Зло вытираю выступившие слезинки. Обида жжёт не хуже углей. Ирка бы не стала так мямлить. Ирка нашла бы, что ответить. Она хоть и младшая, но всегда может постоять за себя. А я…

Тяжело вздыхаю и передёргиваю плечами - нестерпимо зудит между лопаток.

На выходе из зала бросаю последний взгляд на тот столик, где сидит Кирилл Семёнович и замечаю, что он смотрит в мою сторону. На его губах играет лёгкая улыбка, а у него на коленях сидит уже другая “зайка” и что-то нашёптывает ему на ухо.

Кобель! Отворачиваюсь и немного раздражённо вырываю свой локоть из цепких пальцев Алексея Михайловича.

– Я сама, - тихо говорю ему в ответ на его вопросительный взгляд.

Стыжусь своей вспышки раздражительности. Видимо, нервы совсем расшалились от всего пережитого.

Хорошо, что я больше никогда не увижусь с этим… типом.

На этот раз в комнатке, где я переодевалась в прошлый раз, было пусто. Алексей Михайлович вошёл первым и щёлкнул выключателем.

– Заходи, - сухо бросает он мне и идёт к столику, на котором стоят стаканы и бутылки с выпивкой. - Будешь?

Мотаю головой из стороны в сторону.

– Я не пью, - тихо лепечу я и жмусь к стене.

– Как хочешь, - безразлично говорит Алексей Михайлович. - Чего стоишь? Проходи. Садись.

Он указывает рукой на большой кожаный диван. Брезгливо морщусь от воспоминаний о том, чем занимались на нём те неизвестные мужчина и женщина.

– Спасибо, я постою, - выдыхаю я. - Алексей Михайлович… - начинаю я, но он меня перебивает.

– Тогда вали отсюда, - устало говорит он и одним глотком выпивает содержимое стакана, а затем наливает себе ещё одну порцию алкоголя.

Недоумённо хлопаю глазами.

– Как это “вали отсюда”? - спрашиваю изумлённо. - А деньги?

Он резко разворачивается ко мне, даже стакан отложил в сторону.

– Что? - шипит он так, что даже гадюка позавидовала бы. - Что ты сказала?

– Ну… я…

Снова сконфуженно мямлю.

– Я… я… - передразнивает меня Алексей Михайлович. - Говори чётко и коротко! Не трать моё время!‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вздрагиваю от крика, но в то же время в голове прояснилось.

– Пусть и не всю смену, но я работала и вы должны мне деньги за…

Громкий смех прерывает мою тираду.

– Ты смотри, - ни к кому не обращаясь говорит Алексей Михайлович.

Он качает головой, как бы в неверии, что кто-то вообще способен сморозить такую глупость, а затем быстро пересекает разделяющее нас пространство и нависает надо мной.

– Слушай ты, цветочек нежный, - снова переходит он на змеиный, - скажи спасибо, что вообще цела осталась и на своих двоих можешь покинуть этот дом. Ты себе даже не представляешь кому ты сегодня отказала! Он и за меньшее бошки откручивал!

Алексей Михайлович с размаху бьёт по стене раскрытой ладонью возле моего лица.

Вздрагиваю. Сердце начинает стучать часто-часто. Руки и ноги меленько подрагивают. Пытаюсь слиться со стеной, когда он опирается ладонями о неё по обе стороны от моей головы. Его лицо приближается к моему уху, чувствую его дыхание на шее.

– Это я ещё молчу, - продолжает цедить слова Алексей Михайлович, - о разбитом кальяне и прожжёном ковре.

Он отталкивается руками от стены и в два шага оказывается возле дивана. Хватает с подлокотника какие-то тряпки и швыряет их мне в лицо. Машинально ловлю их.

– Выметайся! - орёт он. - А иначе отдам тебя шестёркам банды. Хоть так отработаешь долг за кальян и ковёр!

Не могу сделать и шагу. Прижимаю к груди тряпьё и стараюсь побороть тошноту. Дышу глубоко и часто.

Алексей Михайлович резко успокаивается, достаёт мобильник и набирает какой-то номер. Спустя секунд десять ему ответили.

– Подойди, - спокойно говорит он в трубку. - Да, есть тут одна, - бросает на меня косой взгляд. - Ага. Забирай.

Он завершает вызов и смотрит на меня.

Не прошло и минуты, как в дверь постучали.

– Не надо, - почти шепчу я и качаю головой, слёзы уже не сдерживаю, они градом катятся из глаз. - Прошу вас.

Горло схватил спазм, губы неохотно шевелились. Только не это. Только не отработка долга…

Глава 4

Полина

Я медленно поворачиваю голову и с ужасом слежу, как открывается дверь. Сердце испуганным воробьём бьётся где-то в районе пяток. Забываю, как дышать.

– Звал? - в комнатку протискивается горилла-охранник.

Он останавливается возле двери и перегораживает своей тушей выход.

Не сбежать. Теперь уже наверняка. Выдыхаю и прикрываю глаза. Это конец.

– Чего это с ней? - слышу удивлённый голос охранника и распахиваю глаза.

Он стоит на прежнем месте и переводит вопросительный взгляд с меня на Алексея Михайловича. Тот в ответ лишь пожимает плечами и устало трёт переносицу.

– Уведи её отсюда через чёрный выход. Так, чтобы никто не видел.

– Косякнула? - кивает в мою сторону охранник.

Алексей Михайлович издаёт нервный смешок, берёт со стола свой стакан и делает большой глоток из него.

– Отказала Глыбе. При всех.

– У-у-у. Залёт.

Охранник качает головой и мне даже кажется, что он слегка поёжился.

Смысл их диалога не сразу доходит до меня. Меня что, отпускают? Я несмело делаю шажок в сторону двери.

Охранник протягивает ко мне свою лапищу. Испуганно отшатываюсь обратно к стене.

– Ты чё ей наговорил, Михалыч? - басит охранник и удивлённо вскидывает брови.

В ответ Алексей Михайлович лишь досадливо машет рукой и делает очередной глоток из стакана.

– Ты же не пил лет пять, - удивляется охранник и хмурит брови.

– Уйди, а, - кисло морщится Алексей Михайлович. - И эту забери поскорее.

Охранник поворачивается и снова тянет свою лапищу ко мне.

– Слышь, птаха…

– Сама! - выкрикиваю я и смотрю на дверь.

Охранник снова смотрит на Алексея Михайловича, а потом делает шаг в сторону и со смешком говорит:

– Ну сама, так сама. Лети, птаха, клетка открыта.

Быстро проскальзываю мимо него в открытую дверь и делаю несколько шагов. Замираю. Куда идти? Дом огромен!

– Налево, - слышу голос охранника. - Не дури. Я тебя трогать не буду. Сдалась ты мне, будто девок мало в этом доме. Я Слон, а не бобёр, чтобы на каждое бревно кидаться.

Я возмущённо вскидываю голову.

– Горилла ты, а не Слон!

Слова срываются с губ, прежде чем я успеваю подумать. Вся моя смелость мигом улетучивается.

В ответ на мою реплику охранник весело гогочет и проходит вперёд.

– Пришла в себя? - добродушно интересуется он.

Краснею, кажется, до кончиков волос.

– Вроде бы, - тихо говорю я и только сейчас замечаю в своих руках одежду.

Присмотрелась - моё платье. Со страху даже свою вещь не узнала.

– Наденешь?

Поворачиваю голову и смотрю на закрытую дверь гардеробной. Туда я точно не вернусь. Поворачиваюсь к охраннику и киваю.

Натягиваю платье прямо поверх “униформы”, поправляю волосы. Теперь я чувствую себя гораздо уверенней.

– Я готова.

– Тогда за мной.

Проходим мимо небольшой комнатки. Похоже, кладовая. Поворачиваем налево, затем направо, пересекаем кухню и выходим на задний двор.

Торможу на пороге - нервное напряжение начинает отпускать.

Ещё немного и этот кошмар останется позади.

Доходим до ворот и только сейчас я замечаю, что забыла свою сумочку в гардеробной, а вместе с ней и паспорт, и телефон, и кошелёк.

Всхлипываю.

– Что? - спрашивает охранник. - Передумала уходить? Хочешь вернуться?

Яростно мотаю головой.

– Я сумочку забыла, а в ней - всё.

Снова всхлипываю.

– Не реви. Я ща. Жди здесь.

Я в ответ лишь киваю.

Пока охранника нет, пытаюсь успокоиться. Вдыхаю всей грудью прохладный воздух. Август в этом году выдался зябким. Смотрю на ночное небо - мерцающие звёзды успокаивают. Они за городом ярче и как будто бы ближе.