Пару недель не происходило ничего заслуживающего внимание, не считая обычную суету по подготовке к отбытию на ротацию. Свен продолжал дрючить канониров, устраивая внезапные учения, где выбирал очередную жертву броском игрального кубика, чем заслужил репутацию кровожадного и беспощадного людоеда. Постепенно удалось довести скорострельность расчетов каждого орудия до двух выстрелов в минуту при том, что его собственный расчет делал три выстрела за то же время. Капитан как-то незаметно спихнул на него всё командование артиллерией, причём Свен даже не понял, в какой именно момент это произошло. Лютовал он исключительно по делу, за похвалой в карман не лез, косяки и залеты подчиненных перед начальство принимал на себя и отстаивал их, как свою семью. Так как огнестрельного оружия в роте внезапно стало много, капитан также попытался спихнуть на него стрелковую подготовку, но тут Свен решительно возмутился: он готов научить правильно заряжать и обслуживать мушкеты, но пусть стрелять учат те, кто это сам хорошо умеет – вон, в каждом взводе аж по два марксмана, пусть они делом займутся! Начальство с такой постановкой вопроса в итоге согласилось. Теперь Свен по часу каждый день объяснял легионерам премудрости обращения с мушкетами, не стесняясь палкой вбивать правила техники безопасности в особо непонятливых.

Раз удалось сходить на охоту, где добыли аж полдюжины антилоп. На том всё интересное и закончилось, осталась скучная рутина, из которой и состоит практически вся армейская жизнь. А потом была ротация. Не забывая старательно изображать занятость, артиллеристы с интересом наблюдали за бешенным всплеском солдатской активности в ПВД, где спешно ставили новые палатки, уже третий раз за утро выметали плац, который дорога, и творили прочее разуму непостижимое.

-Что-то много палаток ставят в этот раз, - флегматично прокомментировал происходящее Калуд. – Сержант, не знаешь, кто на замену Риджу придёт, ничего не слышал?

-Кто мне доложит-то? – столь же флегматично ответил Свен, откусывая от засушенного плода инжира. – Но ты верно подметил, много палаток. Это что, ещё целая рота прибыла?

-Не, если бы целая рота, нам бы сказали, - лениво пробормотал Лук, ковыряясь бамбуковой щепкой в зубах. – А так да, на два взвода палатки ставят, не меньше.

-Первую заповедь артиллериста не забыли? – уточнил Свен?

-Никак нет! – Калуд шуточно изобразил стойку «смирно» в положении сидя. – Начальство грядёт! Делай вид, что ты занят!

-Ну вот и отлично! Лук, через час сменишь Герта на посту. Пока всем отбой. Ведь что самое важное после приёма пищи?

-Хорошенько поспать, господин сержант! – хором рявкнули оба расчета на бастионе.

Прибытие пополнения Свен самым наглым образом проспал. Ну, прибыли – и прибыли, зачем людей будить? И орков тоже будить не нужно. Так как повышенную боевую готовность никто не отменял, артиллеристы дневали и ночевали у орудий, туда же им приносили еду с кухни. Ближайший повод выйти на общую территорию части появится только вечером третьего дня: надо же попрощаться с боевыми товарищами? Да и Риджу кое-что нужно с собой передать. Пока же занимаемся по боевому расписанию. Это значит, не мешайте превозмогать тяготы суровой службы, пусть даже во сне!

Взвод лейтенанта Риджа благополучно отбыл в направлении портала (что бы это устройство из себя не представляло), прибывшие ему на замену два взвода выясняли обстановку и осваивали территорию ПВД. К счастью, артиллеристов это не касалось: все орудия находились на стенах, проходы к которым охраняли часовые. Собственно, там оно и началось.

При свете масляной лампы Свен вычерчивал директрисы и сектора огня на карте, когда раздался свисток караульного. Схватив ассагай, он ринулся к посту по длинной галерее вдоль стены.

-Что здесь, Лук? – рыкнул он на часового, наставившего алебарду в грудь незнакомому легионеру.

-Вы тут чё, в конец оборзели?! – легионер попытался рукой отодвинуть алебарду в сторону, но получил пикой по пальцам. – Пропустите, уроды! Приказ лейтенанта!

-Какого ещё лейтенанта? – уточнил Свен, опустив ассагай к земле. Обманчивая позиция, позволяет одним движением выпустить кишки, хоть и выглядит безобидно.

-Лейтенанта Гарта! – гордо провозгласил легионер, чуть пошатнувшись.

-Ты пьяный что ли? – Свена ситуация начала выбешивать. – Знать не знаю твоего лейтенанта! Рядовой! А ну, положил оружие на землю, руки на стену, ноги расставить! Выполнять!!!

-Ну чего там, Эрин? – вслед за голосом из темноты вывалился лейтенант, столь же нетрезвый, как и его подчиненный. Среднего роста, со свисающим поверх ремня животиком и красной мордой, ни малейшего желания его уважать он не вызывал.

-Господин лейтенант! – рявкнул Свен. – Извольте немедленно сделать пять шагов назад и там остановиться!

-А то что? Что ты мне, обезьяна черномазая, сделаешь?!

-Согласно пункту 5.12 Устава гарнизонной и караульной службы, - Свен не повелся на расистскую разводку, - который вы, разумеется, прекрасно знаете, я применю силу.

-Как ты отвечаешь старшему по званию, гаденыш?! – лейтенант был в ярости.

-Согласно пункту 3.4 того же Устава гарнизонной и караульной службы, я нахожусь на посту и никто, кроме моего непосредственного начальства, не имеет права отдавать мне приказания. Мой непосредственный начальник – капитан Ваутер. Вас я не знаю.

-У меня приказ!

-Предъявите бумагу! – Свен был непреклонен.

-Да я щас тебя…! – лейтенант потащил из кармана небольшой пистолетик. Тело орка Крацина не стало ждать: неуловимое движение ассагаем, и сжимающая оружие отрубленная кисть лейтенанта падает на плиты галереи, возвратным движением ассагай чиркает врага по шее, и лейтенант, захлебываясь кровью, падает мешком наземь. От удара о камни пистолет выстрелил. Рядовой попытался сбежать, прикрываясь облаком порохового дыма, но Свен махнул рукой – и легионер повис на досках обшивки стрелковой ячейки, пришпиленный к ним длинным клинком орочьего копья.

В центральной части крепости раздались свистки, поднялась тревога. Свен в полном офигении стоял и смотрел на лужи крови и два трупа. Ой, что сейчас будет… Ведь не схватись этот дурень за ствол… Но нет, сработали рефлексы, давно накрепко вбитые ещё в предыдущего хозяина его тела, и вот результат! Делать-то что?!

-Командир, что делать будем, что говорить?! – рядовой Лук был, мягко говоря, удручён и раздосадован, если перевести на цивильный язык.

-Говори всё, как есть. Повышенную боевую готовность не отменяли? У нас режимный пост?

-Так точно, господин сержант!

-Стало быть, ты законно их не пускал и совершенно правильно вызвал меня, - Свен спокойным голосом объяснял своё видение ситуации. Чтобы показания не сильно разнились при разбирательстве, которое, как он был убежден, непременно случится. – Попытку нападения тоже видел?

-Так точно, господин сержант! Этот хмырь пистолет достал, вон он в руке до сих пор.

-Вот и отлично! – Свен вернулся на батарею, взял переговорный амулет и вызвал капитана.

-Мда, натворил ты делов, сержант! – капитан был, мягко говоря, раздосадован.

-Господин капитан! Согласно пункту 5.12… - открыл было рот Свен, но капитан тут же его перебил:

-Да погоди ты! Формально, претензий к тебе нет, всё строго по Уставу, только у меня сейчас на три полных взвода всего два лейтенанта. Где мне ещё одного брать прикажешь? Да что тебя спрашивать…

-Виноват, господин капитан! – рявкнул Свен, вытянувшись по стойке «смирно».

-Хорош уже орать, - усталым голосом сказал командир и махнул рукой. – Присядь пока. Думать буду.

Думал капитан долго, что-то вычерчивая в блокноте карандашом, периодически комкая бумагу в кулаке и выбрасывая в корзину. Наконец, он пришел к определенному выводу.

-Значит так, сержант. Слушай и вникай, - капитан отхлебнул воды из стакана. – Так вот, проблем ты мне изрядно подкинул. С другой стороны, хорошо, что проблемы возникли именно сейчас, а не в самый неподходящий момент… Поэтому, выражаю тебе благодарность за безупречную службу и отличное знание Устава! Молчать, я ещё не закончил! Позавчера ты произведен в мастер-сержанты и назначен командиром артиллерийского взвода. Что надо сказать?