— Не прибедняйся, Юр! — ободряюще хлопнул по плечу офицера Ворон. — Вообще-то я тебя старше почти на два года, но на пенсию не стремлюсь. Просто у тебя должность нервная, вот и результат.

— Кто это? — тихо поинтересовался я у словоохотливого Краплёного.

— Временный начальник А-1, — пояснила он. — Орд Юрий Тучнев… Естественно, с позывным Туча. Мужик суровый, но нормальный. На ровном месте быковать не станет. Так что в этот раз нам с начальником базы повезло. Остальные такие говнюки, что матерных слов не хватит их описать. Другие у корпорантов до ордов не дослуживаются. Туча — боец слабенький, но аналитик шикарный. К тому же больше десяти лет служит. По здешним меркам крутой старожил. Они с Вороном давние приятели, так что будем как у Христа за пазухой.

Закончив с приветствием начальства, наш сержант наконец-то соизволил обратить внимание на нас.

— А вы чего тут уши развесили и мнётесь, словно первый раз на смене? Марш в автобус! Успеете ещё позагорать!

Мы быстро исполнили приказ. Поездка до основных зданий заняла минут семь. Выгрузившись, направились прямиков в казармы. Там и встретились с разведчиками первой группы. Их командир, несмотря на жару, застёгнутый на все пуговицы парадного кителя, одновременно умудрился и скривиться, и довольно улыбнуться худым, абсолютно бледным лицом, явно со свежим шрамом на щеке.

— Воронцов, — официально обратился он Ворону. — В чём причина задержки смены?

— Пополнение группы, Краузе, — в том же духе ответил наш командир. — Согласно директиве ноль сорок девять, смена состава невозможна до полного укомплектования группы. Если у вас есть претензии, то можете по прибытии на Эно-2 подать жалобу начальству, но смею заметить, что это было решение вышестоящего командования, а не моё.

— Понимаю, — коротко кивнул этот Краузе. — К вам претензий нет. Прошу пройти в кабинет для передачи бумаг и карт.

Оба эрона ушли, а мы разговорились с разведчиками из первого отряда. Ну, как «разговорились». Невооружённым глазом видно, что не только командиры недолюбливают друг друга.

— Ну что? Надрали вам маугли зады? — не изменяя себе, поинтересовался Краплёный. — То-то смотрю, все в пластырях и взгляды невесёлые. Ничего, скоро подлечитесь и отъедитесь на казённых харчах, пока мы тут ваши косяки исправляем.

— Посмотрю на вас в конце смены, — раздражённо ответил один из бойцов «первой», с перебинтованной рукой. — У нас же всё чётко. Так что пользуйтесь плодами чужого труда. Нашего труда! Мы троих безвозвратно потеряли, пока нашли нужные деревни маугли!

— Бывает, — без тени сочувствия, равнодушно пожал плечами Краплёный. — Давайте, собирайте свои манатки. А то ведь на шаттл опоздаете, копуши. Нянчись потом с вами.

— Действительно, пора бы освободить кубрик, — поддержала его Фея. — Лаон Бренди. Пройдёмте в оружейку. Хоть что-то от неё осталось или опять половину растеряли?

— Полный комплект, лаон Фея, — нехотя поднявшись с койки, произнёс кучерявый смуглый мужик. — Отчитаюсь за каждый ствол.

Передача объекта в наше владение заняла чуть больше часа. Опытные бойцы знали, что делать. Только мы с Чаком стояли в стороне и наматывали информацию на несуществующий ус.

Да… Явно между отрядами серьёзное напряжение. В отличие от зло шутившего Краплёного, никто из разведчиков даже не сделал попытки завязать дружеский разговор. Всё сухо и чётко по делу.

Наконец, не попрощавшись и не пожелав удачи, как делается между нормальными группами, первый отряд погрузился в автобус и направился на аэродром… Вернее, космодром.

— Что за «чёрная кошка» между вами пробежала?- не выдержав, поинтересовался я у одного из наших по прозвищу Охотник.

— Можно сказать и так, — туманно объяснил он. — У нас с группой Кнехта давние разногласия.

— Какие?

— Узнаешь в свой черёд… Наверное.

— А Кнехт — это их эрон? — не стал отмалчиваться и Чай.

— Да. Йонас Краузе, по прозвищу Кнехт, является сержантом «Айсберга»… то есть первого отряда. Гнида и педант ещё тот. Одно слово — фашик недобитый. И остальные в его отряде под стать Кнехту. Все как один пытаются выслужиться, приписывая чужие заслуги исключительно себе. И подставлять других любят. Поэтому из трёх разведывательных групп самым крутым у корпорантов «Айсберг» считается. Хотя, конечно, дело своё знают отлично. Этого у них не отнять.

— Понятно… — задумчиво проговорил я. — Странно, что почти все с ранениями. Здесь на регенерационных ваннах экономят?

— Здесь они не работают, Кощей. И не спрашивай почему. Эта планета — одна сплошная загадка. Так что, если подставишься, потом жди окончания смены, чтобы полностью излечиться. Ну, или отдыхай в холодильнике в пластиковом мешке, если совсем не повезёт.

— Меня убить сложно! — с усмешкой прокомментировал Чак. — И странно… На звёздной базе нас пугали, что планета воздействует на мозг. Ничего подобного я не ощущаю.

— Успеешь, салага, получить незабываемые впечатления. Дней через пять начнёшь чувствовать, почему нас меняют настолько часто. А к концу смены будешь мечтать оказаться как можно дальше от Анкиры. Гарантирую. Всё. Прекращаем лишний трёп. Ворон с Феей возвращаются.

Наших командиров действительно сложно было не почувствовать ещё до их появления в кубрике. Оба о чём-то громко спорили, не стесняясь в выражениях.

— Я этих ублюдков лично перестреляю, как только вместе с ними на Эно окажусь! — горячилась вспыльчивая кореянка. — Стволы все в наличии, но не обслужены нормально. А боеприпасы⁈ Свалены в одну кучу! Легче горох от риса отделить, чем по калибрам разложить эту разносортицу! Ведь знают же гондоны, что от них наша жизнь зависит, но всё равно гадят, словно сами никогда в рейды не ходили!

— Успокойся! — рявкнул на неё Ворон. — В первый раз, что ли? И только посмей потом на станции драку устроить! Не хватало ещё тебя в небоевых условиях потерять! Я с Кнехтом на ножах, но ведь держу себя в руках. Хотя самые приятные сны у меня, когда этой проститутке бундесверовской гранату без чеки в пасть засовываю!

Но как только эрон и лаон вошли в кубрик, сразу же заткнулись.

— Обустроились? — как ни в чём не бывало поинтересовался Ворон.

— Как в пятизвёздочном отеле, — тут же отреагировал Краплёный. — Только кофе в постель вместе со знойной девицей не хватает… А лучше с двумя.

— Отлично. Тогда всем отдыхать. После перелёта, пока ещё извилины на привычное место не встали, нечего вам по базе шляться. Завтра соберёмся и уже на трезвые головы начнём карты осваивать.

— Отдыхать всем, кроме Чака и Кощея, — внесла коррективы Фея. — Вам же сегодня придётся Золушками поработать. Марш со мной в оружейку.

— Почему мы? — сразу же попытался внести ясность Чак.

— Потому что! — оскалился Ворон. — Ты хотел посвящение и прочие традиции? Получи. За это я вам завтра экскурсию по А-1 устрою. Чтобы немного могли ориентироваться, в какой заднице оказались и чем она дышит.

— Лучше, чтобы не дышала, — глубокомысленно заявил я. — Уверен, запахи из такого места не очень приятны.

— Тут как получится, Кащиев. Завтра и сравнишь свои предположения с суровой действительностью.

До самой ночи мы таскали ящики с патронами. За это время я тоже успел искренне невзлюбить пакостную группу «Айсберг». Они умудрились всё переставить так, что хрен поймёшь, где и к какому оружию лежат боеприпасы. Мешанина страшная. И ведь не лень было с таким заморачиваться!

Хорошо ещё, что мы не на общем складе вкалывали. Здесь такого попросту нет, и дюжина арсенальных зданий разбросана по всему плацдарму А-1. Чтобы не остаться с голой жопой против аборигенов, если вдруг сдетонирует боезапас. Этот склад приписан к нам. Тут и снаряжение своё, специфическое. И оружие тоже.

— Это ещё что, — после моих очередных матюков в сторону первой группы добавила Фея, работающая наравне нами. — Самое хреновое, что карты разведки тоже, скорее всего, неполные. Кнехт обязательно не указал на них несколько опасных участков.

— Зачем они это делают? — поинтересовался Чак. — Это как-то… Не по-джентльменски, что ли.