Граф с улыбкой посмотрел на неё и не смог отказать.
Тем временем к деревне Дубовое подъехала карета. Она остановилась, и из нее вышли двое.— Дональд, как думаешь, мы справимся с тем, что задумали? — спросила женщина.— Конечно, Эльза. Мы готовились к этому долгие годы.— Что ж, я тоже готова, — решительно ответила она.
Супруги направились к домику дочери. Войдя внутрь, Эльза позвала:— Элли, дорогая, это мы, твои родители! Выходи скорее.
В ответ — ни звука. Тогда она позвала кота:— Василий, ты здесь? Выходи!
Но в доме царила давящая тишина. Родители вышли на улицу, обошли дом, заглянули во все углы, но никого не нашли. Обеспокоенные, они решили вернуться в деревню и разузнать, куда пропала Элис.
Глава 6
Эльза и Дональд вернулись в деревню, и первым делом направились к старосте — крепкому седому мужчине с внимательными, будто всё подмечающими глазами. Тот, едва увидев встревоженные лица родителей Элис, сразу понял: случилось что-то неладное.
— Эльза, Дональд… Что стряслось? — спросил он, не дожидаясь лишних слов.
Дональд, обычно сдержанный и немногословный, сейчас говорил быстро, сбивчиво, будто боялся, что если остановится хоть на миг, то потеряет нить происходящего:
— Элли пропала. Дома ни её, ни Василия. Тишина такая, что мурашки по коже. Мы обошли всё вокруг — ни следа.
Староста нахмурился, задумчиво потёр подбородок и, не теряя ни секунды, подозвал к себе мальчишку, который как раз пробегал мимо, гоняя палкой сухую ветку:
— Эй, Ванька! Беги к кузнецу, скажи, пусть собирает мужиков. Пусть возьмут факелы, да побыстрее. А ты, Марфа, — он кивнул на женщину, вышедшую из соседнего дома с корзиной белья, — собери еды, да побольше: хлеб, сало, вяленую рыбу. Если кто-то ушёл далеко, им понадобится перекус.
Через полчаса небольшая группа из пяти крепких деревенских мужчин, старосты, Дональда и Эльзы уже шагала по лесной тропе в сторону домика Элис. Впереди шёл кузнец — огромный, плечистый, с тяжёлым фонарём в руке; за ним — остальные, кто с топором, кто с палкой, кто просто с решимостью в глазах. Эльза едва поспевала за ними, сердце сжималось от страха, а в голове крутилась одна и та же мысль: «Только бы с ней всё было хорошо…»
Когда они добрались до домика, солнце уже клонилось к закату, и длинные тени легли на крыльцо, словно пряча что-то важное. Староста первым вошёл внутрь, огляделся, потом наклонился и поднял с пола скомканный листок. Это была записка Элис: «Не могу не помочь. Буду через неделю, всё будет хорошо».
— Так она сама ушла, — тихо произнёс староста, передавая записку Дональду.
Тот сжал бумагу в кулаке так, что побелели костяшки пальцев, и посмотрел на жену. В его глазах читались одновременно облегчение — она не похищена, она ушла по своей воле — и новая тревога: куда? с кем? и что её ждёт?
Эльза выдохнула, прижала ладонь к груди, будто пытаясь унять бешено колотящееся сердце, и тихо сказала:
— Она всегда была такой… Горячей. Если видела, что кому-то нужна помощь, не могла пройти мимо.
— А кот? — вдруг спросил кузнец, оглядываясь по сторонам, словно Василий мог выскочить из-за печи.
— Он с ней, — уверенно ответила Эльза. — Если Элис куда-то отправилась, Василий ни за что не оставил бы её одну.
Староста кивнул, будто подтверждая эти слова, и повернулся к группе:
— Значит, так. Завтра с рассветом выходим по дорогам. Кто-то из проезжих мог её видеть. А пока… пусть кто-нибудь посидит здесь, на случай, если она вернётся.
Кузнец молча опустился на лавку у окна, положил рядом топор и кивнул:
— Я останусь. Если придёт — сразу дам знать.
Эльза благодарно кивнула ему, а потом, не в силах больше сдерживать слёзы, уткнулась мужу в плечо. Дональд обнял её, крепко, словно хотел передать ей всю свою силу, и тихо прошептал:
— Мы её найдём. Обязательно найдём.
Тем временем в поместье графа Генри Элис, ничего не зная о тревоге родителей, стояла у высоких стеклянных дверей, ведущих в сад. Воздух был свежим, пах розами и влажной землёй, и на мгновение ей показалось, что она снова в своём лесу, рядом с домиком, где всё привычно и знакомо.
Граф подошёл неслышно, остановился рядом, не нарушая тишины, и сказал:
— Сад особенно красив на закате. Хотите, покажу вам самые красивые места? Там есть беседка, увитая виноградом, и небольшой пруд с лилиями. Говорят, если загадать желание, глядя на отражение луны в воде, оно обязательно сбудется.
Элис улыбнулась — не той натянутой улыбкой, которую надевают, чтобы скрыть волнение, а настоящей, искренней:
— Хочу. Очень хочу.
Кот, который до этого важно расхаживал по дорожке, фыркнул, но без привычной язвительности, скорее по привычке:
— Ну-ка, не вздумайте там желания загадывать! Ещё наворотите дел…
Элис рассмеялась и легонько щёлкнула его по уху, но тут же поправилась:
— Прости, учитель.
Василий только махнул лапой, поправил шляпку и пошёл вперёд, показывая дорогу:
— Ладно, ладно. Ведите, граф. А я прослежу, чтобы наша ведьма не упала в пруд.
Они шли по извилистой тропинке, вдоль которой росли пионы и лаванда, и с каждым шагом тревога, сжимавшая сердце Элис, понемногу отступала. Здесь, среди цветов и тишины, она чувствовала, что делает всё правильно. И пусть впереди ещё столько неизвестного, столько опасностей и загадок — сейчас она была готова ко всему.
В комнате Анны тем временем становилось светлее. Слабый, едва заметный румянец тронул её щёки, а дыхание стало ровнее, будто кто-то невидимый потихоньку возвращал её к жизни. И в этом тихом, почти незаметном улучшении было столько надежды, что даже строгий врач, который зашёл проверить больную, впервые за долгое время позволил себе едва уловимую улыбку
Глава1
Вы даже представить себе не можете, каково это – жить в глуши! Вокруг – ни души, только крошечная деревушка, да и там одни старики. Живем вместе с котом – мой наставник,как он любит себя называть и вечно в своей странной шляпке, но от этого он только милее. Он – моя единственная компания в этом богом забытом месте, и тот – зануда несусветный! Вечно ворчит: "Элис, этого нельзя, Элис, летать нельзя, Элис, так не делай". В общем, не кот, а ходячая мораль.
Да и живет с нами метла которая умеет летать , но на которую я не разу не садилась потому, что мне еще рано.
Ах да, совсем забыла представить – Василий. Ему это имя очень идет. Рыжий Васька… ох, и не любит он, когда я так его называю! Ну, ничего, не ему одному же меня поучать.
Живем мы с ним в небольшом домике вдвоем. Он учит меня варить зелья, выращивать травы – какие полезные, какие опасные.
Так вот, о чем я хотела рассказать. Почему мы здесь оказались? Это было давным-давно, еще когда я только родилась. Моя семья договорилась о браке с семьей друзей. Он старше меня на пять лет, а мне, между прочим, уже девятнадцать. И вот одна провидица предрекла: если мы с ним полюбим друг друга до моего двадцатилетия, нас ждет гибель. Какая именно – не уточнила. Родители решили запихнуть меня в глушь, совсем одну, чтобы я тут отсиживалась.
До двадцати мне осталось всего два месяца, и я свободна! Жду не дождусь этого момента, чтобы вырваться в мир, как нормальная ведьмочка.
– Элис, что ты там делаешь? – Кот Василий вошел в комнату и направился ко мне.Я мигом спрятала записи в стол. – Ничего! – выпалила я.– Как ничего? Я видел, ты что-то писала.– Ничего я не писала, тебе показалось.– Ну, смотри у меня. Ты не забыла, сегодня идем травы собирать. Полнолуние, самое время для акшамора. В это время…– Да-да, его лекарственные свойства увеличиваются в сто раз. Я помню. И это самое сильное лекарство от всех болезней.Ты хоть иногда можешь быть не таким занудой?
— Я не зануда, я твой учитель и наставник, — строго произнес он.— Конечно, я это помню и ценю. Но не забывай, я еще и девушка! Иногда хочется чего-нибудь эдакого… Повеселиться, сходить на бал, поболтать с девчонками, — мечтательно улыбнулась я.— Поверь, Элис, балы не так уж и веселы, как тебе кажется. А подруг иметь — большая редкость. Обычно они сплетницы и интриганки, могут поступить с тобой так, что и в страшном сне не приснится.— Не преувеличивай, Васька!— Какой я тебе Васька? Я — Василий Чеширский. Не забывай, я намного старше тебя и лучше знаю жизнь, — серьезно произнес кот, мерно расхаживая по комнате, словно часовой и поправляя шляпку которая иногда сползает на нос.
