— Кто-то недоволен и хочет выразить протест? — в подтверждение моих догадок поинтересовался Хозяин.

— Я недоволен! — не совладав с собой, вскочил Малыш. — Нас нанимали в армию, а не быть подопытными зверьками! Вы нарушаете все божьи заповеди! Мне с такими не по пути!

Ох, дурак…

— Глупый идеалист. К тому же безграмотный, если не смог нормально прочесть договор. Всегда хотя бы один такой попадается, — вздохнул Хозяин без какого-либо сожаления. — Но это даже хорошо. Есть на ком показать цену ошибки.

Он снова взмахнул рукой. Но Малыш не стал кричать от боли. Его тело просто взорвалось, обдав несколько рядов разлетающимися каплями крови. Мне и ещё нескольким, сидящим рядом с казнённым, не повезло значительно больше. Мы были с ног до головы в кровавых ошмётках Малыша.

От такого бессмысленного убийства мне тоже захотелось вскочить и свернуть шею изуверу на сцене. Но сразу же отрезвила мысль, что добраться до него не смогу. Видимо, наши протезы с сюрпризом. Стоит только рыпнуться, и взрыв неизбежен. Быстро подавив в себе ярость, я замер. Даже не сделал попытки вытереть с лица кровь и остатки требухи колумбийца. Сейчас любое движение опасно для жизни.

— Думаю, урок усвоен, — как ни в чём не бывало продолжил Хозяин. — Теперь о насущном. Скоро за вами прибудет транспорт. Примерно через неделю. За это время вы должны полностью свыкнуться со своими новыми… почти новыми телами. Отточить рефлексы до максимального уровня и привести психику в надлежащий вид.

Забудьте про то, что были когда-то инвалидами. Теперь вы все воины. Так что ежедневно будете тратить не менее десяти часов на тренировки. Скажу сразу: кто будет выбиваться из нормативов наших тестов, отправится на тот свет. Заниматься переносом балласта мы не намерены. Теперь разрешаю задавать вопросы. Учтите, что за глупые последует наказание.

Тишина в зале. Никто не решался вступать в диалог с этим зверем, способным одним движением руки разорвать нас на мелкие лоскутки. Все в шоке. Не того ожидали, когда подписывали контракт. Да и я сам рассчитывал на иное. Оказывается, некоторые размытые формулировки типа о принадлежности тел корпорации «Светлый мир» — это не просто пунктик, а реальная лицензия на наше убийство. От сука… И не сбежать теперь!

— Хозяин! Разрешите вопрос? — уняв внутреннюю дрожь, поднялся я с места.

— Говори, — благосклонно кивнул он.

— Как понимаю, после переноса мы сразу же попадём в боевые части?

— Да. Там вас уже обучат окончательно. Без отрыва от службы.

— Дозволено ли узнать, будет ли различаться специфика тренировок? На какие физические тесты стоит обратить внимание в первую очередь?

— Ни на какие. Стандартная сбалансированная система даст всё необходимое. Ничего лишнего в ней нет.

— Спасибо, Хозяин. Можно ещё один вопрос?

— Попытайся, Кащиев. Но учти, что с каждым новым вопросом всё больше вероятности задать глупый.

— Спасибо. Учту. Думаю, все успели заметить, между нами не существует никакого языкового барьера. Как понимаю, во время операции по вживлению протезов в наши мозги были добавлены некоторые знания. Было бы интересно узнать, какие.

— Я доволен тобой. Садись, — впервые за всё время улыбнулась эта сволочь. — Вопрос правильный. Да, теперь вы все говорите на общем языке, поэтому в плане коммуникации ни с сослуживцами, ни с гражданами Объединённых Корпораций не будете испытывать проблем. Также в ваши головы вбито всё, что связано со службой. И техническая часть по владению транспортом и оружием. И тактическая.

Естественно, на том уровне, который вы сейчас заслуживаете. По мере продвижения в чинах ваши знания будут пополняться. Но мало знать, нужно ещё всё освоить. Поэтому здесь собраны исключительно те, кто понимает, как правильно держать оружие, и представляет, что такое война. Дальнейшим же вашим обучением займутся командиры на местах. У кого-то ещё есть вопросы?

Больше смельчаков не нашлось, и Хозяин быстро закончил это кровавое сборище.

Придя в свою, теперь уже окончательно не палату, а камеру, я тут же принял душ. Остервенело смывая с себя остатки Малыша, пытался проанализировать сегодняшние события. Я теперь — боевой раб, не имеющий права голоса. Вообще ничего не имеющий, кроме права сдохнуть. И нас явно будут готовить не для благородных целей. Война по определению дело грязное. В нашем же случае намечается даже не грязь, а самое вонючее дерьмо. Иначе не стали бы хозяева так заморачиваться. Свинтить не получится. Артачиться тоже нельзя. Куда ни плюнь, исход один — страшная смерть.

Можно, конечно, красивым героем воспротивиться и быстро подохнуть, но я всегда придерживался принципа: «Шансы есть только у живых. У мёртвых их нет.». Значит, пока продолжу делать вид примерного служаки и ждать возможности сбежать из этой проклятой корпорации «Светлый мир». Даже из самых крепких тюрем побеги совершаются, а у нас всё же будет определённая свобода. Так что на первый план выходит уже не физическая подготовка, а элементарные знания о системе нового мира. На сбор их потребуется время.

Не успел я выйти из душа, как ко мне в камеру явился человек в обыкновенном земном армейском камуфляже.

— На тренировку! — рявкнул он и, не оглядываясь, вышел за дверь.

Я послушно направился за ним. Вскоре мы оказались в спортивном зале. К каждому заключённому был приставлен похожий персонаж в камуфляже. Шесть часов «персональный тренер» гонял меня на тренажёрах, заставляя работать на износ. После, почти обессилевшего от таких нагрузок, он же и дотащил до камеры. Тут же появился знакомый доктор и начал считывать инфу с моих протезов.

— Как и ожидалось, — соизволил пояснить он свои наблюдения, — ноги ведут себя адекватно. А вот здоровая рука сильно отстаёт по своим показателям от искусственной. Впрочем, ничего удивительного.

Значит так, Кащиев. Чтобы уравновесить родное и приобретённое, я введу в тебя несколько имплантов. Будет больно, так что разрешаю кричать. Всё равно никто не услышит. Сейчас тебя зафиксирую, но и сам постарайся лишний раз не дёргаться. А то мало ли что. Работать с натуральными мышцами всегда сложно.

Доктор оказался прав. Больно было чертовски. Я не просто орал, а выл, проклиная всех на свете и желая одного — сдохнуть. По часам на мониторе я понял, что пытка продолжалась примерно три часа. Но они мне вечностью показались.

Думал, что после такого дадут отдохнуть… Не тут-то было! Снова явился мужик в камуфляже и приказал идти на тренировку. Несмотря на жуткую слабость, с удивлением отметил, что тренажёрные нагрузки воспринял намного легче, чем в прошлый раз.

— Отлично, — произнёс тренер. — Этот обошёлся без брака.

Слово «брак» меня сильно зацепило. Значит, местные мясники сами были не до конца уверены, что импланты приживутся и усилят мой организм. Если бы попал в некондицию, то… Да тут к гадалке не ходи! Отправили бы в утиль!

Дальше вся неделя превратилась в настоящий филиал ада. Так соки из меня не выжимали даже на учебке. Лишь только я выполнял один немыслимый по возможностям норматив, как его планка тут же поднималась. И мечтая о ручном пулемёте, чтобы расстрелять своего тренера и весь персонал базы, я со слезами на глазах мучился в проклятом тренажёрном зале.

Заметил, что после вживления имплантов народу поубавилось. Изначально нас было человек тридцать. Сейчас же осталась всего лишь половина. Куда делись остальные — понятно. Непонятно другое. К чему такое транжирство? Ведь на каждого были потрачены безумно дорогие протезы… Или недорогие? Кажется, нас купили новыми руками и ногами, как раньше стеклянными бусами покупали дикарей. Да, судя по всему, для этой высокотехнологичной цивилизации мы и есть дикари. Сильное, тупое и бесправное «мясо», как честно охарактеризовал нас этот гад Хозяин.

Всё закончилось внезапно. После очередной изнурительной тренировки я с трудом вполз в свою камеру, отчётливо понимая, что без посторонней помощи подняться на ноги и лечь на кровать не смогу. Дверь за мной тут же закрылась, и помещение заполнил едкий дым. Не прошло и минуты, как вырубился.