-Рота, подъем!!!

Утро начиналось отвратительно. Пришлось выползать из-под одеяла в утреннюю свежесть, которая была определенно не выше 5 градусов выше точки замерзания воды, облачаться в тот минимум одежды, который позволяло скудное выделенное на это время, и бежать на тренировочную площадку.

Свен только успел влезть в ботинки, как роту погнали на разминку. Дальше началось стандартное «дружно сделаем сотню отжиманий», затем «теперь сотню раз пресс качаем» и так далее. Новое тело Свена без особых усилий выполнило все требования, для Марса это также не составило ни малейших затруднений. С человеками было сложнее. Нормативы они всё же выполнили, пусть и не обошлось без затруднений. Ну, дохлые человеки по сравнению с орками, это научный факт, против которого не попрёшь!

После разминки всех погнали умываться, затем был завтрак, после которого десяток солдат, включая Свена и Марса, погнали на плац, где они до самого обеда занимались строевой подготовкой под руководством лично самого капитана. Улучив момент, когда человеки попадали от усталости, Свен подошел к капитану и спросил:

-Господин капитан, объясните, пожалуйста, смысл того, чем мы занимаемся. На параде нам выступать не грозит, так зачем заниматься этой шагистикой?

-Эта самая шагистика, - ответил капитан, охотно объясняя воинскую премудрость новобранцу, - является основой всего в пехоте. Вот ты думаешь, что это бессмысленно, однако, шагистика учит беспрекословно моментально подчиняться командам, не задавая вопросов, зачем какое действие нужно. В бою не будет времени думать! Кто над командами задумывается, тот и сам погибнет, и товарищей своих погубит. Шагистика – это фундамент, на котором строится всё, что делает пехота. Просто поверь мне, сынок!

Свен кивнул и пошел осмыслять сказанное. В прошлой жизни на Земле он успел усвоить, что далеко не всё, что кажется глупым и неразумным действительно таковым является. Так-то все противопожарные нормативы с техникой безопасности можно у глупости записать, ведь неприятности случаются не чаще одного раза из тысячи…

В казарму Свен вернулся одновременно с другими легионерами, будучи в совершенно убитом состоянии. Целый день под палящим солнцем раз за разом повторять одни и те же движения… Проще сдохнуть!

Он лежал на койке, когда осознал, что за ужином выпил слишком много компота. Не спеша поднялся с койки, всунул ноги в ботинки, да двинулся в сторону отхожего места, когда трое человеков преградили ему дорогу. Заводила по центру, «поддержка» чуть позади него по обе стороны. Первый попытался ударить кулаком в лицо. Так медленно и неуклюже двигаться – это оскорбление для воина Урук-Хай! Свен чуть склонил голову влево, чтобы кулак пролетел над его правым ухом и от души запястьем правой руки рубанул снизу вверх по бедру противника, отсушив его на ближайшие час-полтора. Продолжая восходящее движение, он локтем врезал по челюсти, чтобы этот больше не беспокоил. Схватить за затылки оставшихся двух противников и приложить их головами друг об друга – это еще секунда. Оттолкнув безвольные тела в стороны, Свен спокойно прошел на выход. С момента нападения прошло не больше пяти секунд. Если у кого-то и остались претензии к нему, быстрота и жестокость схватки охладила горячие головы.

Возвращаясь из туалета, он отметил лужу крови, перешагнул через нее и спокойно лег на койку. Невозможно приблизиться к орку-охотнику, не потревожив его чуткий сон, уж это он знал абсолютно точно. Особенно, если рядом его названный брат.

Три недели «учебки» пролетели, будто один день. Основные команды были накрепко вбиты в голову, правила поведения усвоены, базовые навыки обращения с ранее незнакомым оружием получены. Из новобранца Свен стал рядовым и тянул лямку наравне с остальными.Попытки затрюмить новобранца прекратились на пятый день, когда лейтенант Ридж вооружил Свена парой ассагаев и выставил против него двух наиболее наглых старослужащих с мечами и щитами, приказав убить друг друга. Буквально через минуту одного из противников унесли в санчасть, другого же за ноги потащили в сторону ворот: зачем хоронить, если можно труп просто кинуть в реку? Рыбки и крокодилы порадуются, они живые и тоже кушать хотят.

Лейтенант потом длинную речь задвинул на тему того, что не надо борзеть и недооценивать противника. Свена же после он отозвал в сторону и неофициально выразил благодарность, намекнув, что с его помощью решилась проблема с парой самых противных смутьянов, типа, «вот тебе спасибо, но не зарывайся». Главное, что нафиг не потребовалось в казарме свои порядки устанавливать, всех устроило, что когда не лезут к нему, Свен никого не трогает. И брат его тоже никого не трогает.

Учиться пришлось многому: тут и новые виды оружия, и новые приемы обращения с уже знакомым, и тактическое взаимодействие, и много еще чего. Также он в авральном порядке учил человеческий язык, который именовали «зунландским». Лейтенант Ридж трижды в неделю проводил уроки грамоты и чистописания для тех, кому это было интересно. Свену было очень интересно, более того, он уговорил Марса также их посещать. Язык был с очевидными германскими корнями, правила чтения простые, грамматика не сложнее, чем в нидерландском. С названным братом они сдружились, лейтенант это отметил и определил их в одно отделение под команду сержанта Тео, невзрачного жилистого человека в треть от нормального орка. Впрочем, Тео оказался свойским парнем, не стеснявшимся учить Свена разговорной речи на зунландском вечерами, а днем не давая обоим названным братьям ни малейшего спуска на тренировках. Хотя выглядела их тройка комично: два зеленокожих верзилы и человек ростом максимум им по грудь.

Дважды в неделю капитан давал для личного состава уроки математики. Посещали их, в основном, артиллеристы. На Свена поначалу смотрели как на дикаря посреди музея современного искусства, однако, уже со второго занятия относились к нему с уважением: то, что капитан преподавал, Свен ещё не успел забыть с первого класса старшей школы*. Капитан быстро выделил Свена и начал заниматься с ним в индивидуальном порядке: гарнизонная скука – страшная вещь. Если солдату скучать не дает начальство, то самому начальству для себя приходится выдумывать занятия, вот офицеры и занимались повышением уровня знаний среди солдат.

***

Примерно соответствует 6-7 классу российской школы.

***

Прошло ещё два месяца, дурдом первых недель закончился, Свен втянулся в службу, ходил в караулы, стоял дневальным, днями осваивал воинскую профессию и вечерами учил устав, когда поломалось водяное колесо, качавшее воду в купальню и на кухню. Эта гигантская конструкция в полтора орочьих роста, приводимая в действие течением речки, что текла вдоль заднего вала военного лагеря была создана лет пять назад, никто не помнил не то, что создателя, но даже имени капитана, который тогда возглавлял этот пункт временной дислокации. Короче, вот проблема, кто и как её решать должен – неизвестно. Какой-никакой, а это был шанс выделиться из общей массы. Свен подошел к лейтенанту и спросил разрешения посмотреть на проблему.

-Ну ты-то что в этом можешь понимать?! – безнадежно отмахнулся командир.

-Хуже ведь не будет? – философски ответил Свен.

-Демон с тобой! Посмотри. Если кто будет спрашивать, скажешь, я разрешил.

-Так точно! – отдав воинское приветствие, Свен развернулся и строевым шагом направился к аварийному сооружению.

Здоровенное колесо, сбитое из массивного деревянного бруса и толстых досок, вращалось на оси из бревна толщиной в три свеновых ладони. Течение бодрой речушки вращало колесо, при этом закрепленные на его ободе обрезки толстых бамбуковых стволов подхватывали воду и выливали ее в желоб вблизи верхней точки этого самого колеса. По крайней мере, в теории. На практике, последние много месяцев никто не удосужился ни менять смазку, ни вообще смазывать эту самую ось, в результате чего бревно с одной стороны полностью источилось и обломилось. Разумеется, колесо тут же слетело и заклинилось в перекошенном состоянии. Для починки нужно было, всего-то, поднять колесо, заменить бревно оси, сменить вкладыши опоры, ну и по мелочи подновить. Работы на полчаса, если у вас есть подъемный кран минимум на пару тонн. Свен не поленился залезть в ледяную воду, чтобы оценить прочность конструкции, осмотрел каждую мелкую деталь и направился на доклад. Только сначала на склад завернул.