Севрина расстегнула ворот. Лиорель отвернулась, предоставляя ей хоть немного уединения, и стала расспрашивать Олвена о затворах. Я попросила Таэрна задержаться после общей беседы.

Мы вышли в коридор, когда Нерис закончила со мной. Я чувствовала под одеждой непривычную тяжесть, хотя пластинка была совсем маленькой.

— Я уезжаю вместе с ними, — сказала я. — Из города пока не поеду. Буду участвовать в остановке.

Таэрн кивнул.

— Сегодня уточню, когда дом будет готов вас принять.

— Мне нужно знать все, что вы наметили. Не только то, что я должна буду сделать у печати. Если что-то сорвется, я хочу узнать сразу.

— Хорошо.

— И не говорите мне, что сами обо всем позаботитесь.

Он помолчал.

— Я собирался сказать, что утром заеду за вами.

Мне стало неловко. Я опустила глаза, расправляя складку у пояса.

— Простите. Позавчера мне уже пообещали, что больше не о чем будет беспокоиться.

— Эстран?

Я кивнула.

— Я ему отказала. Он может рассказать по-другому, поэтому говорю сама.

— Вы бы предпочли, чтобы за вами приехал кто-то другой?

— Нет. Приезжайте вы.

Говорить еще что-то было трудно. Хотелось взяться за его рукав и постоять так, пока перестанет трясти от усталости. Вместо этого я спросила, далеко ли от временного дома до мастерских хранителей. Таэрн ответил, что около четверти часа пешком, и обещал принести адрес вместе с порядком работ.

Я вернулась за кольцом. Нерис завернула украшения порознь; мое отдала мне, остальные забрала с собой до передачи магистрату. Олвен убрал малую пластину в ящик. Остальные инструменты я уже могла упаковать.

К вечеру Таэрн принес адрес и порядок работ. Я прочла его, уточнила, к какому числу должны были закончить крепления у реки. Потом мы поговорили об отъезде. Временный дом находился в городе, под охраной коронной службы. Для нас приготовили три комнаты, для Элиана — соседнюю с комнатой матери. Нерис собиралась ехать вместе с нами. Постановление о раздельном проживании ожидали утром; его должны были доставить хранители, которые обеспечивали наш выезд.

Я записала адрес на обороте тетиного письма и убрала его в сумку.

За экипажем мы пошли договариваться втроем. Управляющий поднялся из-за стола и потянулся к книге выездов.

— Госпожа Севрина, вам в город?

— Нам всем, — ответила она. — И моему сыну.

— Нерис тоже поедет, — добавила я.

Он посмотрел на Лиорель.

— Вам подать вторую карету?

— Зачем? Большая дорожная свободна?

— Да, но я думал...

— Закажите одну, — сказала Севрина. — В большой Элиан сможет лечь.

Я попросила место для ящика с инструментами. Лиорель уточнила, куда уберут багаж, чтобы мы потом не искали его по всему городу. Управляющий записал наши просьбы и повернул книгу.

Под именем Севрины я вписала свое. Лиорель взяла у меня перо, проверила время подачи и расписалась третьей.

— Утром у главного входа, — сказала она. — Одна карета. Пожалуйста, не перепутайте.

Глава 9. За воротами

Утром я нашла под столом катушку серебряной нити. Вчера проверила все ящики, сняла с полки даже пустые коробки, а катушку пропустила. Она закатилась за ножку, и пришлось встать на колени, чтобы достать ее и убрать в сумку.

Кайса ждала возле двери с ключом от мастерской.

— Теперь все? — спросила она.

На столе остался темный след от промывки. Его я тоже собиралась оттереть, но чистая тряпка уже лежала в запертом ящике.

— Все.

Кайса придержала дверь. Я подняла сумку с письмами, договором и кольцом; инструменты слуга унес раньше. Уходить из этой комнаты оказалось тяжелее, чем из спальни. Здесь мне хотя бы удавалось работать.

— Если найдется еще что-нибудь, отложи, пожалуйста.

— Я посмотрю, когда буду убирать.

Я достала две монеты, приготовленные еще вечером, и вложила ей в ладонь.

— Это тебе. За помощь со сборами.

Она покраснела, поблагодарила и торопливо убрала руку в карман фартука.

На лестнице я заметила Таэрна. Рядом с ним стоял коронный хранитель, которого прежде я видела у западного входа. В руках у Таэрна был сложенный лист с печатью.

— Постановление пришло? — спросила я.

— Да. Управляющий уже получил копию. Ваша здесь.

Я взяла лист. Мерисса Нер разрешала нам временное раздельное проживание, предписывала обеспечить выезд и запрещала удерживать личные вещи. Элиан уезжал с матерью. Подпись и печать стояли под сегодняшней датой. Шел двадцать второй день моего брака.

— Рассмотрение назначено на послезавтра, — сказал Таэрн. — Утром. Сегодня можете отдохнуть.

Я сложила постановление и сунула его в сумку, поверх писем.

Внизу Лиорель проверяла багаж. На ступеньке возле кареты стоял мой ящик, поверх него зачем-то положили дорожный плед. Я попросила убрать плед: под ручкой мог остаться след масла.

— Нам он как раз нужен, — сказала Севрина.

Она вывела Элиана из дверей сама. Мальчик опирался на ее руку, стараясь шагать так, чтобы этого не было заметно. На третьей ступени он остановился. Севрина тоже остановилась и поправила ему шарф, дав передохнуть.

Нерис уже была у кареты. Она забрала у слуги подушку и велела поднять откидную скамью. Элиан посмотрел внутрь.

— Я могу сидеть нормально.

— До ворот посидишь, — сказала Нерис. — Потом вытянем ноги. Нам ехать около часа.

Он хотел что-то возразить, но увидел отца и замолчал.

Эстран вышел без верхней одежды. Утро было прохладным, а он словно не замечал холода. Прошел мимо управляющего, остановился возле Севрины.

— Я просил поговорить со мной перед отъездом.

— Мы говорили.

— Ты увозишь сына из его дома.

Севрина крепче взяла Элиана под локоть.

— Он уезжает со мной. Врач разрешила дорогу.

Эстран посмотрел на мальчика. Тот стоял с опущенной головой и сжимал ремешок маленькой дорожной сумки.

— Отец, я...

— Садись в карету, Элиан, — сказала Севрина. — Дай мне сумку.

Он медленно передал ее матери. Нерис протянула ему руку из дверцы, помогла подняться. Севрина осталась возле подножки, не отходя от сына.

Эстран повернулся к Лиорель.

— Оставь папку с договорами. Для разбирательства достаточно копий.

Папка была у нее под мышкой. Лиорель переложила ее в другую руку.

— Подлинники останутся у меня. Если магистрату понадобятся, передам под расписку.

— В них сведения о моих работах.

— И о моих рудниках. Журнал расходов уже у хранителей, это ты знаешь.

— Лиорель, если ты хочешь уехать без лишних затруднений, оставь бумаги. Я не собираюсь лишать тебя твоей собственности.

Она посмотрела на Таэрна.

— Мне нужно еще что-то предъявить, кроме постановления?

— Нет, — ответил он. — Эти документы указаны среди ваших личных бумаг. Их вы забираете с собой.

Эстран повернул голову.

— Орс, вы забываетесь.

Таэрн стоял у переднего колеса кареты. От него до подножки было всего два шага.

— Я обеспечиваю выезд по распоряжению магистрата.

Второй хранитель подошел к воротам. Слышно было, как скользнул тяжелый засов. Управляющий стоял с непокрытой головой и смотрел на Эстрана, ожидая распоряжений.

— Багаж погружен? — спросил у него Таэрн.

— Да. Кроме этого ящика.

— Его тоже, пожалуйста.

Я проверила, застегнуты ли ремни на крышке. Слуга поднял ящик, отнес к заднему креплению и затянул широкую ленту. Я следила, чтобы он закрепил ящик надежно.

— Илвена.

Я обернулась.

Эстран стоял совсем близко. Я увидела ссадину у него на большом пальце и машинально подумала, что он опять работал без перчаток.

— Ты тоже считаешь, что я должен оправдываться перед ними?

Я не ответила сразу. Из кареты донесся голос Нерис: она просила Элиана подвинуться, чтобы Севрина могла сесть рядом.

— Все, что я хотела тебе сказать, я сказала три дня назад.

Эстран усмехнулся.