-Мало! – отрезал капитан. – Если не изменяет память, нормально стрелять у нас умеют семеро, включая тебя, Свен. У остальных хорошо, если один выстрел из десятка в ростовую мишень на полусотне шагов попадет.

-Господин капитан, имею предложение! – чувствуя приближения какой-то большой задницы, Свен решил снова проявить инициативу.

-Говори, - заинтересованно посмотрел на него капитан.

-Мушкеты надо давать только тем, кто умеет из них попадать! – лица присутствующих вытянулись от удивления и прежде, чем кто-то возразил, Свен продолжил: - Пусть остальные заряжают и подают оружие тем, кто стреляет прицельно! Сами посудите: если враг полезет толпой, накроем его из пушек. Мушкеты же нужны, чтобы врагов по одному штучно выбивать. И лучше тратить на одного врага пару-тройку пуль, чем три десятка. Мощный залп нужен только на открытой местности и если пушек нет, чтобы разом врага проредить!

Капитан пододвинул к себе карту, что-то прикинул, почесал в затылке и озвучил решение:

-Молодец, сержант, нестандартно мыслишь! Кстати, раз ты так хорошо в механизмах разбираешься, посмотри, что можно сделать с патронной машинкой.

-Есть, посмотрю! Так точно!

-Твои младшие инструктора сейчас южную стену тренируют, так?

-Так точно, занимаются по плану!

Капитан кивнул, поднялся со стула и отошел в дальний конец палатки, жестом позвав остальных за собой. Все собрались вокруг стола, на котором была вырезана рельефная карта форта и окрестностей. Как самый младший по званию среди присутствующих, Свен скромно встал во втором ряду, впрочем, благодаря росту он прекрасно всё видел поверх голов стоящих перед ним. Капитан объяснял диспозицию, водя тростниковой указкой по плану местности.

Форт запирал дорогу на юг. Если с севера находилась открытая саванна, где земля Легиона граничила с несколькими племенами, на юг дорога шла между параллельных гряд абсолютно непроходимых нагромождений скал, кошмара любого скалолаза. Дальше холмы переходили в горный хребет, пересекавший половину континента. И где-то в недрах этого хребта были месторождения ценных металлов, подход к которым и охраняла эта конкретная рота. Разрабатывать их начали буквально год назад, сейчас они должны дать первую продукцию. И вот толпа злодеев численностью до полутысячи сабель вознамерилась эту самую продукцию отобрать. Полноценный кавалерийский батальон. Появиться они должны со дня на день. Враг выступает в конном строю, артиллерии нет, но наверняка имеется огнестрельное оружие.

-Давайте перебросим пушки с южной стены на северную,- предложил Свен.

-А вдруг это отвлекающий маневр? – задал встречный вопрос мастер-сержант, имя которого Свен не запомнил. – Если они уже захватили копи и хотят уйти с добычей, логично нас отвлечь с севера, а самим пойти с юга на прорыв.

-Если они прошли к копям козьими тропами, кто им мешает по ним же и уйти? – удивился Свен.

-Не всё так просто, - ответил лейтенант Ридж. – По этим тропам вьючные лошади, ослики или мулы не пройдут. На себе же много не утащить. Уходить с добычей можно только верхом.

-Известно хоть, кто враг?

-Айзанцы, - ответил капитан. – Их земли дальше на северо-восток. Гадкий народ, хуже эльфаров! Эх, был бы у нас свой маг, хоть самый завалящий… Короче, какие у кого мысли и предложения?

Собравшиеся сыпали идеями, Ридж их старательно записывал для последующего разбора. Свен понимал хорошо, если половину из того, что говорили остальные, так как ни малейшего представления о кавалерийской тактике не имел, да и слабо представлял себе возможности вооруженных всадников. Он не стеснялся задавать уточняющие вопросы и, наконец, решился озвучить свои мысли.

-Поправьте меня, если я что-то не так скажу, но вот как я вижу проблему. Если противник не дурак, он не станет ломиться всей толпой на пушки. Сейчас у него есть все возможности для маневра, он запустит небольшие группы, засыпая стены стрелами и постепенно выбивая их защитников. Мин на полосе отчуждения не так много, почти все сигнальные, врагу они не помешают. При этом всадники смещаются по фронту, нам будет сложно попасть. На этой стене у нас три батареи по две пушки. Каждая батарея может делать три выстрела в минуту, не больше. За интервал между выстрелами конная группа запросто проходит сотню-другую ярдов. Вывод: у нас слишком мало пушек против такого мобильного врага. А как только они выведут из строя канониров, мы лишимся нашего основного оружия. Да, из мушкетов мы сможем отчасти проредить врага, но не более того. Лучников же у них намного больше, чем у нас. Я верно описал ситуацию?

-Всё правильно, продолжай, - одобрительно кивнул капитан.

-Надо сократить им возможность маневра. И переставить пушки так, чтобы накрыть основную массу, когда передовые отряды застрянут.

-Это понятно, конкретно ты что предлагаешь?

-Наделать колючек и разбросать по полосе отчуждения. Конь – животное хрупкое и нежное. Наступит на колючку – и всё, больше он не боец. Бегать никуда уже не хочет. Глядишь, и всадника на землю уронит.

-Что за колючки, поясни? – спросил лейтенант Ридж.

-В идеале, два гвоздя, соединенные вот так, - Свен изобразил конструкцию пальцами. – Один шип всегда направлен вверх, кто наступит, тот заметит. Только кузнец много сделать не успеет. Можно проще: три деревянных колышка, связать их бечевкой или склеить, - он изобразил пальцами что-то похожее на противотанкового «ежа». – Да, оно гораздо хуже по надежности, зато делается буквально на коленке. Любой боец за час пару десятков сделает. Рассыпать их там, где нам надо – и всё.

-Точно! «Чеснок»! Про него в трактате о маневренной войне писали! – лейтенант Закер хлопнул себя по лбу. – Я немедленно распоряжусь! – и выскочил из палатки, не дожидаясь кивка капитана.

Закипела работа. Легионеры спешно сооружали «ежей» из бамбуковых колышков, затем трофейные фургоны выезжали в поле и рассыпали самодельный эрзац-«чеснок» согласно плану. Две пушки притащили с бастионов на надвратную батарею в усиление. Для мушкетеров из мешков с песком соорудили стрелковые ячейки, прикрыв от стрел сверху орочьими щитами из буйволиной кожи. Между делом Свен починил машинку для набивания патронов, поломка оказалась совершенно пустяковой, теперь устройство производило боеприпасы для предстоящей схватки. Ворота изнутри подперли разборной противотаранной конструкцией из бревен. На ночь выставили усиленные караулы и периодически обшаривали лучом прожектора окрестности, пусть никто всерьез не ожидал ночного нападения. Лошадь – умное животное, оно не будет бегать, если дорогу не видно.

Свен ночевал на батарее надвратной башни, командиром которой его временно назначили с мотивировкой «больше некого, ты самый компетентный». Несмотря на ночную суету, выспаться ему удалось прекрасно, чего нельзя было сказать о его подчиненных. Чтобы не расслаблялись, он с полчаса погонял их, чтобы с командами не путались и объявил отдых.

-Враг на горизонте! – закричал наблюдатель с деревянной вышки, возвышающейся посередине боевой площадки. – Вижу пыль, идет большой отряд!

-Ну что, братцы, скоро враг проверит, насколько крепко вы усвоили воинскую науку! – обратился Свен к строю артиллеристов. – Главное – не суетитесь. Лучше сделать не торопясь, но хорошо, чем быстро и плохо. Наша задача – не подпустить врага к воротам! Если кто из вас увидит среди них колдуна, шамана или как там оно называется, немедленно доложить мне или другому командиру! На колдуна никакого пороха не жалко!

В лагере закипела с виду хаотичная возня, легионеры спешно надевали доспехи, проверяли вооружение и расходились по позициям. Несколько бойцов разносили заряженные мушкеты по стрелковым ячейкам на куртине. Все были заняты делом.

Примерно через час врага можно было разглядеть невооруженным глазом. Айзанцы не спешили, зачем утомлять лошадей перед боем? К форту по дороге приближалось целое войско, впереди кто-то разряженный в парчу с блестящими каменьями, аж смотреть больно, за ним колонной по пять следовали воины, внешним видом неуловимо напоминающие тех арабов, с которыми когда-то рубились крестоносцы. За каждым по заводной лошади, шлемы, умбоны щитов и наконечники копий сверкают в лучах восходящего солнца. Сила!