Бабушка привела Луану к шкафу и сказала:

— Открывай.

Лу осторожно потянула за дверцы шкафа и с восхищением уставилась на платье. Оно было великолепным. Белоснежный корсет был расшит нитками от серебристых до темно-синих оттенков. Фатиновая нежно-голубая юбка абсолютно гармонировала с лифом платья. Но самым необычным и изящным аккордом этого нарда являлись рукава из тонкой прозрачной ажурной ткани белого цвета. Их не нужно было надевать на плечи, они начинались чуть выше локтя и заканчивались на запястьях. Мадам Элем лишь слегка прихватила их к корсету, чтобы не слетали и вшила тоненькую резиночку в основание. Рукава были большими и воздушными и напоминали Луане крылья бабочки.

— Ба-а-а-а-а, — благоговейно выдохнула Лу, — оно прекрасно.

— Как раз тебе под стать, ласточка моя, — рассмеялась мадам Барош.

Следующий час они потратили на примерку и восхищенные вздохи. Нарадовавшись как ребенок, Лу ускакала по своим делам. Сегодня она обещала мадам Сесиль помочь с разгрузкой провианта к новогоднему столу и подменить Пьера на пару часов в зверинце, чтобы подсобник мог сгонять в МонтКлер.

К балу Луана готовилась не долго. С самого утра и за два часа до праздника Лу помогала в подготовке этого самого бала. Ворвавшись в свою комнату, она быстро разделась и метнулась в ванную. Быстро приняв душ и накинув пижаму, она встала в дверной проем, сложила руки на груди и мысленно позвала Эви. Ей срочно нужно было высушить волосы.

— Эви, пожалуйста, миленький. Очень нужно.

Дух ответил теплым ласковым ветерком и через минуту все было кончено.

— Спасибо тебе, — сказала Лу и взглянула на веточку рябины, что так и стояла в кружке на подоконнике.

Эви коснулся ее щеки и испарился.

Косметикой подсобница не пользовалась, но на этот случай позаимствовала у мадам Сесиль несколько баночек для красоты. Лу слегка подкрасила ресницы и придала цвета бровям, увлажнила розовым кремом губы и прибрала волосы со лба, зацепив их на макушке.

Мадам Элем помогла надеть девушке платье, достала из коробки туфельки, обшитые белой тканью с вышивкой как на корсете и небольшой бант. Пока Лу восхищалась туфельками, женщина аккуратно повязала Моне бант на шею и погладила по серебристой шерстке.

— Ну вот, мадмуазель, вы и готовы, — счастливо рассмеялась женщина. — Ваши кавалеры уже заждались вас.

Лу неуверенно вышла в зал и встретилась с восхищенным взглядом Арно.

— Какая же ты красивая, Луана Барош, — с трудом справившись с волнением произнес огневик.

Его наряд как всегда был сдержанным и элегантным и на удивление подходил к цветовой гамме наряда Лу.

Шерб же, галантно переступил с ноги на ногу и опустил голову, чтобы поздороваться с Моной. Волчица, долго не думая, лизнула черного волка в нос. Лу звонко рассмеялась и надела пальто, заботливо предоставленное Арно.

От убранства зала и количества магии в нем у Лу закружилась голова: причудливая ель, украшенная сотнями замысловатых игрушек и серебристым поездом, разноцветные напитки, изысканные закуски и десерты в движущихся вагончиках, торжественная речь ректора и выступление студентов — все это безумно понравилось подсобнице.

Она никак не могла поверить, что стала частью студенческой жизни. Ей казалось, что она здесь лишняя, и что пробуждение в ней магии — большая ошибка. Она думала, что все это сладкий сон, который вот-вот закончится. Она всего лишь подсобница и вовсе не имеет права находиться здесь, пить эти странные, но веселые напитки, угощаться необычными блюдами и наблюдать за чудесами, происходящими здесь на каждом шагу. Все сомнения девушки развеялись, когда она услышала заветное:

— Потанцуем?

Лу покраснела и приняла предложение потанцевать.

Вальс с первых аккордов затянул влюбленных в водоворот нежности и страсти. За ним последовала воздушная кадриль, потом еще что-то и еще… Арно и Луана не считали сколько исполнили танцев и лишь когда выбились из сил, остановились, чтобы передохнуть. А освежившись, продолжили танцевать. Времени они не теряли, и за два часа натанцевались так, что ноги гудели, а головы слегка кружились.

— Пора, — взглянув на часы сказал де Эскофье и потянул девушку на выход.

Они попрощались с сокурсниками, оделись и вышли на улицу. Уже стемнело, но ясное небо, яркая луна и снег, укрывший всю территорию академии, освещали все вокруг.

Спускаясь по лестнице, они встретили Гийома, который виновато взглянул на них и опустив глаза, прошел мимо. С тех пор как Жюстину отчислили из академии за магическое нападение на Лу, воздушник притих. Кажется, до него наконец-то дошло, что Арно ему не по зубам, а подсобница тем более. Урок Лу тоже не прошел даром. Лигарде перестал покупать еду в кафетериях, а на сладкое теперь и вовсе не смотрел.

— Эх, молодежь, сколько вас можно ждать? — встретил ребят ворчливый голос месье Бассета.

— Да ладно тебе, Жак, праздник же, — пожурила его мадам Сесиль. — Ну что? Натанцевались?

— Да! — счастливо выдохнула Лу.

— Деточка, переодень-ка обувь, — протянула мадам Элем сапоги Луане. — Шапку еще, шарф и перчатки, — приговаривала она и заматывала девушку потеплее.

— Все готовы? — появился во дворе академии месье Канова.

— Готовы-готовы, — добродушно улыбнулся Арно.

Волки уже убежали вперед, разведывая обстановку.

— Тогда поехали, Пьер наверняка уже заждался.

Месье Оливье протянул Арно веревку от саней, нагруженных неизвестно чем, и потянув свои сани, потопал к центральным воротам академии. Подсобники, Арно и мадам Элем отправились в МонтКлер отмечать праздник.

Мадам Барош пригласила всех в гости и отказов не приняла. Луана с бабушкой была согласна, за последний месяц ее привычный уклад жизни сильно изменился, и ей иногда казалось, что так она живет уже несколько лет. Теперь она не одинока, ее окружают близкие и любимые люди. А еще у нее есть фамильяр. Все чаяния, все мечты подсобницы сбывались одна за другой. Да, было трудно, больно и одиноко, но Лу никогда не унывала и не опускала рук.

Пьер нетерпеливо переступал с ноги на ногу:

— Ну сколько вас можно ждать?

— Вот и я о чем, — поддержал его месье Бассет.

— Вы проголодались что ли? — догадалась мадам Элем. — Ну-ка, — она развязала мешок, стоящий на санях месье Канова и выдала всем по закрученной тонкой лепешке с мясоовощной начинкой. — Держите, на воздухе есть приятнее.

Шерби тоже сунул свой голодно-любопытный нос в мешок мадам Элем и получил пару закрученных лепешек. Мона трапезничала сидя на санях величественно и не торопясь. После еды Шерб раззадорился и поднырнув под руку месье Канова нацепил веревку от саней себе на шею и гордо потянул сани с маленькой волчицей вперед.

— Лу, садись, прокачу, — последовал примеру волка Арно.

— А чего только Лу? — запротестовала мадам Сесиль. — Я тоже устала.

Она забралась на сани к Моне и ноша Шерба изрядно потяжелела. Черный волк, однако на судьбу не роптал и продолжал тянуть сани.

— А я по-вашему молод и энергичен? — привычно заворчал почтальон и уселся позади Лу.

Арно охнул.

— Давай-ка мадам Барош, садись в сани Пьера, — скомандовал месье Канова.

— Только после тебя, дорогой месье Оливье, — она ласково улыбнулась мужчине и опустила стеснительный взгляд.

— Ну и ну! — рассмеялся Пьер. — Ну что ребята, прокатимся с ветерком?

И они наперегонки помчались в заснеженный предновогодний МонтКлер.

Вот так весело и сытно вся честная компания спустилась с гор, на которых раскинулась академия магии и шумно завернула на улицу Оловянного блюда.

Они еще долго смеялись и разгружали сани, громко переругивались и отряхивали одежду от снега (по дороге сани несколько раз переворачивались) и лишь через час вошли в дом.

На стол накрыли быстро. Мадам Элем наготовила множество блюд еще там, в домике подсобников в академии, и привезла все сюда. Мадам Сесиль с гордостью (ведь ее сани ни разу не перевернулись) выставила на стол вагончик с чудными закусками, что Лу видела на балу, но так и не попробовала, увлеченная танцами с Арно. Месье Жаку так понравился глинтвейн, что варил Арно, что он, воспользовавшись своим положением, заказал все ингредиенты с доставкой в академию и сейчас деловито стоял у плиты помешивая ароматное варево. Пьер с помощью Моны и Шерби растапливал камин, а месье Канова не сводил глаз с мадам Барош.