Про то, что закон «угол падения равен углу отражения» справедлив для светового потока и отражающей поверхности, я вспомнил сильно позже. В тот момент, почему-то, подумал, что было бы неплохо отразить силовую атаку айна так, чтоб рикошет, случись таковой, ушёл в безопасном направлении, а не в сторону зрительских трибун. Как оказалось, для «прилёта» сырой Силы закон отражения работал в полной мере. Скошенная под 45 градусов «линза» из заклятья «Твердыни» действительно заставила беспорядочный поток уйти вверх.

К счастью, долго поддерживать это тварь не в состоянии. Секунд несколько — и представление закончилось, не начавшись.

Что там просил Уромор? Не портить без необходимости остатки мяса?

— Лана. «Ледяной пустошью» владеешь?

— «Ледяная пустошь»!

Всего лишь один человек на моей памяти сумел воспроизвести настолько крепкий удар льдом, чтоб покрыть им площадь целого стадиона. И это была Ветрана.

Лана не просто заткнула Вету за пояс. Имея возможность сравнить результаты применения одного и того же заклятье обеими девушками, смело могу констатировать: титул Ледяной Королевы абсолютно точно и неоспоримо перешёл к ушастой.

Я успел среагировать чуть ли не в последнюю минуту. Чую, если б не попытка закрыться «Твердыней» самому, попал бы под раздачу и оказался бы вморожен в лёд наравне с противником. В пылу удара Лана не разобрала, где свои, а где чужие.

Не успел затихнуть голос хвостатой, как вся, решительно вся площадь поля оказалась закована в мощнейшие торосы льда высотой в пояс. Граница воздействия заклятья прошла аккурат по силовому полю, создаваемому генераторами по периметру.

Вой айна взрезал по ушам. Сущность, оказавшаяся вмороженной в торосы по самую тушу, не имела возможности двинуться даже чуть, и взвыла истошным надрывным воем. Секунда на раздумье — и эта псевдо-лошадь начала палить во все стороны сырой Силой, в бессильной злобе пытаясь достать хоть кого-то. Тщетно. Генераторы щита отрабатывали по полной, не пропуская шальные выстрелы твари к зрителям.

Пора кончать этот кордебалет. Просили не портить мясо — не будем.

— Лана, — я позвал напарницу. — Идёшь за моей спиной.

И, прикрываясь «Твердыней», пошёл на сближение со зверем, готовый, при необходимости, ответить ему.

Да только смысла в этом не было. Даже я, не искушённый в сотнях битв против айнов, почувствовал, что залпы сущности с каждым разом становились всё слабее и слабее. Тварь выдыхалась. Запасы магии в её теле таяли. Может, айны и грозные противники в моменте. Но, как и у каждого магического существа, у них есть свой предел до истощения. Пределов этого существа хватило на несколько минут активного противоборства, после чего интенсивность и мощность ударов пошла на спад.

За щитом «Твердыни» мы с Ланой, выдерживая щитом случайные попадания, подошли к пытающемуся вырваться из тороса льда зверю в упор. Касание тела айна артефактным Посохом Мироздания — и короткое заклятье, уже видимое мною в деле, и успешно изученное многим ранее.

«Бессилие».

Подобным Великий Архимаг Путей Берислав «обесточил» бывшего оружничего Императорского Двора Бесчестных, когда тот дерюжным мешком свалился наземь с прострелянными коленями. И этим же я запечатал остатки Силы в теле айна, прервав самому возможность выхода оной за его пределы. Теперь существо могло лишь бессильно ржать, выть и истошно надрываться, но не более того. Залпы прекратились тотчас же, как только нарушилась связь накопителя в нутре нашего противника.

«ᚨ ᚾ ᛒ ᛁ ᚦ ᚷ ᛖ ᛟ»

«Подчинение».

А этим я провернул ту же операцию, с помощью которой «подключался» к Яре для управления её телом. Ибо, стоя в упор перед аномальной псевдо-лошадью, невозможно не увидеть вживлённый в её лоб камень-артефакт. Поэтому было бы преступлением не воспользоваться очевидной брешью в оборотне противника. Стоит задача его победить? Но не указано, каким образом. Устранение способности к борьбе тоже считается одним из способов одержать верх. Не обязательно уничтожать врага физически, чтоб попрать его.

Неистово буйствующий зверь мгновенно замер. Его волю будто бы что-то парализовало. Если бы не метровый торос льда, накрепко заморозивший тварь, последняя бы точно упала. По крайней мере, шея и хвост неестественно обмякли, будто бы их хозяин на мгновение утратил контроль над собственным телом. Секундой позже, будто бы проведя некоторую перезагрузку засбоившей операционной системы, сущность вернулась в сознание и подняла массивную голову на жилистой шее, воззрившись на меня уже совсем другим, почти пустым взглядом, лишённым прежней ярости боя и агрессии.

— Лана. Прими мои восхищения. Ты сегодня на коне. В прямом, и переносном смысле. Залезай на этого коня педального. Я подчинил себе его разум.

Девушка не заставила себя просить дважды. Невзирая на отсутствие хоть каких бы то ни было инструментов управления зверем, будь то узда, поводья или простейшее седло, хвостатая молча запрыгнула на спину немалого, прямо скажем, зверя, и накрепко схватила того за загривок, будто бы показывая тому, что владеет им безраздельно.

— Развеивай «Ледяную пустошь». А ты… — это я уже адресовал «коню педальному». — За мной.

Тысячи, десятки тысяч глаз в полнейшей тишине наблюдали, как метровый торос льда, сковавший всю огромную площадь ристалища, распался и исчез, повинуясь воле своей заклинательницы. Следом один босой маг в одной набедренной повязке, перехватив на манер коромысла артефактный посох, двинулся через всё поле к воротам, из которых появился, а вослед уверенной поступью одомашненного скакуна, переступая невменяемо массивными ногами по перепаханному полю, медленным шагом тронулся подчинённый зверь. Будто бы в момент триумфа, торжественно разодетая, приструнив свой хвост и плотно обхватив бёдрами крепкие бока своей псевдо-лошади, излучая чувство собственного превосходства над приручённым существом, Лана держалась с абсолютно прямой спиной и с таким выражением лица, будто всё идёт по плану.

— Держишься? — спросил я соратницу.

— Держусь, мастер, — было мне ответом.

— Держись крепче. Остался последний штрих.

Середина поля, короткий мысленный сигнал через установленную связь с подчинённым зверем — и тот встаёт на дыбы, перебирая передними лапами в воздухе. Оглушительное ржание на всё ристалище возвещает об окончании сражения: поверженный зверь признал поражение и отдался на милость победителя. А Лана, по ходу, трёхжильная, раз даже в лице не переменилась. Лишь плотнее вжалась в спину и шею псевдо-лошади, сумев удержаться на спине твари, лишённой седла.

Стоит ли говорить, что возвращались мы под оглушительные неистовства зрителей?

Лана спрыгнула босыми ногами на перепаханное поле ристалища, как только довела айна до стойбища. Я не спешил разрывать управляющее соединение с тварью, чтоб не получить от него «прилёта» в спину. «Выключил» сознание зверя лишь тогда, когда мы с хвостатой укрылись в помещениях под трибунами, сопровождаемые бурными овациями местных.

Что-то зычно вещал на всё ристалище Альфанар, за спиной буйствовали зрители, а я изо всех оставшихся сил старался не обращать внимания на раскалывающуюся черепную коробку, в которой изредка подозревал наличие мозгов.

Головная боль всё усиливалась и занимала всё, от лобной и теменной до височных и затылочной долей. Это затрудняло оперативную постановку диагноза. Я не понимал первопричины боли. Всё, что мне хотелось — добраться до аптечки и выжрать пачку обезбола.

От Ланы моё состояние не укрылось.

— Мастер… — тихо обратилась хвостатая. — Тебе худо…

— Терпимо, — выдохнул я. — В запасах есть аптечка. Если не полегчает — обращусь к ней…

Договорить не успел.

Лана нежно, настойчиво и очень неожиданно надавила на меня и буквально впечатала в стену коридора, ведущего от арены вглубь комплекса. Ласково и с неописуемой любовью обняла мою бедовую головушку и коснулась моего лба своим.