Глаза женщины сузились; она не ответила. Она неуверенно подняла копье и снова ткнула им в живот Мура, заменив ответ агрессивностью.
- Мы зря тратим время, - прошептал Мур Филас. Но Филас оторвалась от него и неровными, дрожащими движениями своих тонких ног махала незнакомцам.
- У вас есть интерфейс, - сказала она.
Мужчина, такой же грязный и хмурый, немного моложе женщины, присоединился к своей спутнице. На нем тоже была потрепанная широкополая шляпа. Они уставились на человеческих существ с таким же подозрением, подумал Мур, как пара привязанных воздушных свиней.
- Пожалуйста, - сказала Филас. - Мы проделали долгий путь. Мы пытаемся достичь полюса. Можем ли мы... - Она запнулась на своих словах, как будто внезапно осознала, насколько глупо они звучат. - Поможет ли нам ваш интерфейс? - Она переводила взгляд с одного на другого. - Вы понимаете, о чем я спрашиваю?
Мужчина открыл рот, лишенный зубов, и рассмеялся, но женщина положила руку ему на плечо, удерживая. Ее голос оставался строгим, но немного смягчился. - Да, я понимаю. И ты права; это интерфейс - из старых времен, еще до войн сердцевины. Но ты не можешь им пользоваться.
Филас дрожала. - Мы заплатим, - сказала она дико. - Ты должна...
Мур схватил ее за плечи и попытался унять дрожь, вызванную его собственной инерцией. - Прекрати, Филас. Неужели ты не понимаешь? Даже если бы мы могли заплатить, интерфейс больше не работает. Эти люди так же беспомощны, как и мы.
Филас обиженно посмотрела ему в лицо, затем отвернулась; ее тело сотрясала дрожь.
Мужчина и женщина с любопытством наблюдали за ними.
Мур устало повернулся к ним. - Почему бы вам не убрать свое оружие? Вы можете видеть, что мы не представляем для вас угрозы.
Они осторожно опустили свои копья, но держали их направленными примерно в направлении человеческих существ. Мужчина сказал: - Вы действительно беженцы из дальнего восходящего потока?
- Да. И мы действительно пытаемся добраться до места под названием Парц-Сити, которого мы никогда не видели. Но это на полюсе.
- На каком полюсе? - спросила женщина. - На южном полюсе?
Мужчина хихикнул. - Если ты начинаешь отсюда, это вряд ли имеет значение, не так ли?
- О, заткнись, Борз, - сказала женщина.
Мур обнял Филас за плечи. - Вы позволите нам взглянуть на ваш интерфейс?
К своему стыду, он прочитал удивленную жалость на лице женщины. - Если хотите, - сказала она. - Но держитесь поближе к нам двоим. Вы понимаете? Мы видим достаточно воров и нищих...
- Мы не попрошайки, - сказала Филас с искрой воодушевления. Она отстранилась от Мура и расправила плечи.
- Тогда пойдем.
Борз и женщина отвернулись от них и разделились на пару человеческих ростов. Держась за руки, Мур и Филас осторожно поплыли вперед.
Вскоре они приближались к артефакту, сопровождаемые копьями и хмурыми взглядами.
Мур сжал руку Филас. - Тебе следовало сказать, что мы не воры, - прошептал он. - Я думал попробовать немного попрошайничать.
Она выдавила из себя легкий смешок. - Это бы не сработало. У этих людей не больше, чем у нас есть... или было до того, как мы потеряли наш дом. - Она указала на Борза слева от них. - Посмотри, какая на нем шляпа.
На полях шляпы были сложены складки из тонкого материала, закрепленного завязками, продетыми через отверстия в коже шляпы. Мур представил, как развязывает эти завязки; возможно, что-то вроде сетки опустится вниз, вокруг головы.
- Это странно, но что с того?
- Помнишь рассказы Дюры о том, как она работала на потолочной ферме. Баллоны с воздухом, которые ее заставляли носить, когда она работала высоко, близко к корке. Маски...
- О. Точно. - Мур кивнул. - Эти шляпы, должно быть, были к баллонам с воздухом у кули.
- Итак, я предполагаю, что эти люди раньше были кули. Возможно, они сбежали.
- Но они должны знать о Парце.
Филас невесело рассмеялась. Казалось, она снова овладела собой, но настроение у нее было мрачное. - Итак, они что-то скрывают от нас. Что ж, мы солгали им. Похоже, так устроен мир.
Мур уставился на шляпу Борза. Не считая аэромобиля Дени Макса, это был первый хотя бы отдаленно связанный с городом артефакт, который он когда-либо видел. И то, что он узнал его сейчас по описанию Дюры, каким-то образом придало правдивости ее странному рассказу. Он почувствовал странное успокоение от подтверждения этой маленькой детали, как будто где-то в глубине души он предполагал, что Дюра может лгать или сойти с ума.
Люди обернулись и с подозрением и враждебностью уставились на человеческих существ, которых Борз и его спутница привели в лагерь. В маленькой колонии, казалось, было около сорока человек, возможно, пятнадцать из них были детьми и грудничками. Взрослые чинили одежду и сети, точили ножи, бездельничали на воздухе и разговаривали. Дети извивались вокруг них, как крошечные лучики, их обнаженная кожа потрескивала от электронного газа. Ничто из этого не выглядело бы неуместным ни в одном из лагерей человеческих существ, - подумал Мур.
Четырехгранный артефакт вырисовывался за пределами мелкомасштабной деятельности человека. Это был каркас скелета, неуместный, острый, темный.
Борз и женщина отошли в сторону, когда Мур и Филас нерешительно приблизились к неприступной геометрии тетраэдра. Мур всмотрелся в каркас. Ребра представляли собой шесты чуть толще его запястья, каждый длиной около десяти человеческих ростов. Они были точно выточены из какого-то тусклого, темного вещества. Четыре треугольные грани, очерченные ребрами, не заключали в себе ничего, кроме обычного воздуха - на самом деле, люди здесь натянули секции сетки, чтобы окружить небольшое стадо ссорящихся, выглядящих изголодавшимися воздушных свиней в геометрическом центре каркаса. В других местах на каркасе обрывками веревки были закреплены грубые мешки; неровные выпуклости подсказали Муру, что в мешках, вероятно, были еда, одежда и инструменты.
Мур шагнул вперед, неуверенно протянул руку и приложил ладонь к одному краю. Материал был гладким, твердым и холодным на ощупь. Возможно, это и был тот самый материал сердцевины, о котором говорила Дюра, извлеченный из неприступных глубин мантии городскими жителями (а теперь, невообразимо, мальчиком Фарром, рядом с которым вырос Мур).
Филас спросила: - Можно нам зайти внутрь?
Женщина рассмеялась. - Конечно, можно. Твой друг был прав... больше ничего не работает.
Мужчина что-то проворчал Муру. - Вряд ли мы стали бы держать там наших свиней, если бы их в любой момент собирались отправить на северный полюс.
- Думаю, что нет.
Филас осторожно прошла по одной грани тетраэдра. Мур увидел, как она вздрогнула, пересекая невидимую плоскость, отмеченную ребрами. Она зависла рядом со свиньями и повернулась в воздухе, вглядываясь в углы тетраэдра.
Человек - Борз - хмыкнул. - О, что за чертовщина. - Он порылся в одном из пакетов, висевших на четырехгранной раме, и извлек пригоршню еды. - Вот.
Мур схватил еду. Это было несвежее, слегка вонючее мясо воздушной свиньи. Мур позволил себе откусить один большой кусок, прежде чем запихнуть остальное за пояс. - Спасибо, - сказал он с набитым ртом. - Я вижу, у вас немного лишнего.
Женщина придвинулась к нему ближе. - Когда-то, - медленно произнесла она, - эта рамка сверкала бело-голубым. Как будто она была сделана из вихревых линий. Вы можете себе это представить? И это действительно был интерфейс червоточины; вы могли пройти сквозь него и пересечь мантию в мгновение ока. - На мгновение в ее голосе прозвучала грусть - ностальгия по дням, которых она никогда не видела, - но затем к ней вернулось пренебрежительное выражение. - Во всяком случае, так говорят. Но потом начались войны сердцевины...
Вырастив несколько поколений человеческих существ, колонисты внезапно ушли. Согласно фрагментарным устным рассказам человеческих существ, колонисты отступили к центру Звезды, забрав с собой большую часть замечательных технологий ур-людей и уничтожив все, что они были вынуждены оставить.
