пар глаз, оценивающих и изучающих. Во главе стола восседал ректор в чёрной мантии, украшенной серебристой вышивкой. По бокам от него застыли деканы.
Деканша в зелёной мантии факультета Алхимии держалась с безупречной осанкой и бесстрастным лицом словно высеченным из слоновой кости. Она окинула меня взглядом задержавшись на скромной одежде, оценивая, как простолюдинка впишется в элитные стены Академии.
Декан в алой мантии факультета Стражей бросил на меня мимолетный взгляд и тут же отвернулся к окну. Ему было интереснее смотреть в окно, чем на очередную абитуриентку.
А вот декан факультета Целителей внимательно смотрел на меня из-под своего голубого капюшона. Лица почти не было видно, но глаза, яркие и живые, светились одобрительным интересом.
Я замерла у порога вперившись взглядом в артефакт, стоящий в центре зала. Древний кристалл с причудливыми прожилками мерцающего кварца возвышался на мраморном пьедестале. Его грани переливались всеми цветами радуги, напоминая застывшую каплю звёздной пыли, пойманную в ловушку времени. Именно этой штуковине и предстояло решить мою судьбу.
— Положите руку на артефакт и не двигайтесь, — дежурно улыбнулся ректор. Его добродушный, завораживающий своей мягкостью голос неприятно резанул по натянутым нервам. Уже и так бешено колотившееся сердце забилось с такой силой, словно вознамерилось попасть в книгу рекордов Гиннеса.
Слишком сладко , — подумала я, украдкой взглянув в его равнодушные глаза.
Преодолевая дрожь, я подошла к артефакту и коснулась ледяной поверхности. Тишина, прерываемая едва слышным шепотком за спиной, давила. Секунды казались вечностью. Не выдержав, я скосила глаза на комиссию. Декан Целителей слегка наклонился вперед, выжидая. Деканша Алхимии продолжала хранить ледяное спокойствие. А декан Стражей лениво наблюдал за пылинками в луче света.
Ну вот и всё , — отчаянно пронеслось в голове. —Сейчас станет ясно, что магии во мне – кот наплакал, и вышвырнут меня отсюда пинком под зад. Сюжет закончится, едва начавшись, а я навеки застряну в этой проклятой Системе.
Глаза защипало от подступающих слез бессилия.
Внезапно в ушах прозвенел тонкий, высокий звук, словно лопнула невидимая струна. Я моргнула. Внутри кристалла заклубился туман — серый, вязкий, он выползал из самой глубины, закручиваясь в медленные спирали. Ледяная поверхность под пальцами затрепетала будто живая.
Я затаила дыхание. Декан Целителей замер. Деканша приподняла бровь — впервые за всё время её маска дала трещину.
Кристалл пронзил багровый отблеск.
Не лазурный, не тот мягкий свет, что обещал Целительский факультет, алый, густой, зловещий — как кровь, застывшая в янтаре. Он вспыхнул и погас, оставив после себя пульсирующее пятно перед глазами.
Я стояла, вцепившись в холодный камень с такой силой, что ногти побелели от напряжения. В голове было пусто, только где-то на краю сознания билась одна мысль:
Это не моё. Это не моё направление!
— Факультет Стражей? — резко обернулся декан в алой мантии. Он привстал, пристально вглядываясь в кристалл, а потом бухнулся обратно на свое место, пробормотав что-то про триста лет.
Старик в капюшоне резко выпрямился, сощурив глаза. В них вспыхнул нескрываемый, почти научный интерес, смешанный с досадой. А деканша в зеленом медленно, как в замедленной съемке, подняла на меня глаза. Казалось, она сейчас прожжет во мне дыру.
— Факультет Стражей... — тихо, но отчетливо повторил ректор, его добродушный тон наконец дрогнул, сменившись на натянутую вежливость.
— Интересно... – цокнула деканша, не скрывая удивления. — Последний раз женщина проходила отбор в Стражи... при Альтаире I кажется?
